Вояка среднего звена - Дмитрий Львович Казаков

с одинаковой скоростью, но чтоб я сдох восемь раз, если я понимал — как. — Ну!

Регулятор активации пошел вперед, дуга загудела громче, и снова ничего не произошло!

Бессилие рухнуло меня как тяжелый мокрый плащ, грязный, весь облепленный песком. Что, если я не справлюсь, если не сумею починить портал, и останусь тут навсегда, и это в момент, когда моим девчонкам грозит опасность?

— Центурион? — голос Дю-Жхе прозвучал из шлема, лежавшего рядом и я торопливо нацепил его на башку.

— Да?

— Тут нас атакуют, — сообщил Дю-Жхе без малейших признаков страха или гнева.

Неужели Равуда вернулся, или бриан, чтобы у них присоски с десен отвалились, снова нас отыскали?

— Кто? — выдохнул я.

— Я вижу Лиргану, — и вот тут в голосе ферини прозвучало что-то вроде отвращения.

Орден Трех Сил не отстает, хочет уничтожить меня… но что же я им сделал такого?

— Без меня справитесь?

— Должны.

— Тогда работайте, — я вздохнул и принялся изучать развернутую над классификатором схему: блок выравнивания вроде в порядке, а значит надо посмотреть стоящий за ним блок изоляции вакуума… для чего предназначен этот, я не понял, хотя прочел нужный пассаж четыре раза.

Ну да, не физик я.

Котик мрачно хрюкнул, когда я отковырял с пола очередную панель и принялся отсоединять блок.

— Еще и ты… — пробормотал я, покосившись на него, и зверь сделал вид, что это не он, что он вообще спит и не при чем.

Снаружи доносились приглушенные очереди, отдельные выстрелы, даже вроде бы разрывы гранат. Но я не обращал на шум внимания, я проверял контакты, все ли в порядке, все ли стоят так, как на красивой картиночке из мануала, или где-то что-то сдвинулось, поменялось. Внутрь блока я заглядывать не рисковал, поскольку совершенно не понимал, как оно устроено.

В какой-то момент стрельба стала громче, и я отрешенно подумал, что нашим приходится тяжело. Но тут же вернулся к работе, занялся одним сочленением, которое выглядело не совсем нормально.

Я знал, что если наступит совсем задница, то Дю-Жхе выйдет на связь.

Блок изоляции, похожий на дикобраза с разноцветными колючками, встал на место. Только снова ничего не получилось, когда я попробовал включить портал, и я опять полез в мануал.

Блок трепассирования вероятности… что это вообще значит?

Блок концентрации искажающих полей… резервный блок квантовой запутанности…

Я ощущал себя двоечником, который прогуливал весь семестр, а в ночь перед экзаменом открыл наконец чужой конспект.

— Дю-Жхе, как вы там? — в один момент я все же не выдержал.

— Они лезут, мы отбиваемся, — сообщил он. — Они теряют бойцов. Все нормально.

Блок трепассирования не захотел вылезать из уютного гнездышка, и я вспотел, вытаскивая его. Зато когда эта фиговина, похожая на черную кастрюлю с торчащими из крышки трубками, оказалась у меня в руках, я подумал, что наконец-то отыскал поломку — вмятина на боку была с кулак, и внутри явно что-то оказалось повреждено.

Дело швах, придется вскрывать.

Я поставил блок на пол, вытер от пота руки, и только после этого взялся за отвертку. Крышка «кастрюли» мягко скрежетнула, из-под нее пахнуло слежавшейся пылью и чем-то сладким.

Ну да, вот они, точно… со штырей-направляющих соскочили розовые катушки, а один штырь и вовсе сломался.

— Как сказал Гиппократ, — буркнул я, пародируя Макса, — диагноз — половина лечения.

Кто-то в ответ хрюкнул, то ли Котик, то ли пингвин.

И тут же я ощутил давление на переносицу, вибрирующее напряжение внутри головы — включилась связь тиззгха.

— Егор? Привет, — сказала Юля. — Где тебя носит?! Когда ты наконец вернешься?! Нельзя же так!

Она говорила раздраженно, и я ее понимал — вынуждена прятаться с дочерью на чужой квартире, а муж, на которого рассчитываешь, болтается неизвестно где и неизвестно зачем!

— Подожди, — я отложил отвертку, и даже отодвинулся от прибора, которым занимался. — Я достал лекарство для Сашки! Она теперь будет совсем здорова!

— Эх, ты… что это за лекарство? — вряд ли Юля забыла о своих претензиях ко мне, память у нее хорошая, но ребенок — это святое.

— Уникальный прибор, который лечит все болезни, — сообщил я.

Ну да, как я могу сказать, что он создан на другой планете, в пределах громадной звездной империи?

— Очередное шарлатанство? Да его и у нас полно! Стоило так далеко ехать! Дорого?

— Нет. Удалось взять почти бесплатно.

И опять же, нельзя открыть, что добыл я Обруч с боем, что за него жизнью заплатил не один хороший боец.

— Ладно хоть так. Но когда же ты приедешь? Говорил, что в пути!

— Да, в пути, но есть, э, логистические сложности… — тут снаружи донесся особенно громкий взрыв, по огрызку линкора, внутри которого я сидел, явно саданули из гранатомета, так что все сооружение дрогнуло. — Транспорт наш сломался, и вот я его чиню, стараюсь.

Ну хоть это чистая правда.

— Ладно… — Юля помягчела и рассказала об их собственном житье-бытье: что еще неделю подруга готова их терпеть, потом она будет искать новых жильцов уже всерьез, и придется что-то выдумывать.

Услышав это, я помрачнел и пообещал:

— Самое позднее через три дня буду с вами! И все будет хорошо!

— Ну, посмотрим, — Юля вздохнула, мы поболтали еще и я отключился.

Подумал, не вызвать ли Дю-Жхе, не узнать ли, как там дела, но потом решил его не отвлекать — ясное дело, что он сам бы вышел на связь, если бы произошло что-то важное. Итак, блок трепассирования… катушки надо вернуть на место, а один… нет, два штыря привести в порядок… непонятно только как, ведь у меня нет ни клея, ни изоленты… можно заменить на что-то подходящее по размеру, но это сработает только в том случае, если материал не важен, если это лишь часть крепежа… так, что там на схеме?

Я так глубоко ушел в изучение мануала, что вздрогнул, услышав шаги за спиной.

— Э? — я повернулся, пытаясь сообразить, где оставил автомат.

— Это я, ха-ха, — сказал Макс. — Мы им вапще показали! Они умчались в джунгли… Какой был мужчина, настоящий полковник!

— А, это хорошо… — тут я понял, что снаружи тихо, никто больше не стреляет. — Лиргану подстрелили?

— Нет, удрала, баба злобная.

— Значит вернется.

— И еще я пожрать принес, — он протянул руку, на которой лежала упаковка офицерского сухого пайка: раза в два больше обычного. — Мы там склад нашли. Целенький. Как сказал товарищ Джон Кеннеди — кто хорошо жрет, тот хорошо работает.

— Так и сказал? — я осознал, что брюхо подводит от голода, а тошнота, терзавшая меня в последние дни, отступила.

— А то! — Макс болтал, рассказывал какую-то ерунду, перебивал