Изгнанник. Арка 3. Том 2 - Дмитрий Янтарный

несколько секунд водоворота — и вот мы уже вылезаем из озера при Университете в Краспагене.

— Ну вот, ну вот, — успокаивающе бормотал Кичандаш, поспешно снимая чары и высушивая нам обоим одежду, — вот и всё.

— Да уж, — с содроганием сказал я, — это было довольно мерзко. Если задуматься, что некоторым рабам магов крови приходится жить так всю жизнь, то поневоле задумаешься…

— Нет, обычные чары порабощения действуют намного мягче, — ответил Кичандаш, направляясь в сторону университета, — просто в твоём случае мне пришлось буквально запечатать твою ауру, чтобы она не мешала моим чарам. Поэтому и такой эффект.

— Короче, храмовник, попавший в руки магов крови, обречён на очень, очень сильные мучения, — подытожил я. Кичандаш ничего на это не ответил, только фыркнул и взмахом ладони приказал следовать за ним. Рассудительно подумав, что здесь мне будет лучше вернуть человеческий облик, я снова превратился, после чего поспешно направился за ним.

Университет совершенно не изменился. Хотя, проходя мимо столовой, где как раз был обед, я с удовлетворением отметил, что среди людей, орков и эльфов стали мелькать и таисианы с троллями. Эти, правда, предпочитали держаться особняком и особо с остальными не стремились общаться, но это было не так важно. Огромным успехом было уже то, что они вообще не побоялись прийти сюда учиться. В том числе и потому, что знали, что теперь в Университете есть тот, кто всегда за них заступится.

— Ты, кажется, своим делом доволен, — осторожно сказал я, заметив, что Кичандаш будто бы ненароком заглянул в столовую и, вероятно, пересчитал всех своих подопечных по головам.

— Ох, Дэмиен, и не говори, — рассмеялся таисиан, — первый год было ужасно тяжело и мне, и Ринианду. Псих накрывал только так, ректор нам лично какие-то огненные успокоительные настойки варил и отпаивал чуть ли не каждую неделю. Зато теперь, как втянулся — уже не понимаю, как без этого можно жить. Клянусь Аорташем, я теперь, наверное, душу продам ради того, чтобы иметь возможность учить детей.

Наконец, мы поднялись к кабинету ректора. Постучав и получив разрешение войти, Кичандаш открыл дверь и пригласил меня войти первым. И внутри…

Эпилог

Я даже представить не мог, что тут будет столько народу. Сам ректор Эльтеко Нейетти, разумеется, советница Амели в своём рыжем костюме из кожи дракона, Маттика и Алаэрто, сидевшие рядом и светившиеся от счастья. С ними на одном диванчике сидели и Мари с незнакомым мне молодым человеком, хотя при взгляде на него в памяти что-то подозрительно чесалось. В кресле перед столом ректора сидел незнакомый мне человек с бледно-синими глазами и аккуратно прилизанной седой гривой волос. На небольшом стульчике позади по правую сторону от ректора расположился Ринианд, причём судя по уверенности, с которой он держался, возникало ощущение, что он — в буквальном смысле правая рука ректора. Что, кстати, вполне могло быть: Ринианд был молодой и амбициозный, его такой «карьерный рост» мог и подкупить.

— Не могу поверить, — ректор встал и протянул мне руку, — Дэмиен, вы живы! Это такая огромная радость для нас, вы даже представить себе не можете! Мы думали, что потеряли вас навсегда! Хотя, друг мой, ваша аура…

— Да, я понимаю, для меня самого это стало сюрпризом, — с улыбкой ответил я, пожимая руки ректору, а потом и всем остальным мужчинам в комнате. И когда я добрался до молодого человека, который сидел около Мари, то его внимательные и насмешливые жёлтые глаза ввели меня в ступор.

— Фрайсаш? Это ты? — не поверил я.

— Молодец, быстро догадался, — кивнул тот, пожимая мне руку, — после определённого времени… и некоторых событий мы с Мари решили, что всё-таки нужны друг другу. Ну а поскольку я мужчина — то и делать первый шаг тоже, разумеется, должен был я. К счастью, все мои сородичи отнеслись с пониманием.

— Поздравляю, — улыбнулся я, — и тебя, Мари, тоже, — я обнял девушку, которая с готовностью ответила на объятия, — ты не представляешь, как я за тебя рад. Как я рад, что ты нашла себя здесь, рад видеть, как ты стала сильна, уверенна в себе, счастлива. Молодец, Мари, ты заслужила это.

— Даже в большей степени, чем ты думаешь, — с улыбкой ответила Мари, усаживаясь обратно и прижимаясь к Фрайсашу, который, кажется, уже успел начать приревновывать.

— Это всё замечательно, Дэмиен, но мы жаждем услышать вашу историю, — сказал ректор, — можете пока сесть за мой стол, чтобы вас лучше все видели. Если вы, конечно, не против всей этой компании.

— Нет, не против, — благодарно кивнул я, усаживаясь за стол, — об этой истории сразу узнают совет, король, драконы, Молчаливые Сёстры, руководство церкви, если я не ошибаюсь.

— Я, мальчик, и есть руководство церкви, — мягко сказал оставшийся пока незнакомым мужчина, — главный прелат Эркулон, с вашего позволения. Наслышан о вас и ваших приключениях, и рад, что мы наконец-то смогли познакомиться лично.

Я решил пока не обращать внимания на то, что меня назвали мальчиком. Глава церкви вполне мог так выразиться с высоты своего положения и возраста. Ну а если ему вздумается пытаться мной манипулировать — то очень скоро он выяснит, что с этим мальчиком подобное будет очень непросто.

И я начал свой рассказ точно так же, как я рассказывал его Сайрашу и Аксоше. По моим словам опять же выходила, что из-за странной магической аномалии меня выбросило в другой мир. Судя по тому, как подозрительно на меня посмотрели и ректор, и прелат, и Алаэрто, поверили мне не до конца. Но, разумеется, связанные в том числе и обществом друг друга, с вопросами наседать не стали.

И снова полная история моих похождений. Я опять же, не спешил, рассказывая всё во всех подробностях. Фрайсаш даже несколько раз спрашивал меня о правилах игры Мадрехинго, и после взял с меня слово, что я обязательно к нему загляну и во всех подробностях объясняю эту игру. Кажется, он всерьёз ею заинтересовался и теперь собирался заняться её воспроизводством. С другой стороны — а почему нет? Какой-никакой культурный обмен, так сказать.

С каждым дальнейшим моим словом на