Корона пепла - Мара Вульф

я довольно хорошо его знаю, пусть периодически в нем и сомневалась.

У бога темнеют глаза. Он не отрицает, но и не подтверждает обвинения.

– Это не он, – помедлив, произносит Энола. – Это я. Но все получилось случайно, – судорожно добавляет она. – Я не хотела никому навредить. Я…

Пока я пытаюсь переварить услышанное, Гор внезапно оказывается уже не перед окном, а возле стола. Человеческий глаз не заметил бы его перемещения. Он угрожающе нависает над пери.

– Это была ты? – Бессмыслица какая-то. Но зачем она так говорит? Чего добивается? Кого хочет защитить?

Энола кивает.

– Как ты могла? – орет Гор.

Она вздрагивает, и, прежде чем кто-либо успевает вмешаться, Сет быстро вскакивает с кровати. Всего минуту назад я не думала, что он вообще на такое способен. Бог хаоса отталкивает Гора в сторону. На нем только спортивные штаны, а замысловатые татуировки начинают светиться. Дракон на спине извергает пламя, а на груди, полагаю, змея высовывает язык и расцветает роза. Гора это не впечатляет. Выпрямившись, он пронизывает противника взглядом и бьет кулаком в лицо.

Азраэль оттаскивает меня в сторону.

– Сделай что-нибудь, – прошу я.

Вопреки ожиданиям, Сет не падает на пол. Мою просьбу заглушает звук следующего удара, когда он набрасывается на племянника, и дворец сотрясается до самого основания. Жители Рима решат, что надвигается землетрясение.

Энола не двигается. Жутко побледневшая, она все так же сидит за столом. Ее взгляд мечется между дерущимися. Будь я более склонна к насилию, пожелала бы, чтобы избивали ее. До сих пор не укладывается в голове. Официальная версия гласит, что пожар вызван попаданием молнии. Гор в это не поверил. Его теория заключалась в нападении демона. Демона, которого, разумеется, подослал Сет.

– Много времени это не займет, – невозмутимо сообщает Азраэль, который, как ни странно, до сих пор ничего не сказал по поводу признания Энолы. – Им давным-давно нужно было это сделать. А после этого я бы сам с удовольствием избил Сета.

Возмущенно поворачиваюсь к нему:

– Будь добр, забудь об этом.

Азраэль с любовью улыбается мне.

– Я даже волоска на его голове не трону, но не прощу за то, как он с тобой поступил.

– А ты и не должен.

– Я не могу прикоснуться к тебе, не боясь причинить боль. – Мне едва слышны его слова, но боль в них так сильна, что у меня ноет в животе.

– Все будет хорошо, когда мы найдем корону. – Может, если достаточно часто это повторять, и правда сбудется.

– Определенно. – Азраэль, едва касаясь, целует меня в лоб.

– Я многое могу вытерпеть.

Я хочу, чтобы он дотрагивался до меня и целовал. Хочу преодолеть дистанцию между нами. Хочу, чтобы он перестал обращаться со мной как с хрустальной, но при этом знаю, что Азраэль не прекратит, пока его прикосновения делают мне больно.

Сет и Гор продолжают драться, однако удары уже не такие сильные.

– Остановитесь! – Энола выходит из оцепенения, когда Гор охватывает руками горло Сета и начинает душить его.

– Ах ты, мешок с дерьмом, надо тоже вырвать тебе глаза. Их адски больно отращивать, – сквозь зубы цедит Гор.

– Радуйся, что это были всего лишь глаза. – Чудо, что Сет в принципе еще способен говорить. – Некоторые части тела тебе гораздо дороже.

Азраэль тихонько покашливает, кажется, тем самым пытаясь скрыть смех.

– Тут никто больше никому ничего не вырвет и не оторвет. – Энола кончиком пальца касается плеча Гора, тот вздрагивает и падает с Сета, словно срубленное дерево.

– Это было мерзко, – хрипит он.

Энола полностью его игнорирует, склонившись над Сетом, который не шевелится и глотает ртом воздух.

– Отнеси его обратно в кровать, – требует она у Азраэля.

Ангел так ничего и не сказал о том, что она подожгла Пикстон-Парк. Впрочем, как и я. Не моргнув глазом, он исполняет просьбу Энолы, уложив Сета на матрас.

– Мы еще это обсудим, – говорю Эноле. Следовало бы сделать это прямо сейчас, но она не обращает на меня внимания, бережно вытирая кровь с тела Сета. Он закрыл глаза и старается контролировать дыхание. Я вновь поражаюсь, как ласково она с ним обращается.

– Пойдем отсюда, – шепчет мне на ухо Азраэль. – По-моему, тут чересчур много крови, а если ты его укусишь, подозреваю, что она ударит тебя ядом посильнее, чем сейчас Гора.

– Эй! – кричит тот нам вслед. – А обо мне кто позаботится? Эта зараза меня нокаутировала.

– Вставай и зализывай свои раны где-нибудь в другом месте, – шипит Энола. – Он был слишком слаб, чтобы драться.

Щелкнув челюстью, Гор вскакивает.

– А мне так не показалось. Пойду найду Кимми, – объявляет он и с хмурым выражением лица проходит мимо нас, тихо бурча: – Неблагодарная девчонка.

– Идем, – зовет меня Азраэль. Собравшись взять меня за руку, в последний момент он отдергивает ладонь.

– Юна выдерживает прикосновения Саймона, – говорю, пока мы шагаем по коридору. – Может, со временем станет проще.

– Юна далеко не такая холодная, как ты, – отвечает Аз. – Ты не заметила?

Заметила, но объяснений этому у меня нет.

– Ты знал, что Энола виновна в пожаре в Пикстон-Парке?

– Нет, – качает он головой. – Но если бы задумался об этом, то, наверное, догадался бы.

– Ты правда думаешь, что это случайность? – Мне бы злиться, но, если честно, у нас есть проблемы и посерьезнее. Но все равно это странно. – Какого рода случайность тут могла быть? Забыть про горящую свечку – вот что такое случайность.

Азраэль не отвечает на мой вопрос.

– Мне не следовало поручать именно ей за тобой присматривать, – вместо этого произносит он.

– Она любит тебя, да? Всегда любила. И ревнует. – Я останавливаюсь. Меня ужасает мысль о том, чтобы тысячи лет любить мужчину, который не испытывает к тебе ничего, кроме дружеских чувств. – Почему она так и не ушла? Зачем подвергать себя такой пытке?

Азраэль поворачивается ко мне и с улыбкой качает головой:

– Энола меня не любит. Как ты додумалась до такой ерунды? Ты так считала все это время?

– Она не отлипает от тебя, как репейник, и постоянно старается во всем угодить. Не такой уж нелогичный вывод. – Скольжу взглядом по благородным чертам его лица, волосам, которые он сегодня завязал в хвост, широким плечам, тонкой талии…

Коридор освещается лишь несколькими бра, поэтому в нем царит легкий полумрак. Это напоминает мне другой коридор во дворце Саиды.

– Нравится то, что видишь? – шепчет ангел мне в волосы, касаясь их губами. – Если не хочешь, чтобы я прижал тебя к стене за твоей спиной, целовал и трогал во всех местах, где ты сейчас не выдержишь моих прикосновений, то лучше не смотри на меня