Вояка среднего звена - Дмитрий Львович Казаков

сам себя, напевал, а я потрошил сухпай и работал: изготавливал заменители для штырей из собственных отверток, которые вполне подходили по размерам, вот только рукоятки отломить, отрезать или отгрызть.

В сухом пайке нашелся суп вроде харчо, упакованный прямо в миску, он разогрелся, едва я надорвал упаковку, и в нос мне шибанул густой запах мяса и пряностей. За ним последовало маслянистое зеленое пюре неведомо из чего, очень нежное, чуть сладковатое, и к нему маленькие птичьи ножки совсем без костей. И на сладкое я получил кусок настоящего воздушного торта, разве что без свечей, не слишком приторного, с кусочками ванильного безе внутри и шоколадной крошкой сверху.

Покончив с едой, я вставил на место первый штырезаменитель, и попытался надеть на него катушку. Та пошла с трудом и я, внутренне перекрестившись, очень аккуратно нажал — если я сломаю эту штуку, то с надеждами на восстановление портала придется расстаться.

Уф, первая есть…

Со второй пришлось намучиться, и я весь вспотел, пытаясь сдвинуть ее на пару сантиметров вниз.

— Ну что, готово? — спросил Макс, когда я поправил вмятину и принялся ставить на место «крышку от кастрюли».

— Сейчас узнаем.

Засунуть блок трепассирования на место оказалось не проще, чем вытащить его. Только с третьей попытки я установил его как надо и подсоединил все контакты, а потом еще и проверил по схеме, не забыл ли чего.

Лишних деталей вроде не осталось, но мало ли…

А потом я отправился к консоли управления и двинул вперед регулятор активации.

— Клево! — воскликнул Макс.

Дуга портала мощно, равномерно гудела, искры отлетали от нее к потолку и гасли, не долетая. А под дугой покачивался, слегка меняя цвет, то темнея, то светлея, занавес из лилового пламени.

* * *

— Ты пойдешь один? — спросил Дю-Жхе.

— Да, — я повесил на спину рюкзак, проверил, на месте ли нож.

В этот раз я вывалюсь из портала не в цивильном, а в полном военном снаряжении. Ничего, надеюсь, что прилизанный типчик с лысинкой найдет мне что-нибудь переодеться, а если нет, то я использую еще Шварценеггером придуманный трюк «мне нужны твои одежда, ботинки и мотоцикл».

Еще я не умел настраивать портал, и на самом деле не знал, что на другой стороне. Надеялся, что вернусь домой, не просто на Землю, а в родной город… и слегка грызла мысль о том, что прочих оставляю тут, на войне.

Но с другой стороны они доложат командованию, что я погиб, но у них в руках путь к отступлению, и окажутся героями.

— Надеюсь, что увидимся. Цепи верной дружбы крепче, чем корни стального дерева, — ферини шагнул ко мне и обнял на мгновение, затем отступил.

— Точно не пойдешь со мной? — я глянул на Макса. — Решим вопрос с твоим кредитом.

— Нет, я должен отработать контракт, — очень серьезно ответил он. — Потом.

Я сглотнул — эх, буду скучать по этим парням… Да и по всем остальным буду… Девчонкам я ничего не сказал, а то начнутся истерики, и не хватает мне еще исцарапанной рожи…

— Увидимся! — я махнул им и шагнул в лиловое пламя.

Меня словно подхватило ураганом, и я обнаружил себя на круглой бетонной площадке вроде танцпола, под черным куполом, на котором тускло светились синие лампочки, точно звезды. Мрак передо мной зашевелился, из него с шелестом выступили три конические фигуры, и я ощутил запах бензина, горячего песка, соленых огурцов — дикая смесь.

Тиззгха, о которых я совсем забыл… а ведь обещал выйти на связь!

— Мы же говорили, что нужен только портал, — произнесла Мать Кладки, стоявшая в центре, а двое ее сопровождающих пошевелились, я понял, что на меня нацелены широкие раструбы из блестящего металла, забранные решетками, торчащие из-под чешуйчатых плащей.

Оружие? Да уж, вряд ли это пшикалки от комаров.

— Надеюсь, ты принес Уплотнитель Реальности, — продолжила она.

— Да, — я аккуратно, не трогая автомата, потащил с плеча рюкзак.

Когда я руках у меня оказался черный шар, пронизанный мерцающими жезлами, Тир-Тир-Вага-Хуммаа издала квохтающий звук. Плащ ее вздыбился, точно единое крыло, опоясывающее тело, под ним мелькнуло нечто извивающееся, блестящее, на меня накатила новая волна запахов.

— Я сделал, что вы просили, — я присел и положил Уплотнитель на удивительно неровный, весь в выбоинах и бороздках, пол. — Верните меня домой! Настройте ваш портал…

Тут не было дуги, имелись два столба, но между ними плясало такое же пламя.

— Иди! — перебила меня Мать Кладки. — Назад! Иначе мы будем стрелять!

— Да вы… — начал я, но тут один из раструбов щелкнул, изверг синеватый луч, прошедший прямо над моей головой. — Ладно, ладно, ухожу, чтоб я сдох! Но чего вам стоит? Вы же можете!

Я сделал шаг назад, второй, меня словно дернули за рюкзак, перед глазами мелькнул фиолетовый огонь. Желудок стиснула крепкая рука, он подскочил к горлу, и я обнаружил себя в портальном зале линкора.

— Ты вернулся? Так быстро? — донесся из-за спины удивленный голос Макса.

— Быстрее, чем хотелось бы! — рявкнул я, перехватил автомат и ринулся обратно в лиловое сияние.

На этот раз меня встретило ослепительное сияние, льющееся с низкого оранжевого неба. Я вдохнул, и жгучий воздух с резким привкусом оцарапал гортань, в легких появилась режущая боль.

Что случилось? Где я? Где поганые тиззгха?

Я прикрыл глаза ладонью, и обнаружил, что стою посреди бескрайней равнины цвета обожженной глины: там и сям торчали угловатые булыжники, черные, серые и багровые, словно облитые кровью; мела песчаная «поземка», и надо всем нависало громадное белесое светило в огромных протуберанцах.

Я вдохнул снова, перед глазами начало темнеть… и я кувырнулся обратно.

Перекатился по полу, уткнулся в чьи-то ноги, но не обратил на это внимания, поскольку нутро разорвал жестокий кашель, а на глаза навернулись слезы.

— Егор? Что с тобой? — донесся сверху чей-то голос.

Я хрипел и задыхался, легкие горели огнем — воздух мира под свирепым солнцем не особенно годился для дыхания.

— Не туда… попал… — выплюнул я наконец, и ухитрился сесть.

В груди еще болело, но не так сильно, в башке екало, и даже живот немного крутило. Макс и Дю-Жхе смотрели на меня с удивлением, а ботинки мои были запачканы серо-оранжевой пылью.

— А куда? — спросил мой земляк.

— Если бы я знал… — и я описал тот мир, в котором побывал, про встречу с тиззгха решил не упоминать.

— Не знаю такого мира, — сказал Дю-Жхе. — Но если там нельзя дышать, зачем портал?

Я только плечами пожал.

— Центурион? Отзовись! Центурион! — прорезался в наушниках голос Ррагата, удивленный и радостный. — Тут наши! Очень много!

Шадир пришел?

— Давай