Орден хрустального черепа - Юлия Яр

— А знаешь, что в этой ситуации самое обидное? — мне не слишком хотелось делиться этим с фамильяром, но осознание причиняло почти физическую боль, которая требовала выхода. — Когда я потом спросила его намерен ли он продолжать общение с леди Бувье, Тэтчерд ответил, что да! А на мою робкую просьбу этого не делать заявил, что не станет потакать глупым капризам, и чтобы я вообще больше не касалась этой темы!

— Вот козёл! — в сердцах всплеснул лапками Шнырь.

— И не говори! — шмыгнув носом, кивнула в знак согласия.

Некоторое время мы сидели в полном молчании. Я пыталась следовать примеру фамильяра и топить свое горе в стакане, нужно сказать совсем неплохой настойки, а чертяка размышлял о чем-то своем. Когда моя бутылка почти опустела, Шнырь неожиданно встрепенулся и победно провозгласил:

— Кира, я знаю, что нам нужно делать!

— И что же? — полюбопытствовала я, отставляя недопитое в сторону.

— А то, что если твой жених не хочет прерывать их связь, значит нужно вынудить ее саму оставить эту затею, — глубокомысленно изрек он.

— Может подскажешь как? — саркастично усмехнулась я, понимая, что женщина просто так не отступится.

— Подскажу, — покладисто закивал фамильяр. — Идеальных людей не бывает, нужно только нащупать их слабое место и потом надавить посильнее.

— Люди называют это «шантаж», — подсказала ему на всякий случай.

— А я называю это «ликвидировать угрозу», — отмахнулся подстрекатель. — Тебе важны ваши отношения с Тэтчердом или нет? Решайся, Кира.

— Что конкретно ты предлагаешь? — прищурившись, уточнила у фамильяра.

— Последим за ней, понаблюдаем и когда отыщем что-нибудь интересное — прижучим, — безапелляционно заявил чертяка.

— А если не отыщем? — с сомнением покачала головой я.

— Отыщем, даже не сомневайся в этом! Грязные панталоны есть у каждого, — отметил послушник.

— Ну, в таком случае жучить ее будешь ты, — это мероприятие показалось мне весьма сомнительным.

— Да без проблем, — махнул лапкой довольный чертяка. — С завтрашнего дня и начнем.

Следующее утро началось с проводов Криса и Намирэлии в Кар-кросс. Стоя на крыльце и прощаясь с другом, я мысленно уговаривала себя успокоиться и не разрыдаться от чувства одиночества и отчаяния, охвативших меня. Перед тем как попрощаться, Крис прочитал нам со Шнырем длинную лекцию о том, как вести себя во дворце в его отсутствие и настоятельно рекомендовал не влезать ни в какие неприятности. Мы, конечно, бодро согласились и заверили, что будем паиньками, за что удостоились скептического взгляда барона. Стало очевидно, что он ни на секунду нам не поверил.

— Кира, прошу тебя, постарайся не вляпаться ни во что! Хотя бы до моего приезда, — тихо шепнул он, обнимая меня на прощание. — Я вернусь через неделю.

— Хорошо, — вздохнула, нехотя разжимая объятия. — Мы будем скучать.

— Я тоже, — улыбнулся друг и, помахав нам, поспешил к карете.

Картина нашего прощания потом еще долго стояла у меня перед глазами. Мне почему-то казалось, что сегодня утром Крис уехал отсюда навсегда, променяв нас на личное счастье. Конечно, невозможно было его за это винить, но я все равно чувствовала обиду и остаток дня планировала провести предаваясь унынию и жалости к себе. Однако мое лирическое настроение вдребезги разбил чертяка.

Ворвавшись в спальню с ворохом какого-то тряпья в лапках, он задорно проскакал до кровати и свалил эту кучу на покрывало.

— Что это? — аккуратно поддев пальчиком лежавший сверху корсет, я приподняла его на вытянутой руке.

— Наша маскировка, — провозгласил Шнырь и скомандовал. — Переоденемся слугами, так нам будет удобнее следить за этой фифой Бувье.

Разглядев на корсете грязные пятна и учуяв прогорклый запах, я брезгливо поморщилась:

— Мне кажется, что это белье не совсем свежее. Где ты его взял?

— Стащил из прачечной, — пожал плечами фамильяр. — Не капризничай! Надевай что есть и пошли!

— К чему такая спешка? — полюбопытствовала я, натягивая на себя платье горничной.

— Я слышал, что фрейлины сейчас как раз на прогулке в королевском саду. Самое время заглянуть в комнату к фифе.

— Как мы найдем ее покои? — скептически поджала губы я.

— Да что там искать, — отмахнулся чертяка. — Она ж любимая фрейлина королевы, значит самая большая и красивая спальня в крыле ее.

Не став больше тратить драгоценное время на пререкания, я быстренько облачилась в наряд прислуги, спрятала косу под широкий чепец и вышла в коридор вслед за Шнырем.

Нужную комнату мы действительно отыскали довольно быстро. На втором этаже, выделенном под опочивальни для фрейлин королевы, леди Бувье действительно достались самые претензионные комнаты в конце коридора. В том что эти покои принадлежат именно ей я нисколько не сомневалась, потому что в одном из кресел обнаружила смятое платье, в котором она была на вчерашнем приеме. Видимо горничная еще не успела его убрать.

Даже несмотря на отсутствие хозяйки и вполне достойную маскировку, я все равно чувствовала себя здесь неуютно. Словно совершив сделку с совестью, решила поковыряться в чужом грязном белье. А ведь, по сути, именно так оно и было.

Зато у чертяки таких проблем не возникало. Вот уж у кого совести отродясь не наблюдалось. И пока Шнырь деловито копался в комоде я, чтобы не быть уж совсем бесполезной, подошла к трюмо и принялась изучать содержимое будуара хозяйки.

Леди Камилла явно не привыкла экономить. Огромное количество пудрениц, помад и румян самого лучшего качества. Стройные ряды изысканных дорогих духов, небрежно разбросанные ювелирные украшения… Мое внимание привлекло старинное кольцо, лежащее на бархатной подставке. Небольшой рубин, окруженный россыпью хризолитов, в оправе из серебра. Несмотря на камень, оно не выглядело таким уж дорогим, но ему явно не доставало гарнитура. Такие драгоценности обычно идут в паре с чем-то: серьгами, подвеской или браслетом. И мне кажется, что я уже где-то видела недостающую вещь.

— Нет, ты только посмотри на этот срам! — взвизгнул чертяка, отвлекая меня от своих мыслей. Я обернулась и увидела, как он размахивает модным кружевным пеньюаром необычного черного цвета.

— Это ночная сорочка, — подсказала чертяке я. — Очень модная.

— Ну лямки-то я вижу, а сама ночнушка где? — возмущался Шнырь, растягивая просвечивающееся кружево перед окном. — Тут же одни дырочки!

— Ничего ты не понимаешь, — вздохнула я. — Это очень дорогая вещь. Наверняка за нее заплатили не меньше ста золотых! А может даже и больше…

— Неужели? — фамильяр изумленно повертел вещицу в руках.

— Ты знаешь, мне кажется, я нашла кое-что очень интересное… — начала было я, но вдруг насторожилась. Из коридора послышался стремительно приближающийся цокот каблучков и звонкий смех.

— Ты же говорил, что все фрейлины гуляют в саду! — зашипела я на чертяку, одновременно прикидывая, где бы спрятаться.

— Значит уже нагулялись, — пожал плечами тот, живо кидаясь под кровать.