Фантастика 2025-63 - Александр Майерс

— Ой, да перестань. Будет весело. Пошли, выберем тебе платье.

Сделать это оказывается гораздо сложнее, чем купить мне фрак. Платья-то все разные, их приходится мерить. Лариса постоянно воротит нос — то длина не её, то фигуру портит, то цвет дурацкий. Когда мне надоедает, а это происходит довольно быстро, я сам подхожу к вешалке, перебираю платья и достаю изумрудно-зелёное.

— Попробуй вот это.

— Оно не подойдёт, — морщится девушка.

— Просто поверь мне, — всучиваю ей одежду и подталкиваю к примерочной.

Лариса долго не появляется, а когда выходит, то её глаза счастливо блестят, однако на лице она пытается сохранить невозмутимость.

— Ладно, ты был прав. Оно неплохо на мне сидит.

— Неплохо? Да ты в нём богиня!

— Скажешь тоже, — бурчит она.

Изумрудный цвет превосходно сочетается с пламенем её волос, открытые плечи добавляют соблазна, но отсутствие декольте и длинный подол оставляют достаточно пространства для фантазии.

— Ты великолепна. Девушка, мы его покупаем! — обращаюсь я к продавще.

— Отличный выбор. Вашей супруге очень идет, — улыбается та.

— Мы не супруги, — рычит Лариса, а я смеюсь.

После этого заходим в ювелирный магазин через дорогу и я покупаю Ларисе подвеску и серьги с изумрудом, которые отлично сочетается с цветом платья и её глаз. Лара, конечно, снова отказывается, а ее глаза говорят о том, что эти украшения она ни за что не упустит. Я не принимаю возражений и кладу их в ее сумочку. Позвонив Даше, уточняю, какого цвета будет её платье, и беру комплект украшений ещё и для неё.

Расстаёмся на время, потому что Ларисе ещё надо сделать макияж, причёску и что ещё там делают девушки перед важными событиями? Я только принимаю душ и бреюсь, а затем заказываю машину с водителем. Не вести же мне прекрасных дам на своём дырявом мастодонте.

Вечером сначала заезжаю за Дашей. Сегодня она в соблазнительном красном платье, которое отлично подчёркивает её фигуру. При виде украшений с рубинами она восхищённо ахает и долго-долго меня целует. Затем забираем Ларису, и дальше едем втроём.

Зайцева как-то подозрительно поглядывает на Лару. Ревнует, видимо. Но потом они начинают болтать, и Зая расслабляется. Когда приезжаем в поместье Светлакова, между ними уже нет никакого напряжения. Обе берут меня под руки, мы вместе поднимаемся по крыльцу и входим в зал.

Внутри всё именно так, как я себе и представлял. Хрустальные люстры, белые скатерти, снующие туда-сюда официанты с подносами. Гости сидят за столами или плавно перемещаются по залу и ведут негромкие беседы. На нас, как я и думал, сразу обращают внимание — ещё бы, новые лица в обществе, к тому же кавалер явился сразу с двумя дамами. Необычно, даже с учётом того, что в Российской Империи разрешено многожёнство.

— Андрей, наконец-то! — ко мне подходит сам барон Светлаков.

— Здравствуйте, ваше благородие, — киваю я.

— Рад видеть тебя, особенно в окружении таких прелестных спутниц.

Альберт Геннадьевич по очереди целует руки Даше и Ларисе, а затем начинает водить нас по залу и знакомить с разными людьми. Я с удовольствием общаюсь, несмотря на то, что многие, услышав мою фамилию, делают большие глаза, а кто-то даже отшатывается в ужасе. Мало того, что я последний потомок уничтоженного рода, так еще и папаша этого тела оставил после себя не лучшую репутацию.

Исправлять его косяки, походу, придётся долго. Но ничего, я с этим справлюсь.

Вдруг замечаю за одним из столиков знакомое лицо, приношу свои извинения барону и направляюсь к столу, за которым сидит мой знакомый Михаил Беркут. Тот издалека замечает меня и сначала удивлённо вскидывает брови, а затем хмурится.

— Что ты здесь забыл, безродный? — растягивая слова, интересуется он.

— Пришёл узнать, что за правила на этом приёме.

— О чём это ты?

— Почему не огородили ленточкой мусорный столик? Мало ли, вдруг за него случайно приличные люди захотят сесть.

— Ах ты с… — Михаил обрывает сам себя на полуслове и подскакивает.

— Давай, договаривай. Как ты там хотел меня назвать?

— Ты сам прекрасно знаешь, что представляешь из себя, ничтожество! Благодари меня за то, что ещё дышишь!

Что-то в его тоне заставляет мой мозг осветиться догадкой. Усмехнувшись, я говорю:

— Погоди секунду. Не ты ли оставил мне взрывное заклинание на двери? Или, скорее, кто-то из твоих подручных.

— Что за бред ты несёшь! — фыркает Беркут, но его глазки забегали.

— Не советую тебе повторять подобного. А то знаешь, вдруг и на твоей двери что-нибудь опасное появится. Например, твои мозги.

— Да как ты смеешь, безродный! Ты вообще соображаешь, с кем ты…

— Что здесь происходит? — раздаётся властный голос за спиной.

Невольно оборачиваюсь и вижу мужчину с длинными светлыми волосами, который приближается к нам. Скользнув по мне взглядом, он в упор смотрит на Михаила и снова спрашивает:

— Что здесь происходит?

— Прости, отец. Этот безродный снова провоцирует меня!

— Снова?

Мужчина переводит на меня холодные голубые глаза и, цокнув языком, говорит:

— Надо полагать, передо мной Андрей Зверев.

— Вы правы. А передо мной кто? — спрашиваю я.

— Граф Сергей Егорович Беркут. Рад знакомству.

— Взаимно, ваше сиятельство.

Сергей Егорович, не глядя на сына, произносит:

— Миша, оставь нас ненадолго. Я хочу поговорить с твоим оппонентом тет-а-тет.

— Как скажешь, отец, — недовольно бурчит Беркут-младший и уходит вместе со всеми, кто сидел за его столом.

Едва он отдаляется, граф жестом приглашает сесть за стол. Ну что ж, я не против побеседовать. Интересно, что он скажет, хотя уже догадываюсь.

— Итак, Андрей. Я имел неудовольствие слышать о вашем столкновении с моим сыном. Потрудитесь объяснить, как так вышло, что его родовой меч оказался у вас.

— Очень просто. В баре произошёл конфликт, Михаил вызвал меня на дуэль и выставил защитника по фамилии Краснов. Я победил. По правилам дуэлей, меч вашего сына стал моим.

— Что я могу сделать, чтобы вернуть его?

— Ничего, — пожимаю плечами я.

— Спрошу прямо. Сколько вы хотите за возврат меча? Назовите сумму, — невозмутимо говорит граф.

— Со всем уважением, ваше сиятельство, но я не собираюсь продавать его вам. Я получил клинок в честном бою, и если соглашусь с ним расстаться, то лишь таким же способом.

Глаза Сергея Егоровича недобро блестят.

— Вы уверены?