Матабар IX - Кирилл Сергеевич Клеванский
Покачав головой, Арди вышел в коридор. До восьми утра оставалось полчаса, а значит, у них с госпожой Шприц в запасе имелось всего сорок пять минут, чтобы присоединиться к экспедиции.
Сделав всего два шага к соседней двери, Арди постучался.
— Заходи, дорогой.
Ардан нахмурился, а затем резким ударом ноги распахнул дверь и уже было воплотил «Ледяную Пулю» в первого, кто не подходил под описание «взбалмошная журналистка». В сознании Ардана выстроился точный, почти созданный печатью Мелина, мост от слова «дорогой» к «меня держат в заложниках».
— Не убивай! Прости! Я не знал! — по ушам резанули истошные вопли, и молодой мужчина, может года на три старше Арда, прикрывая мятой одеждой причинное место, в одних только ковбойских сапогах, спиной вперед ухнул… в окно.
Ардан резко перевел взгляд в сторону кровати и точно так же резко отвернулся и закрыл глаза.
— Спя… Вечные Ангелы, Таисия, вы раздеты!
Судя по звукам, довольная, во всех смыслах и оттенках данного слова, госпожа Шприц потянулась и легко соскользнула с кровати.
— Это, конечно, капитан, весьма эротично предаваться плотским утехам в одежде, но только когда вы молоды и вам требуется все закончить за пару минут, — произнесла она, причмокивая губами, и босыми ногами зашлепала к раскиданным по полу предметам своего гардероба. — Вы же женатый человек. Должны знать.
Ардан все же досчитал до шестнадцати. Медленно и с чувством, стараясь не поддаться желанию и не заставить Таисию, к примеру, весь день ходить с ослиными ушами.
— Что здесь происходит? — устало спросил он, все так же стоя к ней спиной, пусть уже и с открытыми глазами.
— Мне не удалось отвадить Наленского, и он так утомил меня своими разговорами, что, когда дорогой Чаз, — Таисия произнесла эти два слова с нарочитым ядом, — напился достаточно, чтобы не отличить меня от местной проститутки, то я уступила его общество той, которая за это получила несколько купюр. А себе подобрала весьма пылкого и задорного лесоруба. Причем абсолютно бесплатно.
— Это который сейчас чуть ли не плачет и, на бегу, спотыкается, прикрывая срам?
— А вы…
— Я его слышу, — перебил Ардан, указав навершием посоха себе на уши.
— Тогда странно, что вы не слышали нас ночью, капитан, — как-то по-кошачьи, что ли, протянула госпожа Шприц, наливая воду из бочки в умывальник. — Мы не стеснялись.
Ардан действительно слишком хотел спать.
— Проклятье, Таисия! Почему он тогда вылетел в окно и что за глупость с «дорогой»?
— Это просто игра, капитан, — не дрогнувшим тоном ответила журналистка. — Некоторым мужчинам нравится соревноваться в постели, как бы это странно ни звучало, с другими мужчинами. Опосредованно. Через женские стоны. Так что я сказала, что мы должны быть тише, потому что за стеной спит мой пьяный муж-маг. Чтобы, так скажем, укрепить… мотивацию моего милого лесоруба. И он, признаться, не разочаровал меня. Как же он старался, Скофский… От моей скуки не осталось и следа. Но вот постель, увы, вся в… следах от моего расставания с хандрой. Бедные прачки.
Ардан набрал в грудь побольше воздуха, а затем медленно, через нос, выдохнул.
— Надо полагать, что вы, капитан, в своей голове пытаетесь построить какое-то оскорбление, связанное с проституткой Наленского и моим способом скрасить свой вечер.
— Я не…
— Ой, не врите, Скофский, — судя по звукам, отмахнулась госпожа Шприц. — Ваше ханжество столь же утомительно, как и у подавляющего большинства жителей нашей Империи. В нем вы уступаете лишь северянам. Ведь, если мне не изменяет память, вы жили под одной крышей с женой еще до того, как заключили брак.
— Это вас не касается, госпожа Шприц.
— Не касается, — согласилась Таисия. — Мне просто не нравится, что вы меня осуждаете.
— Я не осуждаю вас, — честно парировал Ардан. Как и учили лесные звери, он вообще старался никого не судить. — Я просто не собирался становиться частью ваших постельных игр, Таисия. Это уже чересчур. Даже более чересчур, чем все остальное. Причем вместе взятое.
Таисия обошла его с другой стороны. Уже умытая, одетая, но пока еще не накрашенная. И, судя по тому, что она не распаковывала вещи, в ближайшее время не станет использовать макияж. Арди с некоторым удивлением отметил, что и без грима мастерского уровня Таисия выглядела более чем просто симпатично. Так что, наверное, он ошибся в причинах ее столь ловкого владения красками.
— Я уже говорила вам, капитан: вы не в моем вкусе, — сердце Таисии нисколько не дрогнуло. — Меня заводят мужчины, которых завожу я. А вы, увы, в данном вопросе безнадежны.
Ардан нахмурился.
— Вы закончили? — спросил он.
Госпожа Шприц указала ладонью на свой багаж.
— Поможете, капитан?
— Идите в задницу, Таисия, — и Ардан быстрым шагом направился обратно в коридор.
— Это становится нашей дружеской фразочкой, Скофский! — донесся ему в спину колкий женский смех.
Люди…
Глава 134
Повозка тряслась и дребезжала, а на каждой кочке или канаве, разрытой играми дождя и ветра, перекидывающими с места на место поваленные ветки и сухие стволы, норовила подкинуть свой груз. При виде дергающихся из стороны в сторону ящиков с оборудованием, пытающихся выскользнуть из натужно скрипящих кожаных ремней и толстых канатов, которыми те крепились за приклепанные к полу петли, у Желтых магов едва ли не сдавали нервы.
— Вы точно все проверили, Тихонов? — в своей излюбленной, надменно-насмешливо-пренебрежительной манере спросила Старший Магистр Варвара Острожская.
Будучи весьма невысокой и в той же степени худой, на своем могучем коне, который даже среди прочих копытных в экспедиции выделялся природной статью, Старший Магистр выглядела несколько комичной.
— Конечно, госпожа…
— Старший Магистр! — резко перебила своего коллегу Острожская. Каким-то своеобразным, чуть ли не боевым кличем, в котором причудливым образом умудрялись смешаться визгливый окрик и нечто твердое и почти железное. — У меня есть титул, Тихонов, и извольте использовать его, когда обращаетесь ко мне!
— Д-да, конечно, простите, Старший Магистр.
— А теперь вы вздумали отказать мне в фамилии⁈
— Простите, Старший Магистр Острожская, я…
— Вы! — Варвара снова оборвала коллегу. — Единственное, в чем вы надежны, Тихонов, так это в своей непроходимой глупости!
Арди даже было немного жаль этого мягкого, как душой, так и телом, мага. Несмотря на немалый возраст, он стеснительно прятал свои добрые
