Денис Ватутин - Легенда сумасшедшего

— У турелей довольно хилые кабины: я тут пробежал наискосок техническую документацию — они не рассчитаны на бой с тяжелой техникой, ну, с такими танками — точно… Вас поубивают в считаные минуты… Там бронированный бруствер в сантиметр и кабина из бронеплексигласа. В Гваделупе вас потом не откопаешь…

— Да мы их ломтями настругаем! — «Ящер» был воодушевлен. — Скрутим со станков сами установки и жахнем с ворот!

— Что ты опять задумал? — спросил я.

— Мало топлива… — пробормотал Сенька, глядя в пол. — Да и энергии мало очень — каждый выстрел экономьте…

— При чем тут топливо? — поинтересовался я, внимательно глядя на Сеньку.

— Спишите данные с тактических мониторов, — продолжил он уже тише, — загрузите в пульт управления турелями. Будете стрелять почти вслепую… да… они вас не заметят, а вы будете знать, где танки стоят…

— Как вслепую? Сеня, говори уже!

— Я собираюсь запустить головной блок климатических турбин…

— Что? — Я округлил глаза.

— Это как? — поинтересовался паладин.

— Башня производит кислород из грунтовых залежей воды и льда и выстреливает его со своей высоты, из труб, вверх, — начал пояснять Сенька. — А я собираюсь включить турбины на реверс: в основании башни есть воздухозаборники для регулировки локального давления и забора углекислоты. Если хоть одна турбина заработает на полную мощность, поднимется неслабая такая буря, прямо перед танками… песчинки затруднят использование электроники наведения на танках, и вы в этих турелях сможете продержаться какое-то время, а данные с этих тактических мониторов позволят вам стрелять вслепую.

— Ну ты маньяк, — выдохнул я медленно. — А если ни одна не заработает?

— Я тут уже не первый день. — Сенька вздохнул. — Вроде проверял, по тестам… Значит, пока не начнется буря — вы сервер не взрывайте… А то еще система глюканет и я вообще турбины завести не смогу…

— Пехота на три часа! — крикнул «Ящер».

На тактическом мониторе стали появляться перемещающиеся короткими зигзагами зеленые точки, двигающиеся с северо-запада.

— Ну началось. — Я стиснул зубы. — Давай к лифту, ребята.

Сенька выдал нам флэш-карту с координатами танков, и мы бросились по коридору к лифтам.

Единственным работающим лифтом был тот, на котором мы приехали.

Дверцы лифта были с расцарапанными вмятинами. На правой створке двери было процарапано примитивное изображение мужского полового органа и надпись на империо: «Фишера имел кадавр». Кабина оставалась на нашем этаже, что и неудивительно. Двери с жестяным треском раскрылись, зажглась тусклая лампочка, и мы втиснулись в кабину. Лифт вздрогнул и тронулся вниз, слегка покачиваясь.

— Хоть этот парень и сумасшедший, но башка у него варит вроде, — сказал Йорген.

— У нас в роте тоже был похожий чел, — кивнул «Ящер». — Брадобреем его называли: узоры себе выстригал на морде…

— Кто-нибудь из вас пользовался когда-то интерфейсом боевой лазерной турели? — перебив его, задал я давно интересующий вопрос, поглядев на лица товарищей по оружию.

— Ну, — замялся «Ящер», — один раз я попал на базу «Прометей», это в горах…

— А короче? — не выдержал я.

— Стрелять не стрелял, а вот инструктаж проходил. — На веснушчатом лице «Ящера» выступили от волнения красные пятна. — Да там все просто: джойстик наводки, есть дублирующие маховики, монитор-целеуловитель, режимы мощности и…

Вдруг кабина резко вздрогнула, послышался глухой стук где-то за стенкой, и мы остановились. Лампочка погасла, и стало темно, как в гробу.

— Блин! — смачно выругался «Ящер».

— А такое в вашей роте случалось? — спросил Йорген.

— Все, приехали, — сказал я с досадой, включая нашлемный фонарь. — Кажется, Сеня не уберег систему от взлома.

— Надо срочно валить отсюда. — «Ящер» явно имел склонность к клаустрофобии: в свете наших фонарей были видны его расширенные от ужаса зрачки, обрамленные ярким пожаром рыжих ресниц.

— Поддерживаю представителя дружественных паладинов, — пробормотал я, обшаривая потолок лучом фонарика. — Йорген, видишь там, правее, защелку аварийного люка?

— Ну, — мрачновато ответил эсквайр.

— Я тебя подсажу, а ты…

— Давай лучше я тебя подсажу, — не выдержал Йорген, который тоже чувствовал себя увереннее на марсианских равнинах, а не в стальных коробках. — Пока ты мне все объяснишь…

— Давай, — ответил я, кряхтя, упираясь в стенки кабины.

Плечо садануло болью, и сильно мешали два автомата за спиной.

— Только, чур, не портить воздух, — послышался голос «Ящера», который своим раблезианским юмором пытался перебить страх запертой комнаты.

Подставивший мне локоть Йорген стал смеяться и чуть меня не уронил.

— Ребята, а чего всем так весело-то? — рявкнул я грозным голосом. — Мы сейчас шандарахнемся вниз — там и поржем!

С гулким стуком я упирался в стены кабины, нащупывая на потолке замки аварийного люка.

— Виноват, — сказал «Ящер», который больно уперся своей бронепластиной на плече в мою задницу. — Просто когда я волнуюсь, а такое бывает крайне редко, у меня в животе…

— Избавь меня от подробностей, — попросил я.

Мне было тяжело дышать, и почти все мышцы сильно напрягались. Я повернул замок люка, затем второй — и стукнул шлемом в потолок: люк отпружинил, и я чуть не упал.

— Блин, ты там поосторожнее, Странноватый. — Йорген с силой втянул ноздрями воздух.

Я ударил по люку кулаком — ноль реакции, кроме глухого металлического звона, отразившегося эхом.

Вдруг в шлемофонах раздался слабый шипящий голос Сеньки:

— Ребята, срочно эвакуируйтесь из кабины! Он ломает блок управления машинным отделением.

— Мы застряли, дяденька диспетчер! — сказал я.

— Покиньте кабину! — крикнул Сенька: видно, внутри башни помехи немного экранировались или стояли дополнительные ретрансляторы связи.

— А мы решили немного потусить с пацанами! — Я опять сдавленно рыкнул — и ударил в люк: ноль эмоций. — Посветите мне наверх, — попросил.

В потолок уперлось еще два луча света, отбрасывая дрожащую тень моей спины со стволом автомата.

Блин! Третьего замка я не заметил! Тихий щелчок — и я вновь ударил головой в люк. Тот с ржавым скрипом приподнялся, и из щели появилось слабое мерцание какого-то серо-коричневого света: шахта освещалась аварийными светодиодами.

Я зацепил руки за край щели и стал подтягиваться, упираясь спиной в раскрывающийся люк.

Луч фонаря выхватил черный промасленный стальной канат и кожух электродвигателя. Я боком вывалился на пыльную крышу кабины, забитую различным мусором.

Шахта убегала в головокружительную высь, и бледные огоньки аварийного освещения терялись в перспективе. Голова слегка закружилась.

Я встал на четвереньки и присел на ротор электродвигателя.

— Следующий! — крикнул я в люк, протянув туда руку.

Слегка проржавевшие направляющие кабины вновь и вновь уносили мой взгляд к вертикали, переплетаясь там с основным блоком рельсов. Когда-то этот лифт назывался «скоростным». Я чувствовал себя человеком, находящимся в одномерном пространстве.

Прямо и чуть выше от меня торчали здоровенные ролики с электроприводом, на которых покоились две сомкнутых створки дверей с облупившейся надписью: «Яр. II, эт. 6».

На Сенькином мониторе я видел, что башня делится на ярусы по семь этажей: значит, нам надо спуститься на три этажа вниз.

Справа от меня была неглубокая ниша со стальными скобами, изредка перебиваемая более глубокими провалами в стену, которые ограничивались сетчатыми площадками с невысокими перилами. На ближайшей из них я прочел табличку: «Технический коридор № 15–02».

В проеме люка появился обшарпанный шлем Йоргена с поднятым забралом.

Йорген вцепился в мое здоровое предплечье, а второй рукой упирался в крышу кабины.

— Быстро вынимаем паладина, — скомандовал я, отпихивая Йоргена к рельсам.

Когда «Ящер» показался в люке по пояс, я выпрямился во весь рост и, держась за стальной канат, подошел к нише с лестницей.

— Нам надо спуститься на три этажа вниз, — сказал я, — и сделать это немедленно. Я пошел первый. В шахту не смотреть, только под ноги и по сторонам. Ориентироваться на меня, хвататься за скобы крепко, до посинения пальцев. Ясно?

— Да-да… — пробормотал Йорген.

— Мы не упадем? — с тревогой спросил «Ящер».

— Никогда! — ответил я, цепляясь за пыльные скобы и случайно глянув в щель между стеной и кабиной.

Дыхание немного перехватило: темную бездну очень эффектно подсвечивали уходящие вниз аварийные лампы. Черный колодец затягивал в себя, и оттуда дул теплый воздух.

Вцепившись в скобу обеими ладонями, я слегка дрожащими ступнями оторвался от крыши кабины и нащупал скобу ниже.