Дуэльный Кодекс. Том 1. Проект «Геката» - Артём Март

И как обычно, в два тридцать ночи, он заходил в темницу. У Илая было хорошее настроение сегодня ночью, ведь у библиотеки хозяина он уже побывал. Послушал там приятные женские стоны боли. И теперь спускался по ступеням темницы, чтобы завершись свой обход.

Он прошел по узенькому коридору. Вдохнул местный затхлый воздух. Полюбовался кандалами. На миг ему показалось, что в пустой закрытой камере кто-то есть.

— Глупости, — пробухтел он себе под нос, — кому там быть?

С грустью он вздохнул. Ему недоставало девушки-драконицы, что держали тут некоторое время назад. Илаю нравилось смотреть, как она грустит за решеткой. И играть с ней тоже нравилось.

Из раздумий его выбил странный звук, будто бы что-то кипятком бурлило за спиной. Обернуться он не успел. Рука, появившаяся неизвестно откуда схватила старика за шею, пятерня заткнула рот.

— Двинешься, — юношеский голос, имевший необычно холодный тон, прозвучал позади, — и я зажарю твои мозги прямо в черепе.

Илай почувствовал, как острие магического ножа больно коснулось виска. Незнакомец, хоть явно молодой, держал крепко. Старик не мог двинуться. Да и страшно было. Со страхом смешалось удивление, когда в дальнем углу камеры, в тени, которую он поначалу не заметил, что-то зашевелилось и встало.

Это была драконица. Ноги Илая стали ватными, когда девушка пересекла камеру, приближаясь к нему.

* * *

— Закричишь — умрешь, — проговорил я, схватив старика, — сделаешь какую-нибудь глупость — тоже умрешь. Понял? Говори, когда к тебе обращается дворянин!

Илай закивал.

План Миры сработал. Драконица рассказала, что когда она была заключена здесь, то заметила, что примерно в одно и то же время, ночью, старик Илай проходит посмотреть, как она страдает. Иногда он приносил воду. Пройдя в камеру, он ставил миску настолько далеко от прикованной Миры, чтобы она не могла достать. Но достаточно близко, чтобы драконица пыталась к ней тянуться.

— Ты знаешь обо всем, что делает твой хозяин, — я надавил старику на висок. Густая кровь потекла из-под острия, — сейчас я разожму тебе рот, и ты расскажешь все. Понял?

— Мммгммм, — испуганно закивал старик.

Тенехождение, которое я использовал для засады, было сильным заклинанием. Чтобы воспользоваться им, пришлось рисковать. Однико, все прошло хорошо. Правда, я почувствовал, как появился на правом плече большой ожог от выгорания. Кожу там саднило и жгло. Но я просто отбросил мысли о боли, сконцентрировавшись на происходящем.

— Говори, тварь! — неожиданно жестко обратилась к старику Мира.

Я медленно убрал руку с губ старого помощника, и он тут же начал:

— Вы ведь явились через тайный ход? Как вы прошли Идра? Он должен был растянуть ваши кишки по всему туннелю…

Я раскалил проводник, и старик замычал от боли.

— Прошу, хватит! — проговорил он, стиснув зубы, — вы опоздали! Все пленники в библиотеке хозяина! Все трое! Он уже занимается ими!

— Трое? — удивилась Мира.

— Как пройти в библиотеку? — холодно проговорил я.

— Третий этаж… через главную галерею направо! Первая дверь… Только не убивайте!

— Благодарю, — кратко бросила драконица и в следующее мгновение схватила старика за горло. Неожиданно легким движением сломала ему шею.

— Ого, — я отбросил бездыханное тело, — Вон как ты умеешь.

— Я дракон, Паша — как-то хитро посмотрела на меня Мира, — а эта мразь, — она кивнула на Илая, — заслужила смерть.

— Не сомневаюсь, — серьезно сказал я, — он сказал, что пленников трое. И нужно выяснить, кто последний. И спасти их. Проникнем в библиотеку.

— Как? — девушка нахмурилась, — верхние этажи точно охраняются. Пройти незамеченными будут почти невозможно.

— Я знаю, — кивнул я, — так что теперь слушай мой план.

Глава 26

Внутри теней были вечные сумерки. Сами тени казались путями и тропами. Пространство между ними: комнаты, помещения, коридоры — все это виделось словно через стеклянные стены.

Тенехождение было гениальным заклинанием. В тенях можно перемещаться, из них можно атаковать. И следить за происходящим тоже.

Так, я шел по теням, изучая замок.

— Так, — шептал я себе под нос, — тут коридор. А тут… Тут галерея. А вот библиотека Синицына. Черт, она просто огромная.

Однако, через тени нельзя было видеть людей как таковых. Лишь их темные силуэты. И было кое-что еще, что беспокоило — постоянный шепот, что преследовал меня.

— Я помню тебя, — доносилось со всех сторон, — ты тот, кто убил…

Мой план был прост. Я пойду через тенехождение, чтобы оценить количество охраны и, в целом, разведать путь. Попытаюсь отыскать хорошее место отхода.

— Большое окно или терраса, — сказала мне Мира, перед тем, как я ушел в тени, — такая, чтобы я могла выйти наружу и принять истинную форму. Тогда я вернусь за вами.

— Унесешь четверых? — строго спросил я.

— Я не знаю. Постараюсь, — кивнула она, — я все еще слаба, и много сил уходит на поддержку человеческой формы. А летаю я тоже при помощи маны.

— В крайнем случае, — я заглянул ей в глаза, — возьмешь пленников. Я выберусь сам.

Перемещение между тенями напоминало катание на коньках. Только ими служила магия, а льдом — узкие дорожки теней.

Потому, когда одна из дорожек искривилась, отрастила щупальце и подставила мне подножку, я очень удивился.

В одно мгновение упал. Чуть было не вывалился из заклинания, но что-то остановило меня.

Оставшись лежать на теневой дорожке, я оказался скован щупальцами.

— Покажись, тварь, — догадался я, — я знаю, что ты здесь!

— Замятин…. — прошипело вокруг, — ты — убийца нашего рода...

— Убийца рода? — я нахмурился.

Сначала я подумал, что родовое заклинание само сопротивляется тому, чтобы им пользовался посторонний. Многие рода иногда встраивали в свои секретные чары защиту. Ну, на случай если непосвященный завладеет секретом и попытается воспользоваться техникой.

Я ожидал такого поворота событий, поэтому не слишком удивился, когда нечто сбило меня с пути. Удивился я, когда оно заговорило со мной как личность.

— Ты… убил… — прерывисто начало нечто, — меня… Замятин…

— Убил тебя? — я задумался, — Ты Всеволод Аврамов, что ли? Ты че тут забыл? — я ухмыльнулся.

— Род… живет… в тенях… это… плата… за силу… теней…

— Так, — я задумался снова, быстро прикинул два и два, и тут же понял,