Я Гордый #2 - Тимур Машуков

и тебе. Не знаю, к добру это или к худу, но не думаю, что наследие предка несет угрозу его потомкам.

Что же касается твоих избранниц — дело в том, что я уже пообещал их в жены другим и отменить это решение будет крайне сложно.

— Но не невозможно?

— Нет ничего невозможного для того, кто видит путь и цель, — улыбнулся он. — Но это решение должно быть обоюдным, ты же понимаешь?

— Да я готов хоть сейчас сделать им предложение! Да, я знаю, что Гордеевы до двадцати пяти лет замуж не выходят, но это неважно. Достаточно того, что я буду знать, что они — мои.

— Эк тебя зацепило, и не могу не сказать, что я рад этому. Три дочери в будущем станут сильнейшими одаренными в ранге императоров и отдавать их в другие семьи мне крайне не хотелось. Ладно, сын, подумаем, что можно сделать, но мое предварительное согласие, считай, у тебя есть. И если они имеют такое же желание, то посмотрим.

— В любом случае я хочу дождаться Ольгу, — сразу сказал я. — Она будет первой и главной.

— Почему именно она?

— Ну, наверное, потому, что она уже мне сказала «да», если я вдруг смогу сделать ей предложение. Видимо, догадывалась, что это возможно. Ну и потому что именно к ней первой я почувствовал, как тогда считал, нездоровый интерес.

— Я понял тебя, сын. Решим, подумаем, но, как я и сказал, я не против, чтобы у вас все получилось.

А теперь давай поговорим о той пруссачке, которой ты свернул шею, как цыпленку. Признаюсь, когда мне об этом доложили, я был сильно удивлен. Да и вообще, судя по всему, ты ее сразу сильно невзлюбил. С чего такая ненависть, если вы до этого не встречались?

— Да просто все. Похоже, у нас появилась неизвестная, по крайней мере, мне сила, которая жаждет уничтожить императорский род.

— Откуда такие выводы? — напрягся он.

— Вот смотри… — начал я…

Глава 25

Глава 25

От отца я вышел где-то через час морально и физически измотанным. Ознакомившись с моими мыслями, он пожелал, чтобы я едва ли не по минутам расписал свое пребывание в академии и сделал выводы. В процессе этого я сам для себя открыл много нюансов, на которые раньше не обращал внимания. И над этим стоило подумать.

Опытный политик, он сразу повел меня по дебрям памяти, вычленяя главное. Это было сложно, но картина стала ясней. Но сейчас думать об этом не хотелось, поэтому я направился к себе, где меня уже поджидала мелкая, вольготно развалившись на моей кровати.

Плюхнувшись рядом, я бездумно смотрел в потолок.

— Устал? — тихо спросила Катя, устраиваясь рядом.

— Ага, — обнял я ее. — Как-то навалилось все и сразу. По ощущениям будто сел в машину без тормозов и несусь по шоссе, не зная, в какой момент вылечу с трассы.

— Может, тогда тебе стоит расслабиться?

— Стоит. Есть конструктивные предложения?

— Давай устроим пижамные посиделки, как в прошлый раз. Мне понравилось, если честно. Куча вкуснях, легкие фильмы, потом здоровый сон — что еще надо, чтобы мозги как следует отдохнули?

— А давай, — махнул рукой я. — С тебя вкусняхи, с меня подушки и одеяло. Фильм выберем вместе и лучше какие-нибудь мультики.

— Забились, — радостно кивнула она. — Что с твоей памятью? Не вернулась?

— Неа, пустота. Да и не особо она мне нужна, если честно. Судя по рассказам, я был тем еще угрюмцем. Вдруг, если я всё вспомню, то опять стану таким?

— Ну, это да. Таким ты мне нравишься больше. Кстати, Верочка вернулась, про тебя спрашивала.

— Вот ты мне зачем сейчас об этом сказала? Теперь придется идти к ней…

— Творить любовь и разврат в ее кабинете?

— Не знаю, от кого ты нахваталась таких пошлостей…

— От тебя.

— Но я просто поздороваться. Она же мне пару раз жизнь спасла. Но сейчас точно не пойду.

— И не надо. Лучше просто полежи со мной. Я же соскучилась, а ты мне даже не писал, гад!

— Да, я как-то не подумал… — м-да, неловко получилось.

— И не ты, кстати, один. Ольга вон тоже молчит.

— У нее все в порядке? — встревожился я.

— Судя по донесениям, да. Лютует она там страшно. Мамы даже переживать начали. Хотели ее даже отозвать, но она у нас правильная — пока все не закончит, не вернется.

— Это да. Но если честно, мне ее очень не хватает, особенно в академии. Там сейчас такие страсти кипят, что, того и гляди, котел взорвется.

— Ну, как я поняла, ты там сейчас главный повар, — улыбнулась она.

— Скорей, главный ингредиент, из-за которого привычное блюдо стало другим. А вот съедобным или нет, выяснится позже. Иногда мне кажется, что я вообще ядовитый.

— Температуры вроде нет, а несешь какой-то бред, — ее ладонь легла мне на лоб. — Ты за неделю столько всего добился и даже ранг поднял, и вместо того, чтобы радоваться — хандришь.

— Ты, наверное, права, — ответил я. — Просто разговор с отцом вымотал. Ты же знаешь, как он может давить.

— Это да. Он в этих делах мастер. Они вообще в последнее время так странно себя ведут, явно что-то задумали. Постоянно с мамами шушукаются, а мне ничего не говорят. Но я умная и смогла подслушать. В общем, я уверена, что тебя хотят женить, но вот на ком, не поняла.

— Тоже мне, Пиндосию открыла. Они этого давно хотят. Но фиг им, а не внуков. Я слишком молод для этого. Да и вообще, уже сделал свой выбор.