Великие Спящие. Эпилог. Том 1 - Виталий Валерьевич Зыков

левую руку устроился Дит лин Грон — глава службы внутренней безопасности и один из учеников ушедшего на покой Щепки. Весь какой-то мелкий, тощий, с крысиным лицом, постоянно бегающими глазками и тремя прилизанными чёрными волосинками поверх белоснежной лысины. Увидишь такого в толпе и тут же забудешь. Однако он уже не раз и не два доказывал, что достоин своего места. И те шестнадцать покушений, два мятежа и бесчисленное множество попыток реанимации культа Орриса, которые Дит предотвратил, говорили сами за себя.

Справа устроился толстяк Лу Гир — выходец из клана Серебряной луны и весьма инициативный глава внешней разведки. Любитель вкусно покушать, хорошо выпить, «погулять» в борделе — подборка пороков у него как по учебнику! — и при всём при этом фанатичный сторонник экспансии империи. Собственно завоёванный и уже практически полностью поглощённый Заурам во многом заслуга его службы.

Прямо напротив сидит глава Корпуса магов — вот уже почти сорок лет данный пост занимает Канд — и он традиционно прислал вместо себя заместителя. Первый ученик К’ирсана настолько погружён в магические дела, что даже женился по императорскому приказу. Иначе так и жил бы до сих пор бобылем. Помощник был подстать своего начальнику и при в общем-то приятной внешности — высокий худощавый брюнет лет тридцати пяти с костистым лицом и пронзительным взглядом — также был «женат на работе».

«Надо будет отследить данный вопрос, — сделал пометку в блокноте К’ирсан, не слишком-то ловко выводя левой рукой буквы. — Рехнувшиеся на почве волшбы маги нам не нужны».

Тут он перехватил томный взгляд сидящей рядом с помощником Канда одетой по последней моде дамочки и мысленно вздохнул. Вот тоже проблема. Если маги слишком зациклены на Силе, то нынешний министр пропаганды — одна из многочисленных дочерей Мигуля Шесть струн по имени Калана Пылающая душа — наоборот чересчур повёрнута на отношениях. Точнее, на лёгких отношениях. Дит периодически докладывает об очередной смене возлюбленного этой блондинистой стервы, так что Кайфат уже сбился со счёта сколько мужчин побывало в её постели. Проклятье, да она бы самого К’ирсана соблазнила, только дай ей волю!

Периодически возникало желание столь «яркую и творческую» личность заменить на человека поспокойнее и посдержаннее, но кого поставить взамен? Да и смысл, если с работой она справляется едва ли не лучше весьма сведущего в своём деле отца!

Впрочем, присутствовали на Совете и те, кто был точно защищён от внимания алчущей впечатлений женщины. К’ирсан нашёл взглядом Гхола и усмехнулся. Заметно заматеревший за прошедшие годы гоблин сидел в специально сделанном для него кресле с прямой как палка спиной, таращился широко раскрытыми глазами на читающего доклад лин Таура и столь старательно морщил лоб, что можно было не сомневаться — опять вышел в Астрал и общается с духами.

— Где его высочество? — шепнул К’ирсан предупредительно склонившемуся к нему клерку, заметив пустующее рядом с верховным шаманом кресло.

— Принц Яр’мир обещал прибыть чуть позже, к завершению совета! Наследник в сопровождении генерала Храбра грасс Яро инспектировал северную границу… — доложил секретарь, и К’ирсан мгновенно ощутил приступ неудовольствия.

Оррис и Кали, вот ещё одна его головная боль. Сын! Уже вполне сформировавшийся как воин и маг, сам отец двоих детей, он жаждет войн, схваток, великих свершений, а взамен годами получает лишь управленческие должности да «скучное» общение с бюрократами. И до сих пор не понимает, что это и есть основная суть власти!

«Интересно, когда вернётся, чего Яр’мир сделает? Попробует убедить в том, что война с эльфами — это прекрасная идея, или же попросится на войну с Загорьем?» — задал себе в общем-то риторический вопрос К’ирсан и теперь уже с сожалением вздохнул.

Остро не хватало Тёрна, который, наверное, лучше всех сдерживал нрав принца. Но верный грасс Согнар по глупому погиб при штурме столицы Заурама и достойной замены ему не нашлось. Увы…

— Господин Лу, раз уж уважаемый Мэт закончил терзать нас цифрами урожаев, надоев и торговых наценок, то может быть вы обрисуете общее положение дел уже за пределами наших границ? — объявил Кайфат, стоило министру развития закончить выступление.

При этом император рефлекторно взмахнул протезом и с неприязнью выругался, когда тот в очередной раз противно лязгнул. Проклятая гномья железяка опять нуждалась в ремонте. И видимо в качестве довеска тут же начались фантомные боли в несуществующей руке.

Впрочем присутствующие случившееся словно бы и не заметили. Разве что Калана стала улыбаться ещё более ослепительно, но она постоянно этим злоупотребляла, так что Кайфату могло и показаться.

— Как будет угодно Владыке! — Толстяк зайчиком выскочил из кресла, заложил руки за спину и, с важным видом покосившись на лин Грона, откашлялся. — И начну с ситуации в Грольде…

Парадокс, но наступили времена, когда обзор любой внешнеполитической активности в империи начинался не с изучения ситуации в Нолде или Маллореане, а с мест, ранее игравших гораздо менее значимую роль.

Конфликт между Новым Зелодом и Эригенией, возникших на месте распавшегося старого Зелода, миграция монстров в землях бывшего Гарташа, развитие охотничьей индустрии Скарта и колебания цен на продукты переработки монстров — вот то, что лежит на виду. А ведь есть ещё и активизация запрещённых культов в чудом уцелевших Баронствах, возрождение торговой мощи Джуги, миграция орков в империю, шпионские игры Братства отрёкшихся и некромантов Тлантоса… Важных тем столько, что реваншистские настроения нолдцев, восстанавливающих сеть вассальных государств в Халифате, и политические преобразования Светлых эльфов на их фоне попросту терялись.

— Что с войной на юге. Когда у вас запланирован штурм столицы Загорья? — чуть холоднее, чем следовало, спросил К’ирсан, стоило начальнику разведки замолчать.

— Но… ваше величество… Разве это не сфера ответственности принца Яр’мира? — после короткой паузы осторожно спросил толстяк.

— Ты его здесь видишь? Я — нет! — бросил Кайфат, и видимо что-то такое прорвалось сквозь барьеры его воли, раз все присутствующие немаги вдруг побледнели, помощник Канда вздрогнул, а силой вырванный из транса Гхол принялся удивлённо крутить ушастой башкой.

— Я не люблю повторять дважды, Лу, — напомнил К’ирсан, однако получить желаемую реакцию не успел.

Дверь открылась и в зал совета быстрым шагом вошёл Яр’мир. За ним, соблюдая приличествующую ситуации дистанцию, держался Храбр.

— Отец… Господа-министры… Прошу прощения за опоздание! — с ходу начал сын. — И в качестве извинений готов доложить не только о ситуации на юге, но и о севере!

Чувствовалось, что он долго размышлял над грядущим разговором и заранее просчитал