Стикс. Сломать систему. Часть 2 - Василий Мушинский

Внешник поморщился.

— Вы преувеличиваете. Но, я выполню вашу просьбу. Просто как жест доброй воли с моей стороны.

Ваша… Группа, собираетесь и далее после остановки заезжать, по торговым делам? Сейчас стоянка будет где-то две недели?

Радар развёл руками.

— Предполагаем где-то так. Человек предполагает, а кто располагает? В любом случае мы ясное дело будем заезжать еще. Разве что брать будем технологиями, и, если хорошо пойдёт — под заказ.

— «Забор» проведём прямо сейчас?

— Нет. Сначала обустроим лагерь, потом заедем разменять видео на жемчуг и спораны. Спораны это конечно хуже. Но, мы всё же согласны.

Остальное — малыми долями, день за днём.

И хотя я не одобряю манер моего «визиря», лучше бы вам хорошо помнить, что нехорошие случайности приведут к потере всего что уже есть.

В вашем мире есть сказка о золотой рыбке? Вечный сюжет неумение останавливаться в желаниях, при удаче — всегда значит потерять всё.

— Три желания, при повышении ставок, последнее обнуляет всё? Есть похожая.

В остальном — я был с вами честен прежде. Например, рассказал про налёт зюйдов. Мог бы и не рассказывать.

Согласитесь, я всё же заработал право на определённую долю доверия, с вашей стороны.

Если подумать… Грамотно разместив вашу стоянку, можно будет использовать ваши боевые возможности на нашу общую пользу.

— Грамотно? Для того что бы как-то скорректировать любое размещение нам нужна карта. Где и что есть. Хотя бы в той мере, которую вы можете себе позволить.

Давайте, я дам вам свою распечатку, и вы на ней нарисуете общие ориентиры.

Лицо под стеклопластиком заулыбалось.

— Вы забываете, что будет, при нарушении санитарного режима. Что-то брать из ваших рук, тем более не поддающееся стандартной дезинфекции — хуже, чем неудачная идея. Я распечатаю вам свой набросок, этого должно хватить.

Спустя некоторое время Радар уже сидел в столь полюбившемся ему кресле башенного стрелка.

Трот и Ном с Чуром, насколько позволяла теснота броневика, размещались рядом. Рейдеры азартно рассматривали ценный трофей. Листок бумаги с несколькими пометками.

Чур ткнул пальцем.

— Значит вот за этой линией начинается зона возможного обстрела?

— Выходит так. Внешник конечно мог конечно и соврать. Только ведь весь смысл в том, что, если что, мы можем дёрнуть в охраняемую зону, увлекая преследователей за собой. Крупная стая заражённых из пекла или налёт муров на бронетехнике — будут встречены с горячим и пламенным гостеприимством. Так это видится. Значит, причин врать у него не было.

По-своему, в своём интересе, он пытается соблюдать договорённость.

Пожалуй, лучше всего будет встать вот тут, на холме около речушки. Проезд здесь только через простреливаемую зону. Это плюс. Вижу я тут и еще один жирный плюс, но об этом я расскажу чуть позже.

Невеликая медленная речушка, чуть больше иного ручья, лениво огибала холм. Холм, сложенный из чего-то более плотного и глинистого, чем земля вокруг, оказался подмыт и окружён узким наносным пляжем. Красивое место, в общем и целом. Зелень высокой травы, тихая вода под крутым обрывом и вид с высоты на окрестности.

Радар, высунувшись из люка, огляделся из-под ладони. Сощурился на яркое солнце и обернулся в открытый проём.

— Здесь хорошо. Наверху. Помнишь зону обстрела автотурелей? Вот у подножья она как раз кончается. Значит никто мимо неё не пройдёт… А мы будем как раз за ней. Так, на всякий случай.

И ещё… Надо будет кое-что добавить…

Рейдеры стали обустраивать лагерь по уже отработанному плану. Вольный стан — в виде треугольника из техники, грознобдительные часовые во все стороны. И… маленькие радости физиологии, с наветренной — куда ж без этого.

Радар сидел на лавке в кузове броневика. Глаза его были закрыты. Голос звучал тихо и бесцветно.

— Поручик, тебе дело будет, как обустроимся. Возьмёшь распечатки с нолдовского «ноута». Пометки там хорошие — и по срокам перезагрузки и по объектам. Я всё разметил и сложил — и то что было у нас, и то что дал Доктор.

Самое меньшее — два хороших сегмента три дня как перезагрузились. Магазины там прекрасные, конкуренция — не особо тяжкая. Слишком близко к внешке, рейдеры такого не любят…

Вы тоже стерегитесь. И небо поглядывать надо и по сторонам. Беспилотник или охотничья экспедиция может быть запросто… Но это ловушка на лохов, при аккуратности можно разминуться. Заражённых там не густо — и это прекрасно.

В общем… Трот, у тебя опыт таких рейдов не малый, должен справиться.

— Сам не едешь?

— Я останусь в лагере. И половина бойцов, из ходячих, останется в охране.

Если я кое в чём ошибся… Так будет справедливо.

С собой бери кого сам подберёшь, мне тебя учить не надо.

— Ясно. Мне точно понадобятся Бахус и Сапёр и, пожалуй, Царап — это тот водила, ты его помнишь. Цвая, второго водилу оставлю тебе. Малый он смышлёный и водит хорошо, так что, не приведи Улей, но, если что — вывезет.

— Да… Постарайся того… Бахуса по дороге не потерять как-нибудь. Хорошо? Он нам еще может пригодиться.

— Доводилось ладить и с уродами куда как похуже. Ничего, работали.

Бронированный УАЗ, уезжавший в рейд, вернулся меньше чем через полдня.

Трот вылез из кабины. Из кузова спрыгивали рейдеры. Блондин что-то в пол голоса сказал Сапёру. Тот согласно буркнув ушел к «рыбовозу».

Через минуты армейские, из числа сидевших в лагере, уже вытаскивали тяжёлые ящики из кузова.

Радар, выбравшийся из грузовика, подошел к кипевшей выгрузке.

— Как прошел рейд?

Трот, с неброским удовлетворением доложился.

— Взяли всё что наметили. Ушли все живьем и даже без реальной порчи шкуры. Слава Улью! Он не каждый день так щедр.

Консервы, снаряжение, шмот и даже кое-что для лагеря, вроде рулонов оцинкованной жести и маскировочной сети.

— Я смотрю Сапёр так и ходит в рабочей робе? Странные вкусы.

— ХХХ его знает. Я ему предлагал. Он только ухмыльнулся, как хорошей шутке и сказал, что он нынче сугубо мирный гражданский человек. Мутный кадр.

И сдаётся мне он такой же сапёр по вусу, как я айболит.

— Ну, ты можешь лечить зверюшек. В том числе. — Радар пожал плечами.

— Вот, вот — в том числе. Но как бы это — не дело моей жизни.

Мы там, среди прочего ножи, разбирали — видел бы ты, как он это метательное железо в руки брал. С высоким чувством и пламенем в глазах — ну чисто алкаш бутылку.

Короче — взрывать и копать он конечно умеет…

— А насчёт остального — его личные тараканы. Нас не