Ходячий мертвец - Дэвид Грин

Всего несколько часов назад мы с призраком в моем кабинете вспоминали мои подростковые годы, слушая «Нирвану». А теперь я наблюдал, как нефилим обезглавил демона, который мне даже не особо противен, подкатил к своей бывшей подруге, с которой не разговаривал почти год, и за мной охотилась пара амароков в центре пригорода Хейвена.

Этот пятничный вечер безумен по любым меркам.

— Как думаешь, что Уилер хочет от тебя, Ник? — спрашивает Мэв, глядя на меня мудро и по-доброму. Она — прекрасный призрак, и выглядит так же, как шестьдесят лет назад, когда умерла, несмотря на поблекший цвет глаз. На старых фотографиях, разбросанных по комнате — одна или две цветные — она напоминает Риту Хейворт: огненно-рыжие волосы и умные карие глаза. Смерть не ослабила остроту ее взгляда. — Очевидно, что он пытается использовать тебя для чего-то. Собираешься ему противостоять?

Я обвожу глазами комнату. Мне нравится бывать у этих двоих. В одном только кабинете достаточно книг для библиотеки, а дом забит диковинками Трутера, собранными за всю жизнь. Камин — приятный штрих, хотя и небрежный по отношению ко всем разбросанным вокруг бумагам.

Семья Гарри веками исследовала Ад и его существ. Старик продолжил традицию, но его линия умрет вместе с ним. Мэв умерла до того, как у них появились дети. Гарри напоминает мне Дока Брауна из фильма «Назад в будущее». У него такие же безумные белые волосы и дикий взгляд. По тому, как Гарри смотрит на юное лицо Мэв, я могу сказать, что он никогда не задумывался о том, чтобы уйти от нее. Мне даже не стоило спрашивать.

Тем не менее, я любопытен. В моей работе это необходимо.

— Да, — говорю я, отвечая на вопрос Мэв. — Лучший способ обезвредить медвежий капкан — просто привести его в действие. Я знаю, он что-то планирует. Руби в «Стиксе» сказала мне, что Уилер интересовался оккультизмом.

— Фу… — Мэв бы плюнула, если бы могла выделять слюну. — Это грязное слово. Тебе ли не знать.

Я поднял руки и поморщился, осознав свою ошибку. Жители Ада возражают против слова «оккультизм» — они говорят, что оно имеет негативный оттенок, а они не все плохие.

— Хорошо, — говорю я со своей самой очаровательной улыбкой, однобокой, которая придает мне мальчишеский и обезоруживающий вид. Я так думаю. — Извини, ты знаешь, что я имею в виду. Он исследовал Ад перед смертью. И это было больше, чем просто болезненное любопытство. Он приходил и задавал вопросы, знал больше, чем следовало.

— Интересно, — пробормотал Гарри, поглаживая белую щетину на подбородке. — В Аду все как-то странно. Два амарока, охотящиеся вместе, — более чем достаточное тому доказательство. Потом у тебя произошла неприятная история с демоном, который пытался призвать Люцифера. Что абсолютно нелепо, могу добавить. Дьявола нельзя вызвать случайными жертвоприношениями, иначе он появлялся бы четыре раза в день по всему миру. Нужно использовать определенную энергию. Кардинальный грех. Даже время должно быть правильным.

— Может, Фрэнсису стоило сначала прийти и поговорить с тобой?

Гарри игнорирует мои слова.

— В последнее время что-то витает в воздухе. Ты почувствовал это, мальчик? Как умер Уилер?

— Самоубийство — официальная версия.

Гарри и Мэв обмениваются взглядом. Это говорит о многом, и мне это не нравится.

— Заказывай, — говорит Гарри, поднимаясь на ноги. Я удивляюсь, какой он ловкий. — Я не предложил тебе выпить. Чай, кофе, что-нибудь покрепче?

— Кофе, — отвечаю я, подмигивая ему. — Думаю, ночь будет долгой.

Гарри смеется и направляется на кухню, оставляя меня наедине с его женой. Я пытаюсь определить, когда стал таким спокойным в присутствии мертвых, но понимаю, что это не имеет значения. Они всегда жили рядом, просто я их не замечал.

— Итак, самоубийство Дина Уилера — определенно проблема, — замечаю я. И это не вопрос: их реакция ясно дала понять.

— Как Роза? — спрашивает Мэв вместо этого. — Часто ее видишь?

Я бросаю быстрый взгляд на свой смартфон. Одиннадцать пропущенных звонков от нее. Это заставляет меня чувствовать себя… нужным? Сделав мысленную пометку перезвонить ей как можно скорее, я указываю на Мэв.

— Не меняй тему. Его самоубийство — это плохо. Почему?

— Да. Считается, что большинство людей, когда умирают, не имеют ни малейшего представления о реальности, в которой жили. Тогда они либо возносятся, либо остаются в Аду в той или иной форме. Некоторые, как ты, получают второй шанс. Но есть и такие, как я, которые знают обо всем этом, — говорит Мэв, широко раскинув руки, — еще до того, как уходят из жизни. Если такой человек, как Дин Уилер, подготовился к смерти, значит, он опасен. Посмотри на скорость его Усиления. Он жестокий человек, который стремится к господству. То, что он мертв, выводит его способности на совершенно другой уровень. Незримое преследование, воздействие на дух. Одержимость. Бог знает, что еще. Если он чувствовал, что достиг предела своей власти в жизни, его самоубийство могло быть преднамеренным.

Гарри возвращается, держа в руках поднос с печеньем, кофейником и всем, что к нему прилагается. Он осторожно ставит его передо мной. Я на секунду задумываюсь, наливая немного сливок, наслаждаясь треском и хлопками от огня. Тепло успокаивает.

— Гарри, — начинаю я, — это крайняя мера, но нападение с использованием амароков все меняет. Ясно, что Уилер знает, что его жена говорила со мной, и хочет, чтобы я исчез с лица земли. Он что-то планирует для нее, и мой единственный оставшийся вариант — изгнать его. Сегодня вечером.

Мэв вздрагивает. Призраки переносят подобные причуды с того времени, когда они были людьми. Это как мышечная память, только без мышц.

Гарри кивает.

— Осталось два. Чтобы сделать больше, принеси мне еще ингредиентов.

Он подходит к своему бюро и открывает ящик ключом, который висит у него на цепочке на шее. Внутри лежат экспунгеры — плоские устройства размером с ладонь, выкованные из железа и покрытые адскими символами.

Я могу и сам их сделать, но Гарри любит поработать руками. Сбор ингредиентов — это самое сложное. Некоторые из них достаточно просты, например, чеснок или святая вода. Последними в списке идут опасные ингредиенты — кровь и крылья фейри. И это вовсе не Динь-Динь — милые проказницы в платьях из листьев и изящных туфельках. Это злобные, клыкастые садисты, которые наслаждаются человеческими страданиями. Мне не нравится Изгнание, но я с удовольствием соберу необходимые материалы, если это означает, что в аду станет чуть меньше фейри.

Полагаю, однажды мне придется отвечать перед самой Лилит. Если Ад и научил меня чему-то, так это тому, что за все приходится платить.

Гарри передает экспунгеры мне. Они