Стикс. Сломать систему. Часть 2 - Василий Мушинский

Трот, сидевший на корточках возле Радара, чуть наклонил голову. На лице, и так неприятном, появилось очень нехорошее выражение.

Бахус перевёл дыхание.

— Так что тема ясная. Не знаю, как вы с «островными» договаривались, но суть понятна. Вы режете конкурентов и забираете расходников, может на ферму, может в банду. А скорее всего — как всегда, «кого — как», смотря по дару.

Мне к мурам на базу соваться по любому стрёмно. Мочилово устраивать тоже не хотел бы. Так что на людях бы перетёрли и разошлись, как подлодка с самолётом.

— Зубы не заговаривай. Хотел бы просто уйти — ушел бы без сложных разговоров. Чего хотел?

Стронг не смутился. С тем же нагловатым выражением он продолжил.

— Разборки между адмиральскими и зюйдами — не моё дело. А кто из пацанов не захотел бы в тёмную подписываться в такую тему — ушел бы со мной. И одну машину я бы увёл. Не убыло бы с вас.

Тут единственный шанс, реальный шанс на выживание — это дёрнуть на дальний юг, к самой перемычке. Там можно было бы отсидеться. Я знаю там несколько тем. Но без машины туда не добраться.

Он закончил, оглядываясь на сидевших.

— Всё сказал?

— Всё.

— А что насчёт тридцати рыл, которые пока ходить не могут? Как оставшимся их тащить без машины? Опять же жрачка, живец?

Выходит, ты бы свежаков, да ещё раненных, обкрысил и подыхать кинул?

Вот теперь Бахус смутился.

— Нет, я…

— Ты еще скажи, что не хотел. Оно само насралося. «Не хотел» — не считается годной отмазкой. Нигде.

За снарягу я объяснюсь. Всё одно, чтобы понимать мой план, это знать нужно. Слушать — все.

Броневик адмиральский это правда.

Когда я только попал в Улей, оказался в расходниках у муров. Вот только я двоих завалил и сбежал. Другой расходник при этом угнал вот этот броневик.

Трот ушёл со мной и нравится кому-то или нет, он теперь в банде. Кто против того, что в банде есть сильный лекарь — не задерживаю.

Броневик я выкупил на стабе.

Историю эту я подтвердил через ментатов на Санатории и на Острове. Иначе как бы я оттуда живым ушел? Головой думайте.

Но за эту историю теперь адмиральские меня ценят… Сильно дороже чем стоит мой ливер.

Может кто слышал, но на Речнике есть гнилая тема с налётами атомитов. Я побывал там, они в тихую барыжат жмурами с внешниками. Грузовик жмуров я у них упёр. А потом разменял вот на эту самую снарягу у внешников.

Так что «речниковские», тоже теперь меня любят и ценят.

«Адмиральские», «речниковские», «островные» — нефиговая часть нашего сегмента меня очень ценит.

Из сидевших бойцов раздался сдавленный голосок.

— А в Улье вообще есть место где тебя… не так ценят?

— Места где меня бы не ценили, в этом сегменте нет. Хорошо, когда жизнь нескучна. Не так ли? — Он улыбнулся одними губами.

— А еще есть одно место, где живым я всё же стою дороже, чем трупом. И там мы сможем отсидеться, пока порезанные оклемаются. И туда не полезут и «островные».

Может кто забыл, но ваши шкуры тоже оценены. Зюйдовские, островные или речниковкие, для тех, кто не знает — Бахус в «заказе» у Речника, как и я. Будут валить его — завалят и тех, кто с ним. На каждого из вас будет охота.

Каждый из вас нуждается в берлоге.

У меня есть такое место. Добираться туда опасно. Само убежище дважды опасно. Но мы реально сможем там отсидеться.

Глава 3

Броневик шуршал и урчал, поднимая серо бурые шлейфы пыли из-под колёс. Грязный проселок бесконечно однообразно тянулся на север. Зелёные заросли какой-то хрени (то ли репа, то ли рожь, городской — хрен разберёшь.) покрывали открытое пространство вдоль дороги.

Но для рейдеров эта унылость была почти радостна. Меньше неожиданностей — дальше от смерти. Не курорт с девочками и пывом, но всё же…

Радар, медленно оглянулся назад поглядывая в бронеглазки башни. Грузовики держа дистанцию, ровно катили следом. Рейдер чуть размял плечи, откидываясь обратно в кресле стрелка.

Парень вернулся к лежащему на коленях нолдовскому «ноутбуку». Палец задумчиво следовал за мелькающими на экране событиями видео. Там прокручивались всё те же страшные виды недавней бойни, учинённой «переменчивым колобком».

Было, проглядывало, что-то в лице парня в это время. Не мешки под глазами, не бледность… Какое-то нехорошее равнодушие в глазах, отсутствие блеска, обычно несвойственное молодости. Безжизненность взгляда давно засохшего трупа.

Словно душа переживала состояние глотки на утро первого января. Наконец он «вернулся» из мыслей.

— Что ж, наш пластилиновый терминатор славно погулял. Такой театр и внешники не каждый день видят.

А театр что? Театр есть платное зрелище. Дело за малым… Стоило это скопировать с пульта, стоило. Запас карман не тяготит, ни пить ни есть не просит, монах хоть девок не ххх, но ххх в кармане носит.

Из кабины раздался хорошо знакомый сварливый голос.

— Может, всё же стоило снять хотя бы несколько камер слежения? — Трот явно не только за дорогой следил.

— Время. Ты не хуже меня знаешь, что за каждую минуту задержки увеличивались шансы получить бой. Драка с неизвестной ценой нам сейчас совсем не нужна.

Камеры… Было бы кому их загнать, что б сразу… Ну тогда б еще туда — сюда. После разрыва с «островными», нам этот груз только обуза.

Парень говорил в треть голоса. Голосом человека, познавшего бесконечность крайнего рабочего дня в неделе. В конце года без отпуска.

— Лучше скажи, что думаешь за план. Не нравится он мне, но лучшего у меня нет.

Трот обернулся и неожиданно ухмыльнулся.

— Как ты говорил? Хорошо, когда не приходится скучать? Как бы там не вышло, главное скучать не придётся.

А когда знаешь на ком будешь ловить триппер, так и гандон одеть можно.

Радар мрачно кивнул.

— Всё едино, слишком многое зависит от случая. Что ж, да будет с нами Улей.

Он еще оглянулся через башенную оптику.

— Подъезжаем уже. Тормози. Водилы на грузовиках должны помнить инструктаж, но повторить не помешает.

Вдали двигалась навстречу уже знакомая блестящая бункерная коробка «переговорной» элхов.

Парень разбитной походкой подошел к кабине ближайшего грузовика. Вытянув шею огляделся по сторонам, потом встретился взглядом с водителем.

— Если увидите, что что-то пошло не по плану — драпайте. Всё едино ничего лучше не выйдет.

Радар вернулся к люку «Сивки», где его уже ждали трое рейдеров. Четверка одетых в камуфляж бойцов