Майк Мак-Кай - Хьюстон, 2015: Мисс Неопределённость (ЛП)

«Не транжирим, — сказал я: — Транжирить – это гонять трактор туда-сюда за пять миль, без всякой пользы. А если на тракторе пахать, а на пикапе ездить по делам, – разумная необходимость. Кстати, запасённое впрок дизтопливо – коммерческое, а не армейское. Официальный срок годности – восемь месяцев. Конечно, и коммерческая солярка не превращается в грязь за восемь месяцев, но если не используем всю цистерну через три-четыре года, остаток сгодится только для разжигания барбекю.»

По случаю выезда, я положил в кабину помповое ружьё. Бен, как всегда, разгуливает с пушкой на бедре. Без шуток, парни. Он даже в толчок ходит – с пушкой. Говорит: на всякий такой случай. Ага. Сейчас из дырки полезут кровожадные зомби, и он всех перестреляет! Ну ладно, пусть забавляется и корчит из себя Терминатора. Его право.

Я как в воду глядел: ехать пришлось до самого Джостера. Никаких поваленных столбов и прочих очевидных неисправностей мы не обнаружили. Мобильник схватил сигнал, когда до городка осталось всего несколько миль. Я набрал номер «Соутуэстерн Белл». Натурально, попал в автоматизированную систему. «Коммерческие подключения – нажмите один. Индивидуальные подключения – нажмите два…»

Пофлиртовав с электронной девочкой через бесконечные меню, я послушал весёлую лёгкую музыку, как в лифте. Когда музон пошёл на четвёртый круг, нажал отбой: «Заводи, Бен. Доедем до города. Хоть с живым человеком пообщаемся.»

Пикап резво промчался оставшиеся мили, и мы оказались нос-к-носу с живым человеком: веснушчатым и совершенно лысым дедушкой-телефонистом. Судя по возрасту, при поступлении в компанию ему лично пожимал руку если не сам Александр Г. Белл, то наверняка Эдисон или Тесла.

— У нас телефоны не работают, — доложил я после дежурных приветствий.

— Хотите срочно починить? Вам повезло! Щас прямо отправлю техника, он как раз свободен. На какой вы улице? — бодро осведомился дедушка.

— Мы не на улице, сэр. У нас фермы. Знаете, по сто девяностому шоссе?

— В смысле: сельские линии, молодой человек?

— Наверное, это так и называется. Сельские линии, — ответил заместо меня Бен.

— Вот и ваша очередь настала.

— Какая: очередь?

— Ваша батарейка накрылась.

Какая ещё батарейка? По-моему, дедушка спятил. Батарейка в голове кончилась, так сказать. Старческий маразм, пора в дом престарелых.

— Батарейка? Что вы имеете в виду, сэр?

— У вас когда электричество полностью отрубили? Второго апреля?

— Я думал, телефон не зависит от электричества, — сказал Бен, — У нас с февраля подавали электроэнергию по восемь часов в сутки, но телефоны же – работали!

— Всё просто, молодой человек. Знаете, что такое «последняя миля»? Медные провода – витая пара, – идут от коробки к каждому дому. А в коробке – что? Аналого-цифровой преобразователь. АЦП. Сигнал «последней мили» из аналогового превращается в цифровой и обратно. Телефония в Техасе – на девяносто восемь процентов цифровая. Классических аналоговых систем, всяких там дуплексов и частотных мультиплексоров – почти не осталось. Всё-таки двадцать первый век, хе-хе! Ясное дело, АЦП надо питание!

Оказывается, дедушке до дома престарелых – как NASA до высадки человека на Марс. Ещё работать и работать.

— Понятно, — сказал я, — Телефонная коробка – у нас на столбе под трансформатором. У преобразователя есть источник бесперебойного питания.

— Не UPS, а просто батарея аккумуляторов, — уточнил дедушка, — Только она может быть и не у вас на опоре, а несколько дальше – до десяти миль. Называется: локальный бустер питания. Пока были веерные отключения, батарея регулярно перезаряжалась, и связь работала. А когда вас отключили совсем, аккумуляторы в локальном бустере сдохли, вот и всё.

— Значит, если мы подадим бустеру питание, – всё снова заработает? — улыбнулся Бен, — А какое надо напряжение?

— Не заморачивайтесь, молодой человек.

— А что? У меня есть запасные солнечные батареи!

— Представьте, вы поплыли по речке – в сите. Одну дырку заткнули, ещё девятьсот девяносто девять – осталось. Далеко уплывёте? Помимо телефонной коробки на опоре, и того несчастного бустера – есть ещё устройства. Повторители, маршрутизаторы, и куча всякой другой электроники. Хотя, если желаете полностью перевести всю линию на солнечные батареи, – милости просим. Понадобится около двадцати миллионов долларов. Не завалялась мелочь в кармане?

— И что делать? — спросил я.

— Набраться терпения. Смотрели на днях обращение Президента? Ситуация, он сказал, – нормализуется. Вам снова дадут электричество, либо в организованном порядке станут переводить сельские линии на солнечные панели, как в Австралии. Либо…

— Либо?

— Либо ничего не будет. Но последнее – для меня звучит грустно. Я учеником телефонного техника начинал! В одна тысяча девятьсот пятьдесят восьмом, — несколько скрюченным от артрита указательным пальцем старик коснулся уголка глаза. Как будто слезинку смахнул, — Вы, парни, это: оборудование охраняйте! Не получится спасти провод и патч-боксы, – сохраните хотя бы опоры. А то тут – каждую ночь… Короче – металл воруют.

— Телефонные провода?

— Телефонные провода – в последнюю очередь. Но как начались веерные отключения – начали срезать силовые. А у нас почти вся «низкоточка» – на тех же опорах. Силовые линии режут, телефонные – калечат. На прошлой неделе одного юного идиота схоронили. Залез на линию шесть киловольт и принялся кромсать. Наверное, часы у пацана отставали. Не успел до включения.

— И что?

— А чего вы хотели от шести кей-ви? Почти нечего хоронить. Головешки…

Мы помолчали.

После паузы Бен почесал затылок и спросил: — Предположим, федералы не торопятся чинить связь. Можно что-то сделать на время кризиса?

— Беспроволочный телефон, молодой человек. Слыхали?

— Вы имеете в виду: мобильник? Они у нас не ловят!

— Мобильник, как вы выразились, или сотовая связь, – работать не будет. По радио там передаётся та же «последняя миля» – от антенны на мачте до вашей трубки. Если умерла проводная связь, мачта – бесполезна. Я имел в виду классическую радиосвязь. Коротковолновый диапазон.

— Как любительское радио? — спросил Бен.

— Оно самое.

— У нас радио никто не занимался, — сказал я, — Да и передатчик стоит недёшево.

— Недёшево? — лукаво сощурился старик, — Качественный и простой в работе трансивер обойдётся вам гораздо дешевле двадцати миллионов.

— И где его купить? Как вы назвали: трансэйвер? — спросил Бен.

Вместо ответа старик поднял трубку настольного телефона и набрал номер.

— Клиентов тебе нашёл… Да, фермеры. Со сто девяностого, да… Нет, вроде серьёзные парни. На джипе… А! Да, да, сказал… Пусть заедут? Можно хоть щас? Чудненько! — Он протянул мне жёлтый листочек с адресом, — От нас по главной прямо, там пятый поворот налево. Не ошибётесь. Над домом – огромная такая антенна.

Нужный дом мы нашли по той самой антенне. Седоватый мужчина отворил калитку, неодобрительно посмотрел на «пушку» Бена, но от комментариев воздержался. Он повёл нас не в дом, а в сарай на заднем дворе. Как в старом шпионском фильме, там в полутьме светились компьютерные экраны, индикаторные панели, экранчики с циферками, подсвеченные зелёными и красными светодиодами ручки настройки. На верстаке пристроился массивный осциллограф, рядом паяльник и ещё какие-то приспособления.

— Фермеры? — спросил хозяин, по-техасски растягивая гласные. Он указал на укрытый пятнистой коровьей шкурой просиженный диван, а сам плюхнулся в видавшее лучшие времена кожаное «директорское» кресло.

— Почти, — сказал я, — У моего тестя – собственная молочная ферма. Бен и я – сочувствующие.

— Значит – беженцы? — насупился хозяин.

— Вообще, я – кузнец и механик. У меня неплохая кузня. Бен – мой молотобоец и одновременно – электрик.

— Кузнец? И кузня своя? Уже лучше. А то: «сочувствующие»! У нас с недавних пор «сочувствующих» – полный город. Бесполезный офисный планктон, — он поднял с пола «спитун» – портативную плевательницу. Струйка красной от жевательного табака слюны отправилась по адресу, — Я так понял, вам хочется приобрести трансивер. Где, конкретно, находятся ваши фермы?

— Приход пастора Сандерса, может знаете?

— Будь я проклят! Армагеддонщик Сандерс? Известная личность. Вы мне только шепните, ребята: насчёт радио – по собственной инициативе, или пастор послал?

— В смысле: пастор послал? — удивился Бен, — Мы приехали по поводу телефонов, а про радио вообще десять минут назад узнали. Дедушка в офисе «Белл» сказал, у вас есть трансэйвер на продажу.

— Эт' «трансивер», а не «трансэйвер», — хозяин снова сплюнул, достал из нагрудного кармана коробочку и отправил в рот новую порцию табака.