Пермский Губернский 6. Абсолют - Евгений Бергер

тогда была совсем другая история. На меня бы посмотрели, как на очередного безумца, который пытается скинуть вину за смерть жены и дочери на других людей. Но я же знаю… Я же там работаю. Я же всё это прекрасно видел потом… Но мне бы всё равно, никто не поверил.

— И, что дальше? Сведёте счёты с жизнью, как типичный мститель из крутого фильма?

— Подумывал… Но, знаете, как-то пришёл к осознанию, что моя месть будет однобокой, если я вот так закончу свою жизнь. Сяду. Приму любое наказание, которое вынесет мне суд. Но я расскажу им всё… Вот всё, как есть, Фёдор Александрович. Мир гниёт. А таких вот антибиотиков, как вы — очень мало. Можно сказать, практически и нет.

— Начинать нужно с малого! Я считаю, что Пермь — на правильном пути. Выбор, конечно, за вами, Господин Валюшин. Но просто знайте, что ваш пример, как и мой — может быть очень заразителен. А, что, если люди начнут убивать невинных? Что, если будут мстить, не разобравшись в сути? Подумайте над этим, прежде чем составлять свою пламенную речь в суде. Я вас не отговариваю. Выбор должен быть у каждого! Просто помните, что вы несёте ответственность. Точно такую же ответственность, как я несу за вас.

— Я знаю, Фёдор Александрович. Я завуалирую всё так, что послание дойдёт только до тех, кому надо. Уж поверьте… Нет ничего хуже для обнаглевших аристократов и мажоров, чем злой народ.

— И тем не менее — будьте аккуратны! Я очень на вас рассчитываю.

— Мне не зачем разжигать ненависть. Я свое дело сделал. И человек наказан. Да, я монстр. И это факт. Но зато Немцов больше, никому не причинит вреда. А Имперской КамГЭС, возможно, займутся всерьёз.

— Не возможно, а займутся. Я проконтролирую этот момент!

— Спасибо, Фёдор Александрович. Но прежде, чем мы спустимся… Я всё хотел у вас спросить. Почему вы на самом деле занимаетесь подобной деятельностью?

— Вы, о чём?

— Про очищение города. Уничтожение Улья и его «цепных псов». Про общение с людьми.

— Я хочу жить в приятном мире. Без повязок. Иллюзий… Или розовых очков. Разве в этом есть, что-то плохое?

— Нет. Мне просто нужно было убедиться. — улыбнулся добродушный дядька: — Ну… Теперь можно и спускаться. Скажите, они сильно злы?

— Скорее — возмущены. Вы водили их за нос почти целые сутки.

— Да… В прятки я всегда хорошо играл.

— Не удивлён.

Как только мы спустились вниз, Оборин и Жучкин вопросительно посмотрели на меня. Но Валюшин сам вытянул руки вперёд, сигнализируя, что сдаётся.

— Всё в порядке? — уточнил Капитан.

— Ну… если не считать смерти Немцова — то да, всё в порядке. — ответил я, провожая добродушного дядьку взглядом.

Месть за близких… Понимал ли я его? Чёрт возьми, да! По сути — я занимался тем же самым. Хотел уничтожить Мегарда, чтобы он больше не причинил вреда другим.

Мы решаем одни и те же проблемы, просто на разных уровнях. Да и в случае с Немцовым, я почти уверен, что его можно было посадить официально. И посадили бы… Жаль, что вот такие людские трагедии не фигурируют в данных. Для СМИ — чужая смерть лишь статистика и цифры. Не более.

— Дело раскрыто, Шерлок? — поинтересовался Семён.

— Было бы, что раскрывать… Клубок распутался и сдался сам. Но, я многое понял.

— Например?

— Твою ж… например, что забыл проверить телефон. Мне же звонили, пока я был на трубе.

Выхватив мобильник, я быстро разблокировал его и обнаружил сообщение от Вики:

«Федя! Срочно выезжай домой! „Культ“ снова в городе… »

Как неожиданно и неприятно…

Ну, ничего. Порвём их на кусочки опять. Хоть Голубика порадуется. И полицейские. И ИСБ. Да и все остальные вооруженные ребята из моей группы поддержки…

Что мы говорим своему обещанию быть добрым? Правильно! НЕ СЕГОДНЯ!

* * *

Силы постепенно возвращались к Лэм. Этому способствовали хорошее питание, энергетические батончики бойца Светланы и максимально удобная кровать в подземных апартаментах учёного Лебедева.

Правда, он никак не хотел принимать оплату курсианским золотом, которое было услужливо одолжено Кейном. Всё говорил, что люди — раса гостеприимная. И оплату за аренду вносить не нужно.

В итоге, Лэмия подружилась со всеми местными бойцами и учёными. Её даже перестали закрывать. Лебедев утверждал, что жилищному комплексу «Х-3» надоело чинить стены, но богиня прекрасно понимала, что люди — существа доверчивые. Даже слишком доверчивые… Им бы хоть немного поучиться осторожности.

И лежа на прекрасной ортопедической кровати (ибо была очень жесткой), Лэм внимательно изучала историю этого мира на планшете. Было интересно, но… Возникло желание прерваться и почитать новости. Вдруг, хоть что-нибудь… Хоть, какая-нибудь малюсенькая зацепка про Глэйтрона.

Увы, кроме прогремевшей на весь мир олимпиады в Париже, избрания нового президента США, топливного кризиса в Европе и некоего Осокина, который активно рекламировал свои автомобили и самокаты — ничего выдающегося не было. Ни одной новости… Ни одного намёка на то, что здесь был Глэйтрон. Неужели он настолько глубоко залез? А если Глэй скрыл свой запах? Как теперь его искать в этом мире?

Тяжело… Надо было срочно восстанавливать силы до конца и выходить на поверхность.

— Как дела, Лэм? — в комнату заглянул охранник Митрофан.

— Хорошо. Вот… внимательно изучила вашу историю.

— И, как оно? Интересно?

— Интересно, но ничего нового.

— Эм… В плане?

— Типичная кровопролитная бойня на протяжении большего количества времени. — пожав плечами, ответила Лэмия: — Человечество изо всех сил следит за популяцией! Чтобы, никакого перенаселения не было. И ресурсов хватило на всех.

— Звучит, как сарказм.

— Отчасти. — улыбнулась богиня: — Скажи, что у нас сегодня на ужин?

— Обещали рыбу с картофельным пюре.

— О-о-о! Отлично. — Лэм погладила плоский животик: — Уверена, что совсем скоро силы полностью вернуться ко мне! Я страсть, как хочу посмотреть ваш мир в живую.

— Он красивый. Ты, главное, новости не читай… И всё будет хорошо. — улыбка Митрофана выглядела виноватой.

— А, чего такое? Новости на то и новости — из них узнаёшь, что творится в основном мире.

— Там очень часто всё утрируют и показывают лишь самую жесть.

— Самую жесть?

— Ага. Новостники считают, что надо показывать ужасы. Они таким образом собирают людей у экранов.

— Но это же нечестно! Надо балансировать.