Снег и туман - Го Цзинмин

как у него, своего младшего брата. – По меньшей мере мы узнали, что в источнике Фушэн можно даже дышать под водой – настоящее чудо. Когда ты в него упал, я испугался до жути.

– Я бы хотел еще раз взглянуть на тот источник на дне озера. В тот раз мне показалось, что концентрация золотой дымки вокруг него особенно сильна, но в воде нельзя было использовать плод Сисыя, поэтому точно определить не получилось. Кто знает, может внизу лежало какое-то могущественное духовное орудие или зверь, – Цан Хэ потер бровь. Морской ветер трепал его густые волосы, и свет костра ярко освещал лоб. – Вот только, брат… Ты думаешь эти годы для нас с тобой стоили того? Князь каждый день проводил вместе с Лу Цзюэ, постоянно обучал его различной духовной магии, брал в разные места, укреплял его организм, искал всевозможные редкие травы, чтобы улучшить его тело, тренировал в использовании духовных техник высокого уровня, он даже помог ему поймать такую многочисленную стаю молниевых лис… Пока мы с тобой проводили эти годы в постоянных поисках Шестого князя, у нас почти не было времени видеться с Ци Ла… Кажется, что князь несправедлив к нам…

– Не думай об этом слишком много, Цан Хэ. Князь знает, что делает. Лу Цзюэ от природы сообразителен, у него незаурядная духовная сила, и то, что со временем он может стать сильнее, это тоже хорошо. Мы же знали наше предназначение с того самого дня, как стали апостолами Первого князя, так? Из нас троих один станет Первым князем, он возложит на свои плечи и продолжит вместе судьбы двух других, разве нет? К тому же… Ты ведь понимаешь, что в эти несколько лет странствий, после всех опасностей и встреч с могущественными духовными зверями, наша с тобой духовная магия тоже выросла? – Шу Хай смотрел на слегка удрученное лицо младшего брата, сердце его заныло. На самом деле иногда ему тоже казалось, что в глазах Ци Ла существовал один лишь Лу Цзюэ, а они, двое братьев, были для князя просто встретившимися на пути незнакомцами или, если говорить более жестоко, всего лишь «подпиткой» для Апостола небес.

– Брат, я слышал… – Цан Хэ смотрел на прыгающий свет от огня, его лицо то озарялось ярким светом, то исчезало во мраке, поэтому выражение нельзя было разглядеть, но в голосе слышалась печаль. – Большинство Первых князей в конце передавали свой титул Апостолам небес, а Апостолы земли и Апостолы морей просто тихо умирали. Никто не помнит их… Это правда?

– Не говори глупостей, – Шу Хай протянул руку и провел по волосам Цан Хэ, боль в его взгляде стала выразительнее. – Ты помнишь, что сказал Ци Ла, когда мы только стали Первыми апостолами? Нам было по шестнадцать. Он сказал: «Князья и апостолы должны быть всегда готовы пожертвовать собственной жизнью ради серебряных жрецов, императора и простого народа Асланда. Если нашему боевому знамени будет не доставать цвета, то мы горячей кровью вылощим их славу; если трону будет не доставать крепости, то пусть наши останки станут его опорой». Князья и апостолы никогда не жили ради одних лишь себя.

– Мне это известно. Мы сражаемся и проливаем кровь, погибаем в бою вместе со своим духовным зверем, и в конце надгробием нам служит воткнутое в могилу собственное сверкающее орудие – в этом вся наша честь. Я умру без сожалений, если наша жизнь оборвется на поле боя от рук врага, вот только… Если в конце ждет тихая смерть и никто даже не вспомнит о нас лишь потому, что князь Ци Ла просто выберет третьего… – по мере того как Цан Хэ говорил, голос его становился все тише. В конце он просто вздохнул и стал смотреть в пламя костра.

– В этом и есть особенное предназначение Апостолов небес, земли и морей: если только с нашей гибелью способен появиться новый Первый князь с непревзойденной духовной силой, тогда наша жертва уже будет ненапрасной. И наши духовные линии тоже продолжат существовать в теле нового князя, разве не так? – Шу Хай ободряюще улыбнулся.

Апостол земли обернулся и посмотрел на освещенное красным огнем костра лицо брата. С самого детства тот был более мудр, чем сам Цан Хэ, и всегда заботился о нем. Пусть они и были близнецами, вот только временами парню казалось, что они, скорее, как отец и сын. Думая об этом, он слегка смущенно кивнул и, словно заразившись от Шу Хая, тоже с облегчением слегка улыбнулся.

– Слушай… Тебе не кажется, что эта история с духовной силой Шестого князя какая-то странная? – глядя на брата, сосредоточенно произнес Цан Хэ.

– Ты говоришь про след силы? – выражение на лице Апостола морей тоже стало серьезным.

– Верно… Мы отследили едва ощутимую силу вплоть до этого места, и след становился ярче по мере приближения к этим островам. Все указывает на то, что Шестой князь Силюр здесь. Я очень четко ощущаю его духовную силу, вот только не могу определить источник, словно она повсюду, но в таком случае Силюр должен стоять прямо перед нами. К тому же эта энергия… просто невероятна. Она занимает пространство, которое не под силу заполнить обычному князю, будто бы… Будто бы… – Цан Хэ остановился, словно ему сложно представить то, что он собирался сказать дальше.

– Будто бы все эти острова и есть его тело. Только так духовная сила может одновременно занимать столько места, верно? – продолжил за братом Шу Хай.

– Да! – согласно кивнул парень, но тут же покачал головой. – Но это какая-то бессмыслица. Человек не может обладать настолько большой духовной силой… Даже Ци Ла не настолько могущественен.

– Так или иначе, на рассвете он и Лу Цзюэ уже должны будут добраться сюда. Тогда и спросим самого князя. Давай ложиться, – сказал Апостол морей.

– Хорошо. Лу Цзюэ поймал молниевых лис… Мне так и не выпало шанса их повидать, так что, надеюсь, хоть в этот раз удастся взглянуть. Жду не дождусь. Только представь! Во время битвы он стоит в окружении множества искрящихся золотистыми молниями маленьких белоснежных зверьков! Думаю, выглядит это потрясающе. Ах, даже не знаю, когда князь Ци Ла позволит нам с тобой поймать своих духовных зверей. Я-то тогда точно схвачу себе не меньше дракона, так еще и летающего, ха-ха! И мне понадобится твоя помощь! – улыбнулся Цан Хэ и озорно посмотрел на брата.

– Размечтался… Смотри, не останься с кошкой под боком вместо дракона, – вскинул брови Шу Хай и, прищурив глаза, поддразнил его.

В небе сияли луна и звезды,