Я Гордый #2 - Тимур Машуков

В общем, пошли мы на выход, раскланиваясь со всеми встречными. По пути я написал своим красоткам, что отбываю по семейным обстоятельствам, но как вернусь, обещаюсь быть в их полном распоряжении. Мне пожелали удачи, посоветовали беречь себяи все такое. Нет, точно женюсь. Они настолько идеальные, что их упускать нельзя. Надо этот вопрос с отцом обговорить. Не женитьбы, а наложниц. Понять наконец, с чем их едят и под каким соусом. Мне много не надо. Три красотки жены и пара-тройка фавориток. Больше физически не потяну.

Кортеж из десятка машин, куча охраны, парящий над нами боевой дирижабль — выход принца и принцесс за пределы академии сопровождался максимальным пафосом. Лучезарно улыбнувшись магиням охраны и вызывав легкий румянец на их закаленных и суровых лицах, я нырнул в оленя под ворчание сестер.

Да они мне просто завидовали. Меня ведь все любят, а я люблю их, значит, они круче остальных. Дабы унять возникшее напряжение, я ущипнул их за попки, получил по морде — и мир был восстановлен.

Наша поездка была запланирована, поэтому на всех перекрестках нам давали зеленый свет, и мы неслись, распугивая окружающих мигалками и грозными пушками. Благодаря этому до дворца добрались всего за час, с нынешними расстояниями можно считать, что мгновенно.

Обнимашки с мамами и папой, Катюха, та так вообще чуть на плечи не залезла от радости.

— Альфа, — улыбнулись мамы и… поклонились мне.

— Э-э-э, вы чего это удумали? — охренел я и попытался спрятаться за спину Лизы.

— Стая в тебе, ты в стае, — произнесла уже приевшуюся мне глупость мама, счастливо улыбаясь. — Вот уж не думала, что мой сыночек станет вожаком!

— Весь в меня, — довольно пробасил отец, разглядывая мой шеврон с головой белого волка.

— Так он еще и подтвержденный воевода. И это в восемнадцать лет! -мама Ира аж светилась от счастья. — Да нам весь мир завидует, а от брачных предложений скоро придется отстреливаться.

Девочки, мужчинам есть, что обсудить, как и нам с вами. Знаю, что вы с дороги, но лучше это сразу решить.

Еще раз обнявшись со всеми — обожаю свою семью, — мы с отцом уединились в его кабинете.

— Ну что, Сергей, рассказывай. Наслышан я о том, что ты сделал, и горжусь тобой. Но все же хотелось бы получить информацию из первых рук.

Полчаса мне понадобилось, чтобы высказать все, что я думаю об академии, ее порядках и попытках меня прибить. Но я-то думал, что ему Пиндосию открыл, но нифига, он даже не пытался скрыть, что уже в курсе всего.

— На тебя, сын, покушались гораздо чаще, чем ты думаешь, — сказал он, выслушав меня. — Поэтому прости, но там ты находишься под плотным колпаком.

— Да чего извиняться, — отмахнулся я. — Понимаю, что так надо, да и жить охота. Как скажешь, так и сделаю.

— Рад слышать столь разумные речи, — с облегчением улыбнулся он. — А как на личном фронте? Есть победы?

— У-у-у-у, ты даже не представляешь, какие! Я там с такими красотками зажигаю, что ты бы и сам обалдел! Нет, краше наших мам нет и не будет, они — эталон, к которому никто пока не приблизился, но эти прям лед и пламя.

За этими откровениями опять последовал мой пересказ политическо-эротической обстановки в академии и на закуску главный вопрос насчет наложниц.

— Морозова и Пламенева? —переспросил отец. — Княгини? Будет сложно, потому как это все-таки княжеские рода, но если они сами согласятся на такой статус, то вообще без проблем. Девушки — средние дочери в семействах, и породниться с императорским родом даже таким образом для них большая честь. Но я бы на твоем месте все же не спешил и еще раз все обдумал.

— А я и не спешу. Просто просчитываю варианты. Но девушки реально хорошие.

— А что насчет женитьбы? Мне докладывают, что ты Линь к себе не подпускаешь. Да и Дильнура — вот уж красавица, но тоже к тебе не может приблизиться. Хотя, раздеваешь ты ее с завидным упрямством, — хитро улыбнулся он.

— Да бесит. Одна своей настырностью, другая интригами. Шагу не могу ступить, чтобы не появились. Не знаю, не тянет меня к ним, как к потенциальным женам. И кстати, с этим большая проблема.

— С этим — это с чем? — недоуменно нахмурился он.

— Не знаю, как тебе сказать… В общем, не буду ходить вокруг да около — я люблю Ольгу, Любу и Лизу. Не как сестер, а как женщин. Я знаю, что прецедентов была масса, и если ты одобришь, то именно их я вижу в качестве своих жен.

— Вот как? — сделал он вид, что удивился. — А они что об этом думают?

— Не знаю, отец, — взлохматил я волосы и потер лицо. — Но Ольга точно согласится, а вот остальные — возможно. Мы вскользь об этом говорили, но «да» мне не сказали, как, собственно, и «нет». Понимаешь, я не смогу с ними расстаться, а как подумаю, что к ним может прикоснуться какой-то посторонний мужик, у меня аж все переворачивается!

— А сам как, прикоснулся уже? — его взгляд, устремлённый на меня, был… странным.

— Нет, — помотал я головой. — Не хочу ломать им жизнь, если ничего не получится. Без вашего с мамами благословения я ничего не сделаю. Но если ты скажешь «нет», то лучше мне быть от них подальше. Я буду настаивать на переводе в другую академию, а то рано или поздно крышей поеду.

— Настолько все серьезно?

— Я бы не начинал этот разговор, если бы это было не так. И еще, отец, был момент, когда я почувствовал, что едва не превратился в волка, и животное взяло верх над человеческим. Что это? Я превращаюсь в зверя?

— Это многое объясняет. По древним преданиям, первый Гордеев был оборотнем из дружины Велеса и первым его аватаром. Возможно, часть его силы передалась