Великие Спящие. Эпилог. Том 1 - Виталий Валерьевич Зыков

энергетических каналов К’ирсана, существенно сузили возможности по управлению плетениями, а также отравили ненавистью глубинные слои ауры. Да, с чем-то удалось справиться — так, благодаря Двойнику, император уже в первые десять лет после ранения избавился от разъедающего тонкое тело яда и смог решить проблему отторжения протезов, — но этого было явно недостаточно, чтобы вернуть прежнюю форму. Механическая конечность плохая замена живой руке в плане создания колдовских узоров, «сшитая» аура не способна хранить Великие заклинания, а изломанные каналы не могут пропускать прежние потоки Силы.

К’ирсан Кайфат всё ещё маг, но… сфера его интересов теперь сводилась лишь к работе над собой, вместо былых попыток взять штурмом колдовские вершины. Разумеется данная трансформация не укрылась от окружающих, ими сделаны определённые выводы, и вот теперь приходилось расплачиваться за возникшее недопонимание.

Вот только и разубеждать сына К’ирсан тоже по определённым причинам не хотел, а потому вместо этого сам пошёл в атаку:

— А тебе не кажется, что для человека, который критикует собственного отца и своего императора за отсутствие амбиций, ты чересчур много «болеешь» за государство и почти не уделяешь внимания собственному развитию?

Кайфат знал, это был подлый удар. Став взрослым и избавившись от его диктата в плане учёбы, сын со временем — надо признать, не сразу! — перестал демонстрировал былое прилежание и теперь посещал тренировочную площадку хорошо если пару-тройку раз в седмицу. Что точно не дотягивало до стандартов «прежнего» Кайфата, на которого сам Яр’мир и ссылался.

— Я без пяти минут Мастер меча и один из сильнейших магов империи, — задрал подбородок сын, сбавляя тон. — Пусть тот же Канд, как и несколько его лучших учеников, сильнее меня, но так на то она и элита Корпуса, чтобы…

— Чтобы что⁈ — не сдержался К’ирсан, и эта его вспышка совпала с усилением давления Двойника.

В итоге вырвавшаяся на волю Сила волной прокатилась по залу, сбила побелку с потолка и сорвала пару гобеленов со стен.

«Опять не сдержался!!!» — с досадой отметил Кайфат, вслух же продолжил:

— Сколько ты освоил из моего наследия? Того самого, что я создал перед так воодушевившей тебя дракой с Оррисом? Процентов семьдесят-восемьдесят? А какую из этого часть ты способен применить в бою, без подготовки⁈

— У меня есть время… — окончательно сник перед его напором принц.

— Время на что? На то, чтобы сильней тебя в империи оказался не только Канд с учениками, но и половина Корпуса⁈ Чтобы недобитый Оррис зализал раны и спустился с Гуур’о’деми⁈ — давно копившаяся в душа К’ирсана ярость требовала выхода.

Опять отозвалась Сила, появилось желание выплеснуть её вовне… и Кайфат, скрипя зубами, принялся сжимать взбрыкнувшие эмоции тисками воли. Разумеется справился, но кое-где какие-то крохи энергии всё равно просочились в тело, болезненным вихрем пронеслись по энергетическим каналам и ворвались в протез. Тонкий механизм протестующе заскрипел, из щелей посыпались искры, и император, под немного обеспокоенным взглядом сына, стряхнул с металлической ладони в специально стоящий для этой цели чан с песком брызги зелёного огня.

— Лжебог жив, Яр’мир, — К’ирсан кажется впервые за весь разговор обратился к принцу по имени. — А мои раны от чего-то не спешат восстанавливаться. Так что если тебя действительно волнует судьба империи, то… — Тут он снова не сдержался и с напором выдал: — То стань, наконец, достойным трона!!

Что как отец, что как император, Кайфат прекрасно осознавал собственную правоту, однако верность слов не отменяла простого факта — они снова поругались с сыном. И это не могло не огорчать. Пусть Яр’мир давно уже не ребёнок, К’ирсану всё равно хотелось иметь с ним хоть какое-то нормальное общение, но, увы, в последние годы подобные встречи раз за разом заканчивались ссорой.

Проблема отцов и детей в полный рост, раздери её хфург!!

— Я тебя услышал, отец! — сказал из-под насупленных бровей Яр’мир, отодвигаясь вместе с креслом от стола и поднимаясь на ноги. Чувствовалось, что выволочка не прошла даром, и внутри у него всё клокочет. — Однако хочу спросить… Хотя бы мешать добивать Загорье из очередных «высоких» соображений ты не будешь⁈

— Их — не буду, — кивнул К’ирсан Кайфат, на чём их разговор и завершился.

Яр’мир стрелой вылетел из зала, разве что дверью не хлопнул, что до К’ирсана, то он пару минут посидел за столом, подавляя отголоски активности Двойника, после чего также поднялся и двинул к выходу. По пути неловко задел заклинившим протезом за спинку соседнего кресла, помянул мархуза, и принялся разрежённо крутить спрятанные под рукавом верньеры. В прошлый раз подобного рода «шаманство» вроде бы помогло, а значит была надежда, что и сейчас удастся обойтись без унизительного обращения к гномьему механику.

— Владыка? — услужливо подскочил к К’ирсану секретарь, стоило государю появиться в коридоре.

По бокам тут же встали стражники из Ордена — детища Руорка, чьи воспитанники последние лет пятнадцать полностью взяли на себя функции императорской охраны.

— Отменяй обед в Алом зале. Появилось настроение потренироваться с мечом! — бросил Кайфат на ходу и зашагал, поскрипывая металлом, по направлению к внутреннему двору.

В отличие от механической руки заменитель потерянной стопы практически никогда не капризничал, так что если не знать заранее, можно было и не догадаться о ещё одном увечье К’ирсана.

Хоть тут повезло…

— Пригласить вашего обычного спарринг-партнёра? Мастера эл’Зарину? Или… — засеменил за императором секретарь.

— Никаких или. Эл’Зарина меня полностью устраивает, — холодно проронил Кайфат, чуточку недовольный излишней суетой.

Мысленно он уже настраивался на схватку, так что любые отвлечения раздражали. Или тому причина не суета, а вообще ситуация, когда он в принципе вынужден готовиться к бою⁈ Хфургово семя, он — некогда великолепный боец — после полученных травм теперь вынужден перед любой серьёзной активностью приводить свой организм в состояние повышенной готовности! Ну не стыдоба ли⁈ И это уже после десятилетий работы над собой. В первые годы он не то что о поединке, об элементарной пробежке помыслить не мог!

Накрутив себя таким образом, К’ирсан Кайфат на выходе во внутренний двор не стал пользоваться лестницей и попросту сиганул через перила. Не столько из насущной необходимости, сколько из желания доказать, что не хуже себя прежнего и ещё на что-то способен.

Впрочем тут никаких казусов ожидаемо не произошли и с высоты в пару саженей Кайфат упал с грацией кошки. Погасил инерцию хлопком левой ладони по песку, выпрямился, скинул с плеч камзол на руки