Майк Мак-Кай - Хьюстон, 2015: Мисс Неопределённость (ЛП)

— Вы были одним из этих радиолюбителей? Кто сообщил парню, что людоедов нет?

— Хуже. Я – тот самый радист у выживальщиков Сандерса, уронивший в декабре свою рацию. Короче, пастор меня прогнал. С истерикой и криками, моя морзянка – полная белиберда и подделка. Я плюнул и ушёл: прихватив с собой радиостанцию и одну из прихожанок. На пастора я не в обиде, так как через год спасённая из секты девушка стала моей супругой!

— А остальные? Так и сидели до второго пришествия?

— Не до второго пришествия, а лишь до первого. Через две недели как мы с подружкой слиняли, – вдруг объявился законный владелец горной хижины. Нехороший, злой человек, который должен был сдохнуть от сбоя компьютера, да почему-то не сдох. Грешник наставил на пастора два ствола двенадцатого калибра и скомандовал выметаться с частной собственности – к едрёной бабушке!

Уладив вопрос с трансивером, Бен и я направились к местной автозаправке. На случай если там продают бензин, в кузове пикапа стояла пустая бочка на сорок два галлона. Ценник «Тексако» приятно удивил: и «девяносто первый экологический», и дизтопливо продавали сегодня по шесть баксов за галлон. Почесав репу, я сказал Бену, с радиостанцией мы облажались. Цена бензина уже почти как раньше. Завтра-послезавтра дадут электричество. Телефон заработает, и зачем примитивная «пакетная связь», если есть нормальный Интернет?

На бензиновой колонке ленточками скотча был прикреплён грязноватый листочек с уведомлением «ГОРЮЧЕЕ ПРОДАЁТСЯ ТОЛЬКО ЖИТЕЛЯМ ГОРОДА. ПО 5 ГАЛЛОНОВ В НЕДЕЛЮ.» [Пять галлонов – около 19 литров.] Ниже от руки шла приписка:

Пожалуйста, заправляйтесь в бак. Никаких канистр. Предъявляйте водительское удостоверение.

— Пять галлонов – лучше, чем ничего, — сказал я, вставляя заправочный пистолет в горловину бака. — У тебя права техасские, Бен. Сойдёшь за местного.

Войдя в неряшливое помещение автозаправки, я присвистнул.

— Эндрю! Вот так встреча! Вы какими судьбами здесь?

— Пробираемся к вам на ферму, — грустно сказал Эндрю Смайлс. С прошлого раза он сильно осунулся и даже вроде немного постарел. Мятый деловой костюм мешковато свисал с опустившихся плеч.

— К нам?

— Простите, Кормак. Я пробовал звонить, но телефон не отвечает. И электронную почту посылал.

— У нас с прошлой недели – ни телефона, ни Интернета. Честно говоря, вы плохо выглядите, старина. Что приключилось?

Эндрю потянул воздух носом, будто всхлипнул, — Мы бежали из России. Там Рэнди… убили.

— Убили? Ничего себе! А ваши дочери?

— Дочери со мной. Мы Тихий океан переплыли. На танкере.

— На танкере?

— Кое-как добрались до Хьюстона, а в нашем доме – самозахват!

— Как это — самозахват?

— Да так. Приехали и захватили. Кто раньше встал, тому и тапки.

— Ну так надо – в полицию!

— Какая полиция, Кормак? Полицейские даже на убийства не выезжают. Притом, самозахватчики – нормальные ребята, предлагали совместно возделывать поле для гольфа…

— Возделывать? Поле для гольфа? Что за глупость?

— Вот и я думаю, глупость! В Хьюстоне – жуть. Бандиты, мародёры! Врачи – разбежались, частные клиники закрыты. Висит бумажка: «ближайшая больница там-то». Едем в больницу, а принимают только с огнестрельными ранениями! Кредитные карты – не работают! Да если бы и работали! Нигде же нет ничего. Еды в магазинах – нет! Вы не поверите, у меня – последняя сотка в бумажнике. Ещё мелочь – и всё!

— Вы говорили, есть инвестиционный счёт? На чёрный день?

— Можно сказать, уже нет. Звоню в банк – попадаю на автоответчик. Похоже, там больше никто не работает! Я не знаю, что делать, Кормак!

Звякнула колокольчиком входная дверь, вошли две девочки. Выглядят: бывает куда лучше. Растрёпанные грязноватые волосы, одежда не по размеру, на ногах какие-то дурацкие шлёпанцы. Старшая в мужской сорочке и джинсах, размеров на пять больше необходимого. У младшей – джинсовая юбка и засаленная футболка, в руке – ключ с огромной, чтобы ненароком не увезли, биркой: «ТУАЛЕТ». «Беженцы», – вдруг проскочило в голове определение. Да, беженцы! Как кадры из какой-нибудь Югославии или Украины по «CNN».

— Это ваши дочери, Эндрю? Вы, помнится, говорили: Софи и Элизабет?

— Софи и Натали.

Вот те на, Кормак. Приплыли. У нас – беженцы! С одной стороны, мы их сами приглашали. Сэм так и сказал: «Станет совсем туго – попытайтесь пробраться к нам на ферму. Место найдём.» Что «туго» – заметно с одного взгляда. Рэнди убили. Через океан на танкере. Ни денег, ни жилья. К тому же, старшая дочка – похоже, чем-то больна. Психическое заболевание или инфекция? Эндрю упомянул про поиски врача в Хьюстоне.

С другой стороны, пастор Сандерс каждое воскресенье талдычит: никаких беженцев на наших фермах! Родственники, пусть даже дальние, – милости просим. Но беженцы – ни в коем случае. Пустишь одного – второй спросит: почему его пустили, а меня – нет? Пустишь второго. Дальше – пошлo, поехало! Где два – там и десять. Где десять – там и сто. А припасов, с таким старанием и упорством заготовленных за последние два года, – на всю ораву не хватит.

Ко всему прочему, Эндрю – офисный пудель, с рубиновыми запонками. На ферме от него пользы – ноль, да и дочери наверняка не лучше. Бездельники.

Честно говоря, если бы мы не заехали к местному радиолюбителю, я бы Эндрю вежливо послал. Тем более, и отмазка налицо. У окошка кассира, Бен уже крутил пальцем у виска:

— Отчего нельзя? Что за правила такие?

— Нельзя – это нельзя, — отвечала ему кассирша-азиатка, — Бензин только жителям города. Сто девяностое шоссе – это же не город?

— А что это?

— Да что угодно, но не город! Вон, указатель стоит: «Добро пожаловать в Джостер». До указателя – город, за указателем – не город!

— Кто сказал?

— Депьюти сказал!

— И мне не продали, — пожаловался Эндрю, — Бензин в Хьюстоне продают тоже по пять галлонов в неделю, причём на заправке по месту жительства. Мы и досюда – еле доехали.

Тут бы мне и сказать: «Прости, старина. Раз бензина нет – придётся вам как-то пристроиться тут в Джостере.» Отдал бы Эндрю наш двудневный запас провизии из пикапа и четыреста баксов – все наличные в моём бумажнике. Да, у меня за задним сиденьем есть запасной комплект одежды. Вечером рассказать Сэму. Можно даже завтра вернуться в город и привезти бедолагам несколько мешков картошки и немного консервов. Главное, никаких беженцев у нас на ферме, и все довольны.

Но история с «Армагеддонщиком Сандерсом» произвела на меня впечатление. Пастор Сандерс – неплохой мужик, но не ему решать, кто годен, а кто – не годен жить на нашей ферме. Тоже мне: швейцар Ноева Ковчега!

— Если найдётся пять галлонов бензина – дотянете до нас? — спросил я Эндрю.

— Скорее да чем нет.

— Предупреждаю сразу: работы на ферме – завались, но это вам не кнопочки на «Макинтоше» нажимать. Готовы полоть огороды, косить траву и доить коров?

— Что угодно!

Я направился к кассирше.

— Вижу, вы – деловая женщина, мэм! Имею вам предложить выгодный бартер!

— Бартер? Это как? — захлопала тяжело накрашенными ресницами азиатка.

— Я вам – полную канистру дизтоплива, а вы мне – ровно столько же бензина? У дизтоплива плотность энергии выше, значит, вы – в выигрыше.

— Так, наверное, можно. Про энергию депьюти ничего не говорил, да и цена одинаковая. А дизтопливо – не поддельное?

— А бензин – не поддельный?

— Мой бензин – высший сорт! Где дизтопливо?

Я повернулся к Бену, — Неси наш аварийный запас, старина!

Через пятнадцать минут, конвой из двух автомобилей покинул городок. Впереди шёл сильно запылённый белый «Митсубиси» с калифорнийскими номерами. В Ноевом Ковчеге намечается прибавление.

Глава 23. Н. Смайлс, она же негритёнок Джим.

В предыдущем обращении – о дефолте США, я обещал ежемесячно докладывать Нации о состоянии дел. Мой пресс-секретарь постоянно напоминает, этого недостаточно [шум в зале, аплодисменты].

За месяц, прошедший с момента государственного дефолта, федеральное Правительство и Правительства штатов провели огромную работу. Должен с гордостью подчеркнуть: у нас получилось! Удалось добиться нормализации снабжения городов продовольствием, горючим и товарами первой необходимости. Оказывается, дефолт – не такая уж страшная штука! Кто мне не верит, может заехать после этой пресс-конференции в ближайший супермаркет. Не забудьте по дороге забрать детей из школы и заправить машину [смех, аплодисменты]…

Из пресс-конференции Президента США

Белый Дом, «CNN», воскресенье, 19 июня 2016 г.

Банг! Банг! Банг!