Орион Реликвий - А. Никл

class="p1">Кто-то закивал, кто-то отрицательно помотал головой. А ответ был очень простым:

— Кто-то из членом приемной комиссии очень любит получить на лапу. И узнать кто именно — не составит труда. Все погибшие были приняты в академию в один день, — он криво улыбнулся и одному из академиков поплохело. — Иван Васильевич?

Он посмотрел на мужчину средних лет, с маленькими очками на носу, ровной, короткой бородой и причудливой стрижкой. И тому стало аж не по себе, от агрессивного взгляда карлика. Мужчина поежился и опустил голову.

— Что. Сказать нечего? — ухмыльнулся Владимир Ильич и махнул рукой. — Выходи, пиши заявление и мне на стол до вечера.

Но это было еще не все.

— У нас есть десять студентов с проклятым оружием, — продолжил карлик. — Трое стали одержимыми и погибли, сами понимаете, — он ловил на себе вопросительные взгляды. — Законом и правилами от их семей мы защищены. Двое — отказались от испытания.

— Что им будет? — спросила женщина в красной мантии и с колпаком на голове. — Будем отчислять?

— Не имеем права, — цокнул Адольф Брониславович. — Отказ от оружия не является поводом для отчисления. Результаты, да, — он как-то расстроенно опустил глаза на стол. — Придется обнулить и оставить их еще на полгода, до следующей пересдачи, но вот городской власти это очень не понравится.

— А при чем тут они? — отозвался молодой академик. — Мы же студентов не как наемников сдаем!

— По документам, да, — кивнул Адольф Брониславович, — А фактически, они осваивают боевые навыки за стенами. Я понимаю Карл, что ты из другой страны, да и работаешь пару месяцев всего, но не вздумай такое нигде ляпнуть. У руководства города есть свои уши, и им не понравится подобное.

Карл кивнул и больше не открывал рот.

— Теперь возвращаемся к монстрам, — эта тема была слишком щепетильная для Брониславовича. — Вековая Жаба умерла. У нас больше нет монстра для испытаний. Нужны предложения. Есть у кого какие варианты?

Разумеется, вариантов не было. Академики зашумели и галдеж начался с новой силой.

Старик, выслушивая все это, лишь недовольно качал головой. А в конечном итоге и вовсе, расплылся в своих мыслях.

«Где же мне достать в короткий срок еще одного монстра, способного получить душу демона?»

Единственным вариантом, оставался только подвал лекаря, который в свою очередь думал, что о его игрушках никто не знает. Но чтобы добраться туда и сделать это тихо, нужно было много времени. Точнее, нужно было угадать, когда можно будет полноценно этим всем заняться.

— Еще есть один момент, — заговорил, кстати, Всеволод Владимирович, отвлекая старика от мыслей. — У нас в столовой второго класса собраны одержимые из потока первого зала. Городские власти еще не пришли, а местная стража уже начинает нервничать.

— И? — Адольф Брониславович недовольно посмотрел на лекаря. — Что ты хочешь или что ты предлагаешь?

— Ну… — лекарь замялся. — Никому не интересно, зачем мэрии города такие студенты? Понятное дело, что они скоро станут людьми, а не магами, но тем не менее, зачем-то же они попросили их собрать, а не «портить» шкурку.

— Допросы, очевидно, — сказал один из академиков. — Хотят понять, почему одержимость становится все более привычным событием.

— Ты уверен в этом? Разве никому не интересно, что на самом деле думают управленцы?

На лекаря уставилось с десяток вопросительных пар глаз. Никто не понимал, к чему такое стремление быть во всем первым. Никто не знал, что лекарь мечтает освободить свою сестру от демона внутри ее. И для этого, он не остановится не перед чем.

Ему всего-то нужно было бы поговорить с парочкой одержимых. А может, и кого-то попытать. Но уже не Боброва. Бобров справился.

* * *

Ловким движением ноги, бобер отлетел в постамент. Вскочил на лапки и недовольно застучал хвостом по полу. Я же, удерживая клинок в правой руке, угрожающе выставил его перед собой.

— Откуда ты, тварь? — меня колотило только от самого присутствия этого животного. — Говори, сволочь!

— Курв-курв? — пропищал бобр и встал на задние лапки. — Курв-курв?

В следующий миг я сорвался с места, замахиваясь легким клинком, чтобы в миг отсечь его голову. Но тут случилось нечто странное! Клинок коснулся шерсти бобра и застыл, не нанося тому никакого урона. Мне показалось, что с шеи животного даже волосинка не упала.

Бобер тем временем, стоял и немигающими глазами пялился на меня. Испытывал мое терпение на прочность.

Когда я повторно замахнулся, послышался скрип дверных петель и в зал, когда я обернулся, вошел карлик и двое магов в черных плащах.

— Бобров, ты как? — просипел Владимир Ильич. — Жив? Одержим?

— Нет, — вяло ответил я и повернулся обратно к бобру. Только вот этой твари там не было. — Сволочь, ты куда там спрятался?

Не реагируя на то, что ко мне двигались маги, я обошел постамент, где в последний раз видел животинку и разочарованно опустил клинок. Удрал, сволочь. Удрал.

— Что-то потерял? — поинтересовался карлик, и стоило мне сделать шаг вперед, как тот прошипел. — А ну стой на месте, Бобров. Не делай лишних движений, а не то пожалеешь.

Я, не понимая, что я сделал не так замер. Посмотрел на подошедшего ко мне мага, молча вытерпел прикосновение холодного хрустального шара и затем услышал:

— Справился пацан. Молодец.

— Что за клинок? — карлик на этот раз, стал спокойнее. — А, Костя? Что ты выбрал?

— Клинок четырех стихий, — спокойно ответил я. — Ножны то могу взять?

Вместо ответа была тишина. Владимир Ильич стоял на своем месте открыв рот. От удивления, разумеется. А вот маги о чем-то коротко перешептывались друг с другом, покивали друг другу и уставились на меня.

— Что? В чем дело⁈

— Он точно не одержимый? — карлик повернулся к магам и те подтвердили кивками. — Любопытно.

Затем, меня вывели из второго испытательного зала на всеобщее обозрение. Очередь, которая ожидала своего часа, коротко переговаривалась между собой. Студенты тыкали в меня пальцами, улыбались и как-то озлобленно на меня смотрели. К слову, так делали все. И студенты у первого зала — тоже. Единственная, кто молчала и смотрела на это все немного отстраненно, была Варвара. Девушка окончательно растворилась в себе, понимая, с чем ей придется встретится.

* *