Повелитель Ифритов - Артём Март

тебе сказать вот что, — с улыбкой начал я, — с завтрашнего дня, твоя преступная банда, твоя “Семья” перестает существовать.

— Что?!

Глава 30. Дом у реки

— Что ты говоришь, Рома?

— Без имен.

— Что значит, Семья перестанет существовать?

— Значит, — беззлобно начал я, — но она перестанет быть тем, чем является сейчас. А именно: полуорганизованной преступной группой. И превратиться в кое-что новое, — я сделал паузу, Саша на том конце тоже молчала. Только звук ее тихого дыхания иногда пробивался через динамик, — так вот, — продолжил я, — ваши ресурсы нужны мне, как уставной капитал для новой компании. Нового юридического лица. Причем легального.

— Что… — неуверенно проговорила Саша, — что ты имеешь в виду?

— Активы семьи придется продать. Эти деньги станут основой уставного капитала нашей новой фирмы. Кроме того, через такие сделки мы отмоем все то, что заработано на контрабандой.

— Фирмы? — удивилась Саша.

— Да. ЗАО Ифрит.

— Ро… Ифритор, — из голоса Саши исчезли ехидные нотки, он стал звучать обеспокоенно, — остальным это очень не понравится… Очень. Ты обещал им богатую жизнь, и они пошли за тобой, а теперь что? Ты все отбираешь.

— Ничего не изменилось. Каждый, кто останется в моей команде — разбогатеет — холодно проговорил я, — у меня намечаются дела с РосАрмой. И для этого мне нужна собственная организация.

— С кем, с кем? Армой?! Да ты шутишь! Издеваешься надо мной! Откуда у тебя такие связи?!

— Выиграл на турнире фехтовальщиков, — засмеялся я.

— Что? — непонимающе проговорила она, — как? Ты разве не там? Он закончился?

— Я уже его выиграл. И уже дома. Но как раз сейчас, в усадьбе Добронравова, начинается самое интересное.

— Я вообще ничего не могу понять! Информации так много! И она всем скопом навалилась на меня! РосАрма, Ифрит, веселье! Ты сводишь меня с ума!

Нина явно услышала это, но, кажется, не все, и поняла не так. Она зло хмыкнула, скрестила руки на груди. Откинулась на кресло. Закинув ногу на ногу, неприязненно скривила носик. Я ей улыбнулся.

— Давай мы не будем трогать Семью, — несколько заискивающим тоном начала Саша, — прошу, не нужно. Дай нам три месяца. Я заработаю тебе на твой Ифрит. Сама буду таскать товары, но заработаю!

— Исключено, — я отрицательно мотнул головой, — так быстро отмыть деньги мы не успеем. Это первое. Второе, РосАрма будет тщательно проверять Ифрит. Моя компания не должна иметь ничего общего с преступными элементами. О вас в Арме не знают. Но, когда начнется проверка, узнают сразу. И все рухнет. Так что Ифрит не может существовать, пока существует Семья.

— Смерть Лунара, — громко сглотнула Саша, — это еще куда ни шло. Но это, то что ты предлагаешь, я просто боюсь говорить остальным. Вдруг они не согласиться?! А вдруг взбунтуются?! Да и мне… Я не уверена, что это нужно мне…

— Это нужно всем нам, — серьезно сказал я, — и тебе в первую очередь. Ты ведь потеряна, Саша. И сама не знаешь, чего хочешь от жизни.

— Что? — неуверенно проговорила она.

— Ты занимаешься Семьей. Замешана в уголовщине. И потому одинока. Боярыня, что мечтает о другой жизни, но в силу обстоятельств, должна принять эту. Ты страдаешь, оттого, что состоишь в Семье, Саша. Мечтаешь все закончить, но не можешь решиться.

— Боже Рома… — ошарашенно проговорила девушка, — ты… ты будто видишь меня насквозь. Как? Как ты вообще это делаешь?

— Это твой шанс, Александра, — спокойно сказал я, — шанс начать все с нуля. Стать кем-то еще. Стать настоящей боярыней, а не бандиткой из ночного клуба. А с остальными я поговорю сам.

— Я… мне нужно подумать, Ифритор.

— Конечно. Я заеду завтра вечером, как договаривались.

— Лучше ближе к ночи.

— Хорошо. Бывай, Саша.

Утром следующего дня мы вернулись в дом Нины. Первый этаж стоял невредимым, но тут царил беспорядок. Второй же был разнесен почти полностью. Окна сверху мы с артиллеристами вынесли, когда сцепились. Мерзкий дождь, который шел недавно, залил весь коридор. Испортил полы и стены, зато смыл кровавые подтеки.

Когда я вырвал заколоченную дверь голыми руками, Нина удивленно посмотрела на меня.

— Когда это ты стал таким сильным, Рома? Что это такое?

— Магия, — солгал я, улыбнулся.

Это была Аврора. Медицинский дух-хранитель прекрасно поработал над моей нервной системой. Укрепил ее так, чтобы сигналы лучше проходили от мозга к мышцам. И в большем объеме. Это увеличило мою физическую силу. Пожалуй, теперь взрослый тренированный мужчина не справится со мной в рукопашной. Будь он даже и на сорок двадцать тяжелее.

Спасибо тебе, Аврора. Ты славно потрудилась. Можешь пока отдыхать. Китовая музыка веселой нотой прозвучала в голове. Мда. Теперь мне сложно представить свою жизнь без Авроры. А она не может представить жизнь без меня.

Аврора когда-то была человеком. Сильный, очень развитый врожденный вытяжатель, переродился в очаг, когда ей было три. Зато тело сформировалось неправильно еще в утробе матери. Все питательные вещества пошли в магический орган-вытяжатель. Чудовищной силы магия, в парализованной немощной оболочке.

Она могла бы быть чудовищным оружием, озлобленным на весь мир. Настала невероятно человеколюбивым существом. Стала той, кто спасала жизни, лечила магией. Исцеляла близких, а потом и просто нуждающихся.

Удивительно, но огромное желание помочь другим людям, вкупе с неподвижным телом, считай предметом, породило внутри Авроры Ифрит Сильного Желания Исцелять. Ее родственники быстро нашли этому явлению коммерческое применение. Но я спас ее. Внутри меня она может жить полной жизнью. Ходить моими ногами, смотреть моими глазами, переживать приключения. Раньше она была всего этого лишена. Взамен же, она лечит и укрепляет мое тело.

Когда я превращу свой вытяжатель в очаг, Аврора сможет лечить моими руками других людей. Сейчас она больше всего мечтает именно об этом. По правде сказать, очаг, и генерационная магия мне не слишком нужны. Ифриты сделают меня сильнейшим существом в этой параллели. Лишь ради тяги Авроры к лечению, к помощи простым, невинным людям, я разовью свой вытяжатель в очаг и вступлю на новую стадию магического развития. Тогда она сможет лечить окружающих. И будет счастлива.

— О, предки рода! — забухтела Элла Александровна, — во что они превратили наш дом?!

Нинина мама смотрела на меня с