Изгнанник. Арка 3. Том 1 - Дмитрий Янтарный

Мне от этой реплики стало немного неуютно. До сего момента я предпочитал, чтобы никто не знал о том, что вся моя магия, по сути, заключена в моей левой руке, ибо источник её — это артефакт, пусть и сросшийся с моей плотью. Потому что меня не покидало ощущение, что в этом случае даже если путь домой для меня и сыщется, мою левую руку могут просто отрубить и оставить на память. Исключительно в самых благородных целях. Ну, вернее, если это артефакт — то приспособить его так, чтобы он постоянно производил воду как какой-нибудь фонтан. Потому что даже если это и не получится — не факт, что существа, жизненно нуждающиеся в воде, не захотят попробовать.

— Тебе не стоит бояться, маленький пуири, — мягко сказал фиолетовый вимрано, для которого, казалось, и эмоции собеседника не были тайной, — никто не станет причинять тебе вреда. Но всё же мы бы хотели поговорить с тобой, и поговорить откровенно. Как ты позже поймёшь, это и в твоих интересах. Но не сейчас, конечно. Сейчас мне требуется отдохнуть с дороги. Да и дождёмся уже остальные племена. Маури и Адресто тоже, несомненно, захотят с тобой поговорить.

После этих слов старейшина внезапно закашлялся сухим кашлем. Один из помощников тотчас потянул его в сторону шатра Арсини.

— Мастер Даяо, прошу, пройдёмте в палатку. Вам обязательно нужно отдохнуть после долгого пути.

— Да-да, мой мальчик, конечно, — и, когда старик уже ковылял прочь, до меня донеслось его бормотание, — эх, что за жизнь такая? С водой я в таком возрасте был бы в самом расцвете сил, а так — уже старая развалина, только что песок не сыплется…

Мудреца увели в шатёр, я же решил посидеть около воды. Ибо наличие рядом источника воды всегда помогало мне успокоиться и расслабить разум. Тем более, что мне было о чём подумать.

Вот только подумать у меня не получилось. Несмотря на то, что я уселся от воды достаточно далеко, чтобы на меня не летели брызги от резвящихся в воде ребятишек, те всё равно умудрялись доставать до меня. Возможно, что и специально.

Вот что значит — дети. Вчера им говорили, что воды мало, и её надо экономить — и они послушно это делали. А сегодня воды стало много — и это значит, что теперь можно побаловаться. Минуты две я терпел и отсаживался на пару шагов подальше, но после того, как один из зелёных мальчишек, ловко ударив ладонью по воде, метко запустил струю воды прямо мне в морду, терпение лопнуло, и я, вскочив, стал творить у себя в руках водяные шары, которые тут же запускал в резвящихся малышей. И, к большому моему удивлению, им это невероятно понравилось. После того, как первые пятеро сорванцов получили заряд воды по чешуйчатой мордашке, уже весь водоём кричал мне:

— Меня!

— Давайте в меня!

— В меня бросайте, в меня!

Не став отказывать им в таком удовольствии, я начал метко выстреливать самых наглых и голосистых. Вот только теперь маленькие вимрано, будучи готовыми к такой атаке, смогли меня изрядно удивить. В самый последний момент перед тем, как шар воды, по идее, должен был бы в них врезаться, они уходили под воду, да так быстро и ловко, что в это было трудно поверить. Казалось, в них заговорили спящие гены их расы, и они вели себя так, словно прожили в воде всю жизнь, а не вчера узнали, как это вообще бывает. И когда снаряд улетал в молоко, они высовывались и, показывая тонкие язычки и крутя рожицы, требовали ещё.

Впрочем, вскоре мне это наскучило. Воодушевление и радость, которые я не испытывал уже очень давно, исчезли так же быстро, как и появились. Я устало опустился обратно на камни. А чтобы малыши вимрано больше меня не дёргали, я создал в водоёме небольшой водоворот. И теперь они с визгами и воплями плавали по кругу, открыв для себя новое развлечение.

Вот только такое развлечение было чревато непредвиденными последствиями. Примерно полчаса спустя около водоёма показались трое взрослых, в обязанности которых входило приглядывать за малышами. И, увидев водоём, в котором я разогнал водоворот уже до приличной такой скорости, закричали:

— Куда ж ты, пуири, смотришь?! Их же сейчас вниз утянет!

И, не успел я опомниться, как они нырнули в водоём и поспешно стали вытягивать из него детей.

— Да погодите, погодите! — до меня, наконец, дошло, что они имеют в виду, — нет там никакой расщелины! Это я водоворот сделал, специально.

Как ни странно, взрослые, хотя и пребывая на грани паники, услышали меня с первого раза. Я, вскочив на ноги, поспешно остановил водоворот, давая им понять, что опасности нет. Надо отдать взрослым должное, соориентировались они быстро. Зелёный вимрано скомандовал:

— Все на берег и по палаткам, отдыхать!

Дети, как, в общем-то, детям и положено, тут же принялись жалобно возражать, прося, наверное, традиционные для всех детей пять стаков, то есть здешних минут. И хотя их слёзные просьбы взрослым явно резали ножом по сердцу, ибо те понимали, что, возможно, для малышей это единственная в жизни возможность так тесно познакомиться с водой, всё же стойко выдворили всех детей из озера и отправили, куда было велено.

— Не расстраивайтесь, — сказал я им вдогонку, — вечером я вас ещё покатаю.

— А водичкой в нас постреляете? — спросила девочка с интересным жёлто-синим оттенком чешуи.

После этой фразы трое взрослых мрачно посмотрели на меня. Да уж, этих слов им слышать явно не следовало. Затем двое других воспитателей увели детей, а зелёный подошёл ко мне и мрачно спросил:

— Что-что вы с ними делали, позвольте поинтересоваться?

— Ну, метал в них шарики воды, — неловко сказал я, избегая взгляда требовательных чёрных глаз. После чего добавил, — да вы не переживайте, я аккуратно стрелял. И вообще, я почти не попадал. И вообще, они первые начали.

— Кто бы сомневался. Аквот тебе сколько, стрелок? — со снисходительным превосходством спросил зелёный. От этого, казалось бы, невинного