Михаил Елисеев - Полёт "Голиафа"

       Банкир громко хлопнул дверью перед ними.

       - Это он сделал, - трясущимся от злости голосом произнёс Мишель, - Иначе чего он так злится? Он что-то утаивает. Я точно знаю - это ОН!

       - Но-но, месье Бонне, - Кирилл похлопал того по плечу, - У людей бывает много причин для того, чтобы вести себя столь вызывающе.

       - Он слишком активно говорил, что не выходил ночью из каюты. Он же врёт!

       - Давайте лучше расспросим последнего человека, чтобы знать мнение всех подозреваемых.

       Они подошли к соседней с банкиром каюте и постучали. Тишина. Никто не открывал.

       - Мистер Портман? - Кирилл приложил ухо к двери, - Мы бы хотели поговорить с вами.

       Поднимавшийся в этот момент с первого этажа мужчина спросил их:

       - Вы к мистеру Портману?

       - Э-э... да.

       - Он сейчас внизу, умывается и... всё такое.

       - Понимаю, - Кирилл повернулся к офицеру, - Что же, тогда не будем терять времени.

       Они спустились на первый этаж и через пять минут ожидания под дверью уборной, наконец, имели удовольствие встретиться с англичанином.

       - Доброе утро, мистер Портман.

       - Мы знакомы? - мужчина пристально оглядел их.

       - Нет, но почтём за честь. Не будете против, если мы с вами побеседуем?

       - Что же, если желаете...

       Втроём они зашли в пустую курительную комнату, расположенную тут же - на первом этаже, а месье Бонне по пути объяснил пассажиру возникшую ситуацию.

       - Я готов помочь! Всё, что в моих силах, господа!

       - Итак, вы - Найджел Портман - искусствовед, - начал Кирилл Петрович, осматривая идущего рядом с ним мужчину. Тот имел белоснежные коротко стриженые усы и прилизанные бакенбарды. Он явно следил за собой.

       - Совершенно верно! Летал в Петербург, в частности в Эрмитаж.

       - Хорошо.

       Они сели вокруг столика, на котором лежали два зажигателя - так называемые "огнива Дёберейнера". Кирилл заметил, что одно из них было приковано к столешнице короткой цепочкой.

       - Скажите, вы сегодня ночью слышали посторонние шумы?

       - Вы имеете в виду далёкий грохот в половине первого ночи? - Мужчина кивнул, - Да, слышал. Но я решил, что это всего лишь гроза и не придал этому значения.

       - А за пару минут до этого что-нибудь ещё было?

       Мистер Портман задумался.

       - Пожалуй, нет, хотя я могу и ошибаться.

       - Хорошо, тогда скажите - вы сегодня ночью выходили из каюты?

       - Да, выходил, - без запинки ответил искусствовед.

       Кирилл Петрович краем глаза заметил, как Мишель при этих словах наклонился к мужчине, словно уже готов был схватить его за грудки и обвинить в злодеянии.

       - Видите ли, - объяснил Найджел, - Этот свист паровых двигателей... он выводит меня из себя. Не понимаю, КАК остальные пассажиры терпят его, но я сомкнуть глаз не могу! И где-то в полночь я спустился как раз в эту комнату, чтобы покурить.

       - И долго вы здесь находились? - спросил Кирилл.

       - Минут двадцать... может чуть больше.

       - Свидетели были? Может какой-нибудь офицер, несущий вахту?

       - Нет, я был в полном одиночестве.

       - Хорошо. А потом?

       - Потом поднялся к себе и лёг спать, - искусствовед положил руки на столик. Затем, словно что-то вспомнив, округлил глаза, - О, да! Поможет вам это или нет... когда я закрывал дверь своей каюты, я услышал, как открывалась соседняя дверь.

       - Справа или слева?

       - Справа.

       Кирилл помнил, кто занимал эту каюту - несдержанный банкир.

       - Спасибо, вы можете идти.

       Мистер Портман попрощался и вышел из комнаты.

       - Итак, месье Бертран солгал нам, говоря что никуда не выходил, - Кирилл Петрович постучал пальцем по столу, затем взял зажигатель на цепочке и стал вертеть его в руках, - С другой стороны, мистер Портер таким образом мог бы отвести подозрения от себя, косвенно обвинив соседа.

       - Это он! Это искусствовед сделал! - оживился Мишель Бонне, - Он единственный, кто сознался в том, что выходил из каюты ночью!

       - Точно также вы обвиняли и банкира, месье Бонне, - ответил Кирилл, - Сложность... проблема заключается в том, что кто-то из них нам лжёт, тогда как остальные говорят правду. Возможно, лгут и два человека, и каждый делает это по своей причине, независимо друг от друга.

       Мужчина горько усмехнулся, откинувшись в кресле:

       - Знаете, Мишель. Когда-то мне попался интересный случай, где всё происходило с точностью наоборот: все подозреваемые в убийстве говорили одно, подтверждая алиби друг друга, а единственный человек, казалось, лгал, противореча всем остальным. Так вот, в итоге я выяснил, что убийцами оказалась эта самая группа, которые сговорились и попытались свалить вину на несчастного, который единственный говорил правду.

       - Да, я, кажется, слышал об этом деле, - кивнул Мишель, - Так что же? Вы можете выяснить, кто из наших подозреваемых лжёт?

       - М-м-м... пока нет. - Кирилл покачал головой, - Общая картинка неясна.

       Они вышли из курительной комнаты.

       - И-и-и... что дальше? - спросил офицер.

       - Дальше? - переспросил Кирилл Петрович, - А дальше я пойду в свою каюту и буду готовиться к завтраку.

       - Но... расследование...

       - Об этом не беспокойтесь! Всё идёт так, как я и планирую. К тому же... думать на голодный желудок вредно.

       - Знаете, если честно... - нахмурился офицер, - ...я не впечатлён методом вашей работы.

       - А что вы ожидали увидеть? Что я каждого из них буду обвинять и ждать ответной реакции, надеясь на то, что кто-то проболтается? - хохотнул мужчина. - Или буду ползать на коленях, в надежде найти на полу скудные улики, вроде обгоревших спичек или волосков?

       Развернувшись, Кирилл Петрович пошёл к лестнице, оставив офицера безопасности недоумевать.

       Когда он вернулся в свою каюту, то обнаружил Дмитрия Ивановича, расхаживающего вдоль окна.

       - О-о! А вот и вы, голубчик!

       Услышав родную речь, мужчина подошёл к учёному и искренне обнял его, похлопав по спине:

       - Последний час я только и слышал, как лопотали по-французски и английски. Я даже стал беспокоиться о том, что уж не услышу более родной русской речи!

       Они оба рассмеялись.

       - Вы всё выяснили, что хотели? - поинтересовался Дмитрий.

       - Не всё, но... но я продвигаюсь, - признался Кирилл.

       - Очень хорошо, - Учёный выудил из кармана жилетки лист бумаги, - А вот это может помочь вам продвинуться ещё дальше?