Граф Суворов. Том 7 - Иван Шаман

и называют Уральской принцессой, но земли за тобой меньше трети от региона, а Сибирь и вовсе не занята. Даже среди твоих сторонников всего пара сибиряков, в то время как у меня — пять.

— Это было грубо. — поджав губы проговорила Инга.

— Зато честно. — не снимая с лица вежливой улыбки сказал Константин. — К слову, нашему сюзерену такой стиль общения, без недомолвок и интриг, нравится куда больше. Как и указано в документах — недостаток возраста и образования.

— Мне это не нравится, и опыта у меня в самом деле маловато, какие-то намеки я могу не понять, какие-то понять неверно. — поморщившись сказал я, повернувшись к самому молодому из нас. Наследнику рода Амин было чуть больше двенадцати, и хотя я возвел его на престол Ашхабада, у парня все равно не складывался в голове правильный образ. — Али, ты ничего не хочешь сказать? Может у тебя есть для меня мудрый восточный совет?

— Если вы спрашиваете меня, господин… я бы посоветовал не стеснятся, а взять в жены обеих. Падишаху по статусу положено не меньше трехсот жен и наложниц. А в случае чего, их всегда можно отправить в путешествие на судне, которое внезапно затонет. — пожал плечами парень. Инга от этих слов поперхнулась чаем, а Мария посмотрела так выразительно, что он тут же пошел на попятную.

— Я ничего такого не имел ввиду, госпожа, уверен, ваш брак будет долгим и счастливым, и вы родите будущему государю множество детей и наследников. — прикрывшись руками от Мальвины протараторил Али.

— Прекрасно! Просто прекрасно! Сразу чувствуется восточная кровь. — рассмеялся Константин. — К слову, я считаю, что женится пока не следует. Пусть это и звучит грубо, но женитьба, и даже ее очередность, это пространство для торга. После признания Александра единственным живым, а главное прямым, наследником Романовых, место и роль первой супруги крайне важны не только для тебя, но и для империи в целом. Да и еще одно, формально род Романовых от правления не отошел.

— Да, моя прабабушка была сестрой императора. — кивнула Мария, без ложной скромности. — И союз Романовых и Морозовых в тот момент стал очень крепок.

— Женится на своих родственниках, особенно близких, довольно мерзко. — снова заметила Инга.

— Ну тогда вам, княжна, стоит забыть об этом браке. В конце концов ваша прапрабабка тоже имеет кровь Романовых. — извиняясь развел руками Константин. — Как и большая часть королевских родов всего мира. К слову, в моем роду таких пересечений три, только за последние двести лет.

— Значит об этом можно не думать. — решительно произнес я, не став уточнять что в состоянии нивелировать угасание рода из-за негативной наследственности. — А вот по поводу самого брака… Боюсь сейчас подобное обсуждение происходит и в стане сторонников старой аристократии. И что-то мне подсказывает что наш брак с Марией уже предопределен. Мир должен быть достигнут. Другое дело — Инга.

— Тут все зависит от позиции Екатерины относительно Уральской республики. На трон ее никто не пустит, в этом можете быть уверены. Слишком много крови, слишком много провалов, так что ее бывшее величество скорее всего получит в качестве отступных весь Урал, в качестве вотчины. — задумчиво проговорил Константин, глядя в огонь. — Если так, это может послужить поводом для ущемления княжны Лугуй в правах. И в землях, если уж говорить прямо.

— Она на это не пойдет, мы ее близкие соратники. — не слишком уверенно проговорила Инга.

— Да-да, а прошлые самые близкие и верные — мертвы. Из всего рода Меньшиковых осталась только дочь, так и не прошедшая процедуру консумации брака. — отмахнулся Багратион. — К слову, она сейчас тоже условно свободна. Нетронутая вдова, которую можно назначить владетельницей огромной области в Московской губернии, а также нескольких заводов и обширных угодий.

— Она же старая! — возмущенно заметила Мария. — Да еще и бывшая замужем.

— Ну, не такая уж она и старая, всего на пять лет старше вас, что годам к тридцати при должном уходе вообще будет незаметно. — пожал плечами Константин. — А вот сосредоточить в своих руках десятую часть всех земель империи, которые сейчас принадлежат угасающим родам Меньшиковых, Морозовых и Лугуй — это довольно хороший ход, который позволит сесть на трон автоматически, лет через десять. Да и опыт управления огромными разрозненными территориями с тысячами жизней…

— Я буду первая. — грозно посмотрев на меня сказала Машка. — Только попробуй взять в жены другую, я ее изнутри до смерти заморожу.

— Почему мы опять свели все к браку? — со вздохом спросил я.

— Потому, что есть только два способа удержать власть. — усмехнулся Багратион, повернувшись к Амину. — Выскажетесь юноша?

— Конечно. Есть два способа обретения власти, через завоевание и через брак. — ерзая в явно большом для него кресле, ответил Али-Саид ибн Амин. — Завоевание может быть силой, хитростью или подкупом, но через брак куда надежнее. Особенно если остальные наследники уже мертвы или их легко устранить.

— Слова истинного мудреца. — проговорил Константин, подняв кверху указательный палец. — Смирись, дружище, жениться тебе все равно придется. А в нашей ситуации — лучше рано, чем поздно.

— Верно. — снова улыбнулась Машка, повернувшись ко мне. — И чем раньше, тем лучше. А я — идеальная кандидатка.

— Кхм. — что-то душно стало. — проговорил я, расстегивая ворот рубахи. Одежку вновь сменил привычный уже набор курсанта-военного.

— Не наседайте на него, ваше сиятельство. — махнул рукой Багратион. — У вас еще будет время. Кроме того, я слышал, что в супруги Александру пророчат еще как минимум трех девиц. В том числе из упомянутого вами рода Вяземских.

— Что ты там говорила по исключению их из моей делегации? — повернувшись к Инге проговорила Мальвина. — Кажется я резко передумала и согласна с тобой.

— Место для торга. — вновь кивнул Багратион. — Жениться все равно придется, но вот выбор невесты, особенно первой, будет очень сложным. Еще есть немаловажный фактор государственного брака. Пока мы рассматриваем лишь наших, российских красавиц, но у императора есть обязательства и во внешнем поле. Да и принцесс на выданье хватает.

— Все, довольно на сейчас. Мне что-то подсказывает что брак до восхождения на трон — плохая идея. — сказал я, поднявшись. — Кроме того, мы обсуждали