Агентство "Последний путь" 2 - Сергей Викторович Вишневский

— Стой. С кулаками пойдёшь?

Исполин взглянул на свои руки и кивнул.

— На склад, — кивнул Верша. — В броню вас не закуем, но хоть оружие нормальное дадим.

* * *

Гара сделала шаг и подошла к двери.

За ней слышался неспешный разговор двоих мужчин и звон вилки о тарелку.

— Зря вы так, ваше преосвященство. Это дело богоугодное. Тут давно пора навести порядок.

— Хель, порой твоя набожность и правильность просто бесит, — фыркнул другой голос, который убийца сразу узнала. — Все это назначение не для того, чтобы тут порядок навести. Несмотря на то, что я сделал для церкви, несмотря на мои безупречные заслуги, меня отправили сюда уж точно не для порядка.

— Вы накручиваете, — вздохнул собеседник. — Слухи о бардаке тут ходят даже в столице.

— Слушай, — вздохнул голос Слифус. — Сколько назначенцев от верховного совета сюда назначалось за десять лет?

— Не припомню. Вроде, пять или шесть.

— Десять. Каждый год назначенец тут менялся и все с позорной формулировкой «За безответственную службу». Знаешь, что это значит? Нет?...

— Ну-у-у-у... Примерно начинаю понимать. Никто не справился?

— В этом-то и дело. Сюда ссылают тех, кого решили подвинуть из Синода. Раз и навсегда. Путь сюда — это путь в один конец, до первой инспекции. Теперь понимаешь, отчего я так нервничаю?

— То есть, никто не смог решить проблемы тут?

— Да. По факту — это невозможно.

— А если у нас... если у нас получится?

— Хель, у нас должно быть оружие и обмундирования на десять тысяч солдат. Десять! Откуда по-твоему оно возьмётся? Ты видел, что творится в арсенале? Там же половина — ржавое дерьмо, а вторая половина — труха.

— Ну... может, что-то ещё можно сделать?

— Да, черта лысого ты там сделаешь, прости господи, — вздохнул Слифус. — Форма и знамена — сгнили еще со времён отца Никоса, а на самом складе лет сто никто не то что не обмазывал оружие маслом. Там даже учёт последний проводился при Патрике Лучезарном. Никто не знает, что там творится и даже не представляет, как это разгребать.

— Боже милостивый, — вздохнул паладин.

— Можешь сколько угодно молиться, но нам придётся разгрести весь бардак, что тут устроили, — вздохнул кардинал. — Я так просто этим уродам не сдамся. Хотели меня утопить? Хрен вам! Слифус Егерский не тонет!

В этот момент с улицы послышался вскрик, а после разъяренный рык и звуки глухих ударов.

— Чёрт побери! Не хватало, чтобы эти идиоты тут передрались и устроили разборки, — недовольно проворчал кардинал. — Хель, выйди и утихомирь этих кретинов. Ей богу, как только получу момент, пригоню сюда хотя бы десяток нормальных бойцов. От этих проку не больше, чем от голубиного помёта на соборе.

— Слушаюсь, — вздохнул паладин и направился к двери.

Гара тут же нырнула в тень и активировала навык, пропуская воина света мимо себя. Тот прошёл и направился к лестнице, а убийца осторожно приоткрыла дверь и медленно вошла в комнату.

Кардинал сидел за столом с кубком легкого вина в руке и смотрел в окно, за которым виднелась полоса серых облаков, что надвигалась на форт из-за горизонта. С улицы слышались звуки драки, но его это не беспокоило.

— Сраные старики... — вздохнул и пригубил вина, не отводя взгляда от надвигающегося серого фронта облаков.

Гара тем временем медленно начала подходить к столу. Двигаясь, как учил Верша, с пятки на носок, она не издавала ни звука. В руках у неё был кинжал, в груди колотилось сердце от предвкушения встречи, а в глазах жажда мести.

На подходе к столу умение закончилось, и лёгкий отвод глаз спал. Однако Слифус всё так же смотрел на небо, задумавшись о своём. Девушка села на место паладина, взяла бокал в руки и откинулась на спинку, положив кинжал на стол. Второй она продолжала держать в руке, рассматривая мужчину напротив.

— И как это разгребать, — пробормотал кардинал и поставил на стол бокал.

Повернув голову, он обнаружил перед собой Гару и замер с широко раскрытыми глазами.

— Мерис?.. Мерис, это ты?

— Я, — кивнула девушка. — Рада, что узнал.

— Мерис, где ты была? Куда исчезла и... что вообще произошло?

Девушка вздохнула.

— Так непривычно слышать своё имя, — произнесла она с грустной улыбкой. — Вроде, и приятно, но... не из твоих уст.

Кардинал нахмурился, а девушка пригубила вина.

— Знаешь, — произнесла она, поставив бокал на стол. — Я тут тебя вспоминаю... частенько.

— Хочешь сказать, что скучала?

— Вспоминаю, когда вижу шрамы на ногах, на спине моюсь и чувствую рубцы на ней. Рёбра... знаешь, они уже не болят. Очень долго болели, когда я ушла. Наверное, месяц. Не меньше.

Слифус поджал губы.

— Ты сама в этом виновата, — произнёс кардинал. — Или скажешь — нет?

— Нет, муж мой. Нет. Ни одной измены, что ты тыкал мне в лицо, когда избивал, не было.

— Сэр Грегори, по-твоему...

— Знаешь, если я сейчас возьму нож и медленно, с зельями и травами, начну тебя резать... Неглубоко, так, на сантиметр, чтобы мясо надорвать. И буду делать это часами... — Гара облизнула губы. — Я заставлю тебя написать собственноручное признание о том, что ты... Допустим, что ты мастурбировал на алтарь в Великом соборе.

— Что-о-о? Это ложь!

— Какое это будет иметь значение, когда ты сойдешь с ума от боли? — вздохнула Гара.

Повисла небольшая пауза. Кардинал смотрел на супругу со злостью, а та в ответ с жалостью.

— Зачем пришла? — сквозь зубы спросил Слифус. — Я с трудом замял твой побег. И ты не представляешь, на что мне пришлось пойти, чтобы выставить смерть моего лучшего паладина за несчастный случай.

— Сэр Галиндор, — кивнула убийца. — Хороший был паладин. Исполнительный... Тебя совесть за тот приказ не мучает?

— Не понимаю, о чем ты, — тут же отрезал кардинал.

— То есть твой покорнейший слуга, твой ручной пес, обезумел и просто так решил изнасиловать супругу своего хозяина? — усмехнулась Гара. — Просто так?

— Я не давал такого приказа.

— И за дверью не ждал, чтобы зайти в самый пикантный момент?

— Это было случайностью. Бог привёл меня туда. Он знал, что ты нечестивая блудница и...

— Убийца,