Лейтенант спасательной службы - Михаил Александрович Михеев

все равно успеем. Доната, Вероника, не знаю, кто пек, но торт вкуснейший.

– Как говорила моя мама, – улыбнулась Вероника, – мужчину надо хорошо кормить. Тогда не сбежит.

– Мудро. И еще раз доказывает все преимущество мужчин перед женщинами.

– Это как? – опешили разом все.

– А мужчины никогда не грозят женам, что уедут жить к папе.

Как это соотносилось с ранее сказанным, оставалось только гадать, Истомин и сам бы объяснить не взялся. Да и не в этом дело. Главное, сработало – вначале расхохотался Жан, потом смех подхватили остальные. В ситуации вроде нынешней отнюдь не последнее дело.

– Ну у тебя и нервы, – чуть расслабляясь, выдохнула Александра. Зря она расслабляется. Впрочем, потом поймет.

– Нервы как нервы. Я ведь успел-таки немного повоевать. Сама же помнишь, военное училище, присяга… Это ты пришла из гражданского флота. Для тебя происходящее – жуткий стресс, для меня – обыденность. Ты ешь давай, а то остынет.

– Не хочется, – штурман отодвинула тарелку.

– Оно и понятно – нервы. К слову, ты не думала, почему у тебя за этим столом они самые натянутые? Ты ж имперский космонавт, а у нас в космос кого попало не берут.

– Ну и?

– Помнишь, я говорил, что ты зря не заканчивала военных училищ? Я ведь не шутил. Это очень хорошая база, которой у тебя нет. Там учат и риски оценивать, и предугадывать действия противника, и самому выбирать оптимальное… Гос-споди, да проще, наверное, перечислить, чему там не учат. А знаешь, что главное я вынес из этого обучения?

– Что?

– Служить родине надо честно, а друзей предавать нельзя. Сидеть!

Александра осторожно и плавно опустилась в кресло, от которого успела оторвать задницу едва на пару сантиметров. Нет, она бы и дальше продолжила, но сейчас все ее внимание занимал светящийся клинок ломтерезки, замерший у самого кончика носа. И было понимание: стоит Истомину чуть шевельнуть рукой – и эта секунда станет последней в ее жизни. Медленно, демонстративно она убрала руку от кобуры.

– Что ты несешь?

– Да сущую правду. Ты кушай, кушай. Доната, забери у нее пистолет, а то она как-то нехорошо руку держит. Справишься?

Доната кивнула, в одно быстрое, слитное движение оказалась рядом с Александрой и под злым взглядом штурмана достала из ее кобуры пистолет. Рукоятью вперед протянула его Истомину, тот кивнул, забрал оружие и положил его на стол. Металл звякнул о стеклянную столешницу.

– Итак, вернемся к нашим баранам.

– Скорее, оленям.

– В смысле? – не понял Истомин, убирая ломтерезку.

– В смысле, ты любишь носить свитер. Я порой смотрю на тебя и понимаю: не олень на свитере, а свитер на олене.

– Злобствуешь? – Истомин задумчиво шевельнул бровями. – Что же, ты в своем праве. Итак, я, наверное, должен объясниться?

– Да уж пожалуйста, будь любезен.

– Без проблем. Итак, весь полет я не мог понять, что же идет не так. Вот резала мне глаза какая-то несуразность, и все тут. Кое-какую ясность внес рассказ Фарида, но не всю. А потом дошло – там слишком много несуразностей и откровенного бреда. Вот посуди сама – террористы. Их не было. Физически. Была группа интеллигентов, не замеченных ни в каких буйствованиях. Пассивный кухонный протест – он, конечно, чреват, но лишь когда достигает критической массы. А на планете все относительно спокойно. Социальное государство, нормальный уровень жизни. Не нравится – так никого держать не пытается, ноги в руки да вали, а что корабли бывают редко, так это уже не от правительства не зависит. В общем, диванные герои мало на что способны. И вдруг – резко подрываются, решают захватить школу, да не абы какую. Оружие где-то нашли… Не бывает так, и вариант есть лишь один. Кто-то все это организовал.

Идем дальше. В школе они не трогают детей. Тут, конечно, все более-менее вписывается в картину. Убитый учитель, застреленный оперативник и прочие шалости – срок. А за детей на кол посадят. Планета с населением, подготовленным к войне и не боящимся сражаться. Такие общества очень не любят, когда трогают их детей. Но все равно есть подозрение, что именно те дети, которые сейчас в наших каютах, должны были остаться в живых. Поэтому и остальных не тронули – слишком велик риск зацепить не того. Дальше. У нас планировался отвлекающий маневр – и вдруг грохот, выстрелы… И, опять же, стреляли так и в тот момент, когда пассажирам вреда не причинишь. Вполне логичный вывод – нас пытались заставить покинуть планету, имея детей на борту.

– Но зачем? – удивленно спросил Жан.

– А чтоб их потом деликатно изъять. Обвинить же в такой ситуации нас и вовсе дело плевое. Причина тоже ясна – наличие под рукой кандидата на престол Османской империи открывает широчайший простор для комбинаций. Вопрос только, кто мог это все провернуть. Хотя выбор, стоит признать, невелик. В шпионские игры любят баловаться все, но ресурсов и умения мало кому достает. Мне навскидку приходят на ум две страны – Альянс и британцы. У последних совсем рядом форпост – Новый Альбион, так что работать им удобно. Альянсу сложнее, но американцы перед трудностями, стоит признать, никогда не пасовали.

– Еще сама Империя, – хмуро заметила Вероника, до сего момента тихонечко сидящая в уголке. – Или ты веришь в то, что для спецслужб имеются табу?

– Во-первых, имеются. А во-вторых, исполнителей выбрали бы других.

– То есть?

– Меня на километр бы к этому кораблю не подпустили. Если что, пришлось бы меня изымать, придумывать легенду…

– Или устранить.

– А вот это вряд ли. Хотя бы потому даже, что отец начнет копать. И даже если его смогут остановить, в чем лично я сомневаюсь, поднимется скандал. А такие операции любят тишину.

– Твой отец столь большая шишка?

– Скажем так, он лично знаком с императором.

– Но ты как-то говорил, что пошел на службу под другой фамилией.

– Запомни, девочка, – улыбнулся Истомин. – На любом военном корабле, пусть даже это флот МЧС, всегда есть человек, которому по должности положено знать всю подноготную членов экипажа. Другой вопрос, что разглашать кое-какую информацию он без крайней нужды не станет, однако в рейс меня он бы точно не отправил. Нашел бы другой вариант.

– Ладно, британцы или американцы. А может, те и другие вместе. Откуда они узнали?

– Вариантов миллион. Но, скорее всего, у них есть свои уши и на Веселой Ницце, и в разведке Османской империи. Там все продается и покупается.

– Логично. И что дальше?

– А дальше все просто. Мы сорвались в космос, и все пошло кувырком. Причем, по здравому размышлению, на борту есть вражеский