План игры - Александр Леонидович Пономарёв

ты сердцем не только видишь, но и чужие письма можешь читать?

– Вот чудак-человек, – покачал головой старик. – Да ты разве, кроме своего друга-профессора, к кому-нибудь ходишь? Нет. Дык чего тогда удивляешься? Все ж на поверхности лежит, даже думать не надо.

– И как это я не сообразил? – Лекарь смущенно улыбнулся и зачем-то сдвинул очки на кончик носа.

– Ну так что, повод-то какой?

– Не знаю. Олег ничего внятного не написал. Он лишь намекнул на сюрприз.

– М-мм, понятно. Значит, время пришло.

– Чего?

– Время, говорю, для сюрприза пришло.

Скиталец вздохнул, встал из-за стола. Оправил чуть подрагивающей морщинистой рукой складки на сером, подпоясанном веревкой балахоне и пошаркал к отделенному ситцевой шторкой закутку за печкой. Он вышел оттуда четверть минуты спустя, постукивая по полу приспособленной под посох корягой.

– Пехом до научного лагеря пойдем или срежем через «кротовину»? Засиделся я в последнее время, хотелось бы косточки немного размять.

Лекарь пожал плечами:

– В письме точное время не указано. Думаю, можно немного прогуляться.

На том и порешили.

– Вот это да! Ну и компания собралась. Не знал, что все Хранители заглянут ко мне на огонек! – радостно воскликнул Олег Иванович, когда Лекарь и Скиталец переступили порог. За ними в просторное помещение с телепортационной камерой подле дальней стены вошли близнецы Комон и Эврибади (профессор отправил их сопроводить Хранителей, как только на его ПДА поступил сигнал от системы распознавания лиц) и застыли изваяниями, повернувшись спинами к запертой на электромагнитный замок двери. Ни один мускул не дрогнул на их абсолютно одинаковых лицах, еще больше усиливая сходство братьев с восковыми статуями.

Шаров подошел к накрытому столу и выдвинул из-под него два свободных стула.

– Было у меня предчувствие, что большой компанией соберемся, потому и подготовился соответствующе. – Он глянул на Лекаря и поспешно отвел взгляд в сторону. – Так-то я думал, мы с тобой в компании Балабола посидим, кое-какие вопросы порешаем, но раз Крапленый решил вдруг меня навестить, а ты Скитальца с собой позвал, значит, я не зря прислушался к интуиции.

– По какому поводу встреча? И почему здесь, а не у тебя в кабинете? – поинтересовался Лекарь, кивком здороваясь с Крапленым и Дмитрием Преображенским. Те сидели рядышком за столом. Крапленый махнул рукой в ответ на приветствие. Дмитрий широко улыбнулся и тоже кивнул, а потом учтиво поздоровался со Скитальцем.

– И тебе не хворать, – добродушно прогудел старец, усаживаясь за стол.

– Потом, потом, все потом, – торопливо сказал профессор. – О делах позже поговорим, а пока прошу всех отведать моей наливочки. Сам лично вот этими руками готовил. Смею заметить, не хуже твоей клюквенной настойки, – улыбнулся он Лекарю, стараясь при этом не смотреть в его глаза.

Вообще Олег Иванович сегодня как-то слишком суетился: нервно теребил пальцы рук, одергивал полы лабораторного халата, потирал подбородок, трогал мочку правого уха. Лекарь не придал этому значения. Подумал, волнуется старый друг, ведь давно таким составом не собирались.

– Слишком смелое утверждение, – усмехнулся он в аккуратно подстриженные желтоватые усы.

– Ты попробуй сначала, потом будешь говорить. – Профессор взял со стола пузатую бутыль с содержимым вишневого цвета. Откупорил и сперва набулькал каждому гостю в бокал, а потом плеснул себе. – Ну, за встречу! – отсалютовал он посудой из тонкого стекла. Гости попробовали наливку. Лекарь причмокнул губами и с видом знатока уважительно покивал. Профессор улыбнулся в ответ и поставил бокал на стол.

– Эй! Почему я не могу пошевелиться?! – в голосе Крапленого звучала тревога. – Ты чем нас опоил?

– Не волнуйтесь, это временное явление. Эликсир из особых трав вызывает паралич скелетной мускулатуры на срок до пяти часов, в зависимости от количества принятого внутрь напитка. Вы все не так много выпили, так что часа через два к вам снова вернется подвижность.

Брови Лекаря изумленно изогнулись.

– Это что за новости? Ты чего удумал, Олег? А ну перестань! Немедленно дай нам противоядие, и мы забудем об этом, как о дурном сне. (Профессор даже не пошевелился.) Ты меня слышишь?

– Слышу, не глухой. Только рановато пока вам пить антидот. Поверьте, я так сделал для вашей же безопасности.

– Хватит нести чушь! – Крапленый попробовал пошевелиться, но у него ничего не вышло. Только лицо налилось кровью от непомерных усилий сдвинуться хоть на миллиметр. – Ты обманом заманил нас к себе…

– Тебя я не звал, ты сам пришел, – бесцеремонно перебил профессор и повернулся к близнецам: – Комон, Эврибади, свяжите им руки на всякий случай.

Военсталы вынули из кармашков тактических жилетов пластиковые наручники и двинулись к неподвижно сидящим за столом гостям.

– Олег, одумайся! Не делай того, о чем потом пожалеешь!

– Ему первому свяжите, – показал на Лекаря профессор и повернулся к другу спиной, нервно кусая нижнюю губу.

Вжикнули наручники, стягивая запястья пленников. Лекарь поник головой. Крапленый хрипло ругался, брызгая слюной и страшно тараща глаза. Из всех Хранителей только Скиталец сохранял невозмутимость. Да и Дмитрий как-то подозрительно спокойно реагировал на происходящее, словно чего-то знал.

Негромко запиликал мини-комп. Профессор сунул руку в карман халата, вытащил ПДА. На устройство транслировалось изображение с одной из камер видеонаблюдения. По территории научного лагеря шел молодой человек. Со всех сторон его окружали полуголые, измазанные в крови не то люди, не то похожие на них создания. Они прыжками передвигались на четвереньках, опираясь при этом на руки, как шимпанзе. И хотя он вовсе не был похож на того Богомолова, чью фотографию столько дней показывали по мировым информационным телеканалам в связи с сенсационной речью Преображенского на Генассамблее ООН, профессор не сомневался, что это тот самый загадочный и долгое время остававшийся для него неизвестным компаньон. Никто другой не мог здесь появиться так неожиданно и словно из ниоткуда.

– А вот и обещанный сюрприз, – неожиданно звонким голосом объявил он и кашлянул в кулак.

У профессора было время подготовиться к предстоящей встрече с Богомоловым. По его приказу ассистент протянул кабель от серверной до пульта управления телепортом, подключив лабораторию к системе громкой связи и оповещения. Олег Иванович подошел к усеянному кнопками и рычажками столу, сел в кресло. Подвинул ближе к губам микрофон и щелкнул кнопкой включения.

– Рад видеть вас, Игорь Михайлович.

Богомолов поднял голову и посмотрел по сторонам. Нигде поблизости не было ничего похожего на динамики. Голос профессора как будто лился с небес. Вместе с хозяином завертели башками изорги из второй партии. Забормотали, захрипели, защелкали на разные голоса. Первый отряд разбежался по территории лагеря. Богомолов не стал их призывать, опасаясь снова оказаться в прострации. Для реализации плана хватит и тех, кто сейчас рядом с ним.

– Тот, кто вам нужен, рядом со мной. Я его опоил. Он в сознании, но двигаться не может.

– Так и знал, – скрипнул зубами Крапленый. – Предатель! Иуда! Будь ты проклят!

Профессор едва успел выключить микрофон.

– Замолчи! – злобно прошипел он, жестом поманил к себе одного из близнецов