Дежурный после полуночи - Алексей Шаронов

– Да бред какой-то! – с сомнением уставился на него Николай. Однако внешний вид фельдшера не вызывал ни единого подозрения во лжи! – И откуда у них генератор?

– Понятия не имею. Но так сказала дочь, а Лизке верю! Знаю только, что у них главный – некий Александр. Дед такой. Худой и малость кривой. Дочь говорит, он ещё и немного… – медик поднёс было палец к виску, но быстро убрал прочь, – странный, в общем. Но за определённую плату может электричество откуда-то дать. Только цены у него бессовестные! Лиза кольцо и серьги отдала, чтобы мне сюрприз устроить.

– Ладно. Спасибо, – вынырнув из размышлений, Николай благодарно пожал коллеге руку.

Фельдшер кивнул, застегнул толстовку и накинул капюшон:

– Бывай, но я бы на твоём месте туда не ходил. Чуть что не так сделаешь – эти фанатики визжать начинают, мол, грешник на святой земле. К ним уже даже патруль перестал наведываться: устали, что на них вопят ещё сильнее, за то, что с оружием приходят.

Гость осторожно высунул голову на улицу, опасливо огляделся и, юркнув наружу, скрылся в вечерней темноте. Николай откинулся на брезентовую стенку, обдумал услышанное и, решив не дожидаться утра, встал, застегнул пальто, надел массивный рюкзак и вынырнул следом.

Старая часовня стояла прямо за воротами части. Деревянный крест отвалился, а роль двери выполнял прибитый к стене кусок полиэстера. Внутри, стоя на коленях и держась за руки, молилось полтора десятка мужчин. Несколько зажжённых свечей не могли полностью осветить помещение – полумрак скрывал дальние уголки, а воображение дорисовывало в них зловещие скалящиеся фигуры. В глубине строения, на скамье у стены, сидел ссутулившийся пожилой мужчина в классических брюках и пиджаке и молча наблюдал за всем этим странным подобием службы. Николай без стука зашёл в старинное здание и медленно направился к почти не шевелящемуся мужчине. Половые доски опасно поскрипывали при каждом шаге.

– Александр? – приблизившись, поинтересовался врач.

– Тссс! – обернувшийся старичок резко поднял и приложил к губам указательный палец, призывая к тишине. Врач подошёл ещё ближе, сел на скамью рядом и, подождав с минуту, повторил:

– Вы Александр?

– Попрошу! Доктор Александр Иванов. Профессор, между прочим, – полушёпотом поправил мужчина, смерив гостя скептическим взглядом. – Чем обязан?

– Мне сказали, что я смогу найти тут помощь, – также с сомнением оглядел мужчину Николай.

– Конечно, найдёте! – громко воскликнул старичок, напрочь забыв про свою же просьбу о тишине. Однако молящаяся паства не обратила никакого внимания. – Это же Божий дом. Всяк сюда входящий обретёт приют!

– Я немного о другой помощи, – покачал головой врач. Недоверие множилось с каждой секундой, и внутри уже начало преобладать желание встать и уйти.

– Какой же? – нахмурился профессор, выражая неподдельное недоумение. Но тут в прищуренных глазах проскользнул отблеск любопытства. Николай замешкался, мужчина вскинул бровь. – Дайте мне хотя бы подсказку.

Врач мысленно посетовал на возможные будущие проблемы, но всё же снял рюкзак, опасливо огляделся и, расстегнув самое большое отделение, осторожно достал изнутри портативную армейскую радиостанцию:

– Ваша помощь выдаёт двести двадцать вольт?

– Не понимаю, о чём вы говорите! – с ещё более искренним изумлением воскликнул Александр.

– Я не военный и никак с ними не связан. Просто гражданский врач, – устало закатил глаза Николай, демонстрируя обратную сторону устройства. – Она у меня ещё с эвакуации. Подумал, пригодится. Возможно, нам обоим.

– Кто вам меня посоветовал? – всё ещё с толикой паранойи сощурился мужчина, при этом слишком явно засматриваясь на устройство.

– Лиза – дочь фельдшера Стогова.

Александр достал из кармана пачку сигарет, прикурил от свечки и сделал небольшую паузу:

– Допустим, я вам поверю. И что вы мне можете предложить?

– То, что для людей сегодня будет ценнее всего, – правду, – голос Николая звучал искренне и убедительно, а в глазах загорелся настоящий волевой огонь. – Информацию о происходящем в мире, других выживших, их семьях и месте, где мы сможем осесть. Если дадите генератор – мы подключимся к вышке в обход военных, сможем узнать, что они скрывают, и рассказать это людям.

Профессор ухмыльнулся и покачал головой:

– У нас явно немного разные представления о ценном.

– Лекарства не просите – не дам! – тут же заявил доктор с несгибаемой сталью в голосе.

– Что вы! Даже не помышлял! У меня предложение получше, – старичок поднялся со скамьи и, сощурившись, похлопал по корпусу радиостанции. – Можете провернуть, что хотите, но после – приёмник останется у меня.

Николай уставился на собеседника и всерьёз призадумался. Профессор же, в свою очередь, простодушно протянул руку:

– Так что, договорились?

Врач проигнорировал его жест и бросил внимательный взгляд на молящихся в центре помещения мужчин, а после – с интересом всмотрелся в пожилое лицо Александра, подмечая не только многолетние морщины, но и такие же усталые глаза, как у себя самого:

– Вы правда верующий?

– Вас удивил бы положительный ответ? – Александр опустил руку и сменил позу, закинув ногу на ногу.

– Разочаровал бы.

– Презираете теистов? – профессор удивлённо вскинул брови.

– Презираю лицемеров, – на лице Николая, в отличие от старичка, застыло каменное выражение сомнения.

Александр же расплылся в довольной улыбке и, расправив плечи, вновь заглянул в глаза врачу:

– Нет, я не верующий. Никогда не был, да и вряд ли когда-нибудь уже буду.

– И при этом вы ими командуете? – Николай ещё раз оглядел неугомонно поклоняющихся в круге мужчин.

– Они подчиняются не мне, а своим догматам, – спокойно, но громко констатировал профессор. Паства по-прежнему не двинулась с места.

– И что это значит? – врач встал со скамьи и оглядел старые деревянные стены.

– Все люди служат тому, во что верят. А каждый верит в то, что способен понять. В то, к чему он привык. В то, что даёт ему покой и чувство уверенности. Я обычный старик, посвятивший всю жизнь естественным наукам, а они молодые, сильные и трудолюбивые.

– Так что, у вас взаимовыгодное сотрудничество? Вы – мозг, они – руки? – Александр кивнул. Николай коснулся воскового тела зажжённой рядом свечи. – И что, хотите сказать, что считаете их равными себе?

– А разве кучер и лошади равны? – лёгкая улыбка вновь тронула морщинистые губы.

Врач отвёл руку от огня и уставился в лицо Александра. Часовня погрузилась в тишину, прерываемую лишь тяжёлым дыханием приклоняющихся.

– Позвольте показать вам кое-что, – первым нарушил молчание профессор. Подойдя к одной из скамей, он переключил крошечный тумблер у самого пола, и под потолком загорелась яркая лампа накаливания. Обратный щелчок – помещение вновь погрузилась в сумрак, разрежаемый лишь крохотными свечами.

– Значит, вы всё-таки действительно украли генератор? – утвердился в своём предположении Николай. – Как вам удалось скрыть это от военных?

– О нет, нет. Никакой кражи,