Охотник на богов. Том 3 - Анна Кондакова

и острые. Они падали вниз, осыпая зону развалин, летали по воздуху, как листья, и кружились в вихрях, не находя себе покоя.

Совы с пронзительными криками метались над землёй в попытке уйти от косы, но от первой стаи почти ничего не осталось. Только перья.

«Бог Ночи точно такого не ожидал!» — захохотал довольный Годфред.

Азарт бога передался и мне, а ещё я почувствовал, что что-то начинает меняться.

Внутри стремительно нарастала сила, мышцы наполнялись мощью, дыхание стало частым и горячим настолько, что изо рта вырвался раскалённый пар, как у дракона.

«Мы поднимаем уровень, чува-а-ак!» — объявил Годфред.

Коса пробыла в воздухе ещё около минуты, а во время такого боя это почти что вечность. Или мне просто так показалось.

«Возвращай оружие! — велел Годфред. — Оно теряет силу!».

Я немедля вытянул руку вперёд и призвал оружие.

Коса сделала ещё с десяток оборотов, будто не хотела заканчивать жатву, после чего блеснула в небе и устремилась ко мне. Пока она летела, я ощущал, как ящерка за моим воротником нервно перебирает лапками. Она испугалась, что коса сейчас нас тоже перережет. Афена ведь не видела мой бой с грувимами на тренировке в Землях Рассвета, поэтому не знала, чего ждать.

— Не бойся, — прошептал я. — Лучше следи за Тхаги.

Я снова вскочил на забор и поймал косу за древко. Оно легло в мою ладонь, как прилипшее. Я крепко сжал его и сразу приготовился к другой технике боя.

Вторая стая грувимов была на подходе, и им достался уже иной подарочек.

Из нижней части древка выдвинулся серп. Оба клинка косы раскалились докрасна, древко вместо синих молний вспыхнуло пламенем, огонь загудел и испустил в небо искры.

— Инквизицию подвезли! — выкрикнул я и рванул в бой.

Первая сова спикировала на меня, собираясь вонзить когти, но удар раскалённого клинка полоснул её по ногам и отсёк их к чёрту. Сова метнулась вверх, а вместо неё налетели уже с десяток сразу.

Они, как стервятники, напали все вместе, пытаясь разорвать меня клювами и когтями. Коса рубила и жгла до пепла всё, что было вокруг. Я махал оружием, как заведённый, а сила всё нарастала, мощь в мышцах увеличивалась, адреналин зашкаливал и выбивал во мне бешеный пульс.

Чёрные перья летели в разные стороны, пепел, тени — всё смешалось в адское месиво. Совы исчезали, появлялись новые, белёсые туманные сгустки душ мерцали вокруг, и накопитель косы моментально их пожирал.

А огонь на оружии всё не гас. Его подпитывали поглощённые души и смерть.

«Ахахахахаха! Как в старые добрые времена!» — хохотал Годфред.

Ящерка всё топталась лапками за моим воротником, а я беспрестанно махал оружием. Бой казался бесконечным, но я понимал, что с минуты на минуту сюда прибудут бойцы Гильдии и тоже примут бой.

Когда число сов вокруг меня стало уменьшаться, то я смог увидеть, что делает Тхаги.

Она уже покинула башню и сейчас надвигалась на Мозарта. Он её разозлил. Бог Гор до сих пор не прекращал стрелять в неё, его золотистые стрелы мелькали в ночи и разбивались о копьё Тхаги, а Мозарт всё стрелял и стрелял.

Он сказал, что сделает. И делал.

Вот только Тхаги всё больше злилась и подходила к нему ближе, готовя копьё к одному единственному смертельному удару. Малыш Мозарт не смог бы ничего противопоставить самой Богине Смерти.

— Мозарт, отходи в укрытие! — заорал я, но меня опять окружили совы. — Держись крепче! — крикнул я уже ящерке.

А потом, размахнувшись по кругу, резанул клинком всё, что мелькало рядом и загораживало обзор. Тела чёрных сов вспыхнули огнём инквизиции, стена пламени поднялась выше головы, всё заполонил дым.

Я не стал ждать, когда опять появится обзор, и ринулся прямо через стену огня и дыма, на помощь Богу Гор.

— Моза-а-а-арт! Отходи-и-и-и!

Спрыгнув с забора и сделав переворот через голову, я поднялся на ноги и увидел совсем другую картину.

Жмот!

Этот отчаянный паршивец вцепился в голову Тхаги и ухватился за амулет на её шее в попытках его сорвать! Его полосатый хвост метался в стороны, а сам зверёк пытался закрыть собой лицо Тхаги, чтобы она промахнулась мимо Мозарта ударом своего копья.

Тхаги сдёрнула Жмота с головы прямо за хвост и швырнула зверька в сторону, как щепку. Амулет так и остался висеть у неё на шее.

Жмот не достал вещицу, зато сделал другое дело.

Он отвлёк Тхаги и дал возможность Мозарту выстрелить в цель. Золотая стрела пронеслась мимо копья смерти и ударила девушке в бедро. Хоть это и была богиня космического класса, но тело-то у неё было человеческое.

Тхаги подкосило в ту же секунду. Она рухнула набок.

Не знаю, ощущала ли она боль, скорее всего, да, но не издала ни звука и оружие из руки не выпустила. Лишь схватилась за обожённую стрелой ногу, перевернулась на спину и…

Я её настиг.

Навалился сверху, приставил клинок косы к горлу и рявкнул так, что в башке зазвенело:

— КОПЬЁ УБРАЛА! БЫСТРО!

Тхаги тяжело выдохнула, но дёргаться не стала.

— Ты мне помешал, маленький ублюдок, — прошептала она, глядя на меня чёрными от злости глазами. — А с тобой, Годфред, мы ещё сочтёмся…

Копьё в её руке исчезло.

— Прости, Афена, — быстро сказал я, после чего заставил косу исчезнуть и, как только девушка рванулась из моей хватки, ударил её по лицу.

Кулаком в челюсть.

«Какой ты нежный», — усмехнулся Годфред.

Да, это было охренеть как паршиво и больно, причем не только ей, но и мне, зато необходимо. Никак иначе я сейчас бы Тхаги не вырубил.

И тут же с моего плеча на грудь девушки спрыгнула ящерка.

Через несколько секунд она сиганула прочь, улепётывая отсюда, куда глядят глаза, а потом юркнула под каменный завал, только её и видели.

— Афена… эй… — Я положил ладонь девушке на щеку и чуть по ней пришлёпнул.

Вырубил я её, конечно, недурно, но новое сознание должно было…

И тут девушка открыла глаза. Афена. Точно она. Это было видно по взгляду — совершенно другому, нежели был у Богини Смерти. Не знаю, что именно я разглядел сейчас в синих глазах Афены Гаспер, но меня пробрал мороз. Она смотрела на меня совсем иначе, чем раньше, будто я стал для неё другим человеком.

— Тайдер… ты… — прошептала она.

Ничего не отвечая, я помог ей сесть и быстро окинул взглядом округу. Мозарт прикрывал меня и девушку от сов, снова стреляя как из пулемёта, и не подпуская грувимов близко. Но не только он сейчас бился со слугами Бога Ночи.

Со всех сторон по стаям чёрных тварей ударили гарпуны и лучи ревма-рендеров, загудело пламя огненных волн магов-усилителей, появились десятки морфи, целые отряды под руководством коллекционеров.

Подоспели воины Гильдии, а значит, пришла пора надрать Богу Ночи его тёмный зад.

Я снова посмотрел на Афену и быстро снял с неё амулет, сунув его во внутренний карман под бронежилетом.

— Оставайся под присмотром Мозарта. Не отходи от него. И прости, что ударил.

— Тайдер, ты… ты… — опять повторила она, глядя на меня во все глаза.

Она будто хотела что-то сказать, но никак не могла найти слов.

— Мозарт! — крикнул я и указал на Афену. — Охраняй её!

— Мозарт сделает! — громко заверил тот, и можно было не сомневаться: он сделает, даже если это будет стоить ему жизни.

Я бросился на помощь Гильдии, прямо на бегу вызвав косу и кидаясь на первую попавшуюся сову.

Удивительно, но сила во мне продолжала расти, тело стало горячим, будто поднялась температура, и даже перья, летающие вокруг, вспыхивали пламенем рядом со мной, как хворост.

«Уху-ху-у-у-у! — напевал Годфред. — Во славу Вечной Ярости-и-и-и!».

На меня снова налетела стая, и снова им досталось. На этот раз уже Ударами Палача. Я резал косой теневых тварей, как умел, и оказалось, что умел уже немало.

Оружие косило и рубило грувимов, сверкало, трещало молниями, а накопитель всё больше наполнялся душами.

Подоспевшая Гильдия уничтожала сов вместе со мной. Отряды морфи стреляли из гарпунов, бились мечами и даже давили врага руками, если удавалось ухватить их за когтистые ноги.

А ещё морфи умирали.

На моих глазах одного из морфи разорвали две совы. У одной осталась его голова, а у второй — всё остальное. Грувимы хватали морфи и били их о башни Одинай. Били так сильно, пока от несчастных не оставались лишь куски.

Краем глаза я заметил, что