Легенды Лазурной Юдоли. Принц Аглианта - Роман Александрович Покровский

– Лишите головы этого обманщика!

Они мгновенно набросились на него, но Солона грудьми закрыли его стражники. Наёмники Арриена считали себя очень мастеровитыми ребятами, поэтому оголили свои кинжалы и принялись атаковать.

Однако, на фоне длинного оружия кинжалы выглядели чем-то наподобие кухонных ножей, поэтому, ловко парировав первые удары, люди принца обезоружили защитников Солона и уже готовились нанести решающие удары.

– Не проливать крови! – крикнул своим солдатам Солон.

В то же время из-за угла появились ещё шестеро королевских солдат и окружили здоровяков Арриена со всех сторон. Шокированный Арриен стоял в стороне.

– Скрутить охранников! – приказал Солон. – И арестовать барона Арриена!

II

Холодновата она была с утра, эта вода, но Герреру это только нравилось. Уже наступило лето – как можно упустить возможность так прекрасно начать утро?

Проснулся он рано – едва взошло солнце, после чего развел костер и повесил над ним одного кролика. Он не смог избавиться от привычки добывать пищу самому, несмотря на то, что великодушный герр Анистон нагрузил ему огромный рюкзак с едой. Там и сыр, и кровяная колбаса, белый хлеб, овощи, солонина, да и ещё много чего. Вина разве что не было – но Геррер явно сейчас думал не об этом.

Пока жарился кролик, Геррер решил искупаться в находящемся рядом озерце. Странно, что ночью, ложась спать, он не заметил его. Утро преподнесло весьма приятный сюрприз. Вода-то ведь ледяной показалась сначала – но чего ещё нужно такому, как Геррер?

Приятно запахло жареным мясом. Совсем скоро Геррер отведает его, хотя даже мясо порядком поднадоело ему. Порой Герреру казалось, что его призвание – это охотник, а не бродяга совсем, коим он и является. Может быть, тогда его жизнь сложилась бы лучше, чем сейчас?

Пожалуй, пора вылезать – даже такой крепкий парень, как Геррер, мог простудиться в этой воде. Нелепо вышло бы, если ему не позволит спасти мир простуда.

Однако острый слух Геррер услышал стук копыт совсем невдалеке. Кто-то вышел на его след? Нараки? Слепые Охотники? Или же простой проезжий?

Геррер притих. Дым от костра явно уже выдал то, что кто-то находится здесь, скрываться смысла не было. Да ещё и одежда на берегу, и рюкзак с едой. И оружие находится у костра. Ох, нелегко придётся, если вдруг нападут.

Но это была не толпа воинов, нараков или Слепых Охотников, а всего лишь девушка. Девушка, о которой он ещё не успел забыть. И без которой он сравнительно неплохо провел последние часы.

– Ты ли это, Гельфида? – с легкой улыбкой на лице спросил Геррер.

– Нет, я проезжий призрак, – ответила она. Вроде бы и шутка это была, только вот никакого намека на веселье у Гельфиды на лице не было. Она была предельно серьёзна. И от того казалась ещё смешнее.

Неожиданно Геррер понял, что в воде он полностью голый, а вода настолько чиста, что даже прозрачна. Интересно, Гельфида что-нибудь видит?

– Зачем ты вернулась? – крикнул ей Геррер, всё ещё думая, как бы спрятаться и исправить это неловкое положение.

– По-моему я всё уже сказала. Тогда, в Обсерватории.

– Подойди поближе, я тебя плохо слышу! – крикнул Геррер и поманил рукой.

Что он делает? Он же ведь и сам хотел спрятаться от неё, а теперь подзывает ближе.

– Меня зовёт голый варвар. Замечательно, – проворчала Гельфида, но всё же спустилась с Воронки и подошла к берегу.

И зачем она нацепила сверху ещё и черный плащ с капюшоном? День же обещает стать жарким. Да ещё и высокие черные сапоги.

– Как ты оказалась здесь? – снова спросил Геррер. Теперь он уже вполне хорошо видел и слышал Гельфиду.

– Разве ты не знал, что никакие стены и ничьи запреты не смогут меня удержать?

– Разве что только догадывался…

– Мне показалось, что дед хотел сделать из меня принцессу в башне. Он даже запретил мне покидать пределы Обсерватории. Мне это показалось сущим зверством.

– По-моему, сущее зверство – это участвовать в том, в чём участвуем мы.

– Это свобода, а не зверство. Дед искренне был уверен в том, что у него получится меня удержать. Но я знаю Обсерваторию не хуже, чем он, и знаю почти все её потайные ходы.

– И где же находился твой? – спросил Геррер.

– В окне, – улыбнулась Гельфида.

– Прямо в окне? Может быть, ещё в самом высоком окне?

– Почти. Слишком долго тебе всё рассказывать, Геррер, и выдавать все тайны нашей башни я тебе не горю желанием.

– Боишься, что я переметнусь на другую сторону и выдам тайны твоей Обсерватории наракам?

– В таком случае придётся убить тебя, – ухмыльнулась Гельфида.

– У тебя ещё будет шанс…

– Тебе не холодно? – спросила у него Гельфида.

– Я бы сказал, что мне прекрасно, – ответил Геррер и немного приподнялся.

А без одежды он смотрелся гораздо лучше, чем в ней. И мышцы у него неплохие – чего не скажешь о бесформенных тушах солдат Обсерватории. К слову, на мощной груди Геррера красовался длинный шрам, но отчего-то казалось, что он его только украшал.

– Ты сумасшедший варвар, если решил залезть утром в озеро! Я вообще не думала, что ты моешься когда-нибудь.

– Я моюсь не реже тебя, Гельфида, – с улыбкой ответил Геррер.

– Не думаю, что это так, – бросила Гельфида, хотя ей всё ещё нравилось его тело. И шрам.

– Но сейчас я в воде, а ты нет. Ты ещё не мылась сегодня ни разу.

– День только наступил!

– А ты ещё не мылась! – пытался её подзадорить Геррер. – Полезай-ка тоже сюда!

– Нет! Ты сумасшедший…

– А ты немытая. Полезай, Гельфида! Вода просто чудо!

– Холодно…

– Не знал, что ты боишься холода. Нараков не боишься, а холода боишься.

– Нараки хотя бы не холодные.

– Твоё тепло согреет всё озеро.

Чем дольше Гельфида спорила с Геррером, тем больше понимала, что и сама не хочет спорить. Вдруг неожиданно захотелось освежиться, и она сама не понимала, почему на неё так резко нашёл жар.

Она скинула с себя ту одежду, что была на ней, и, прикрыв грудь руками, медленно зашла в воду. И почему Геррер с таким взглядом пялится на неё? Он что, голую девушку увидел? Хотя вообще-то увидел… Но вода-то слишком холодная, чтобы девушка нравилась ему настолько.

Ей пришлось резко окунуться в неё, и она почувствовала, как сотни кинжалов впиявились в её обнажённое тело. Через пару секунд они отпустили, её и она почувствовала то, что ей стало хорошо. Вода была адски холодной, но в целом приятной. Хотя всё равно какой дурак полезет в ранее утро в