Легенды Лазурной Юдоли. Принц Аглианта - Роман Александрович Покровский

Во всяком случае, достойным себя Принц явно не считал. Да он полное ничтожество – что барон Арриен совсем недавно и доказал. Втоптал принца в грязь, и никто оттуда был его не в силах вытащить.

«А стоит ли вообще винить во всём произошедшем других? Я что, сидел и смотрел? Меня самого тянуло к белому порошку, я сам вновь и вновь приходил к Арриену отыгрываться, я сам оградил от себя всех родных и близких. Я сделал себя чужим сам. Так в чем же я могу винить того же Арриена? В том, что он был непрочь сыграть со мной ещё раз?».

Эта расчетливая тварь всегда знала, что делать. Он и сейчас наверняка делает кому-то очередную пакость, и вновь и вновь ломает чью-то судьбу. Но такие, как он, будут всегда. Мир от них не избавить, ведь создал таких, как он, Бродячий Бард. С видимой целью, но не во имя блага.

Во имя того, чтобы они были.

«Я не хочу жить в этом мире, потому что я сотворён не для него. Я вообще сотворён зря, по нелепой ошибке Бродячего Барда. Наверняка у него когда-то кончилось вдохновение, не получались стихи и рифмы, не лилась музыка. И вот из подобной смеси и появился я.

Я никогда не желал смерти Артура и Эйгердера, и погибли они не по моей вине. Мне их было жаль больше всех, если только не считать матери. А все остальные просто покачали головами и поставили меня перед тем фактом, что теперь я кронпринц. Как будто этим меня обрадовали.

Наверное, я настоящее исключение, если не желаю быть королем. Изгой этого мира, отказывающийся от того, что просто-напросто естественно. Может быть, поэтому общество и не смогло принять меня?».

Или это Принц не смог принять общество? Две стороны одной монеты никогда не сойдутся вместе, равно как и не сойдутся две противоположных идеи.

Одна из таких идей – существование напрасно, а другая – существование не напрасно. Они никогда не сойдутся, а потому-то уже и не имеют значения абсолютно никакого. Потому что Принц знает, что он прожил свою жизнь зря и даже тысяча Бродячих Бардов не переубедит его в этом. И тысяча парней по имени Солон.

Хотя если быть корректней, то правильно называть Солоном именно его, а не того мальчишку, который стал принцем. Стал принцем по воле старого принца.

«Но я никогда не смогу называть себя Солоном, а значит, ролями мы не поменялись. Я – Энтоэн, и он – Энтоэн. Разница только лишь в том, что он настоящий Энтоэн, а я поддельный. И всегда им был. А на самом деле Бродячий Бард предписал Солону такую судьбу – встретить принца и подменить его. Стать Принцем. Можно ли сделать из этого вывод, что так станет лучше? Работает ли Бродячий Бард во имя добра?

Не думаю.

Я тоже хочу быть Бродячим Бардом».

Солнце между тем заходит. Они уйдут вместе из этого дня – Солнце и Принц. Только вот Солнце вернётся, чтобы в новом дне взойти снова, а Принц уходит навсегда.

«Интересно, а не поменяюсь ли я местами с Солнцем? Может быть, оно уйдет навсегда, а я нет? Я странник во тьме, и дорога моя – вечность».

Обрыв Пропавших Душ не зря так назвали. Никто никогда не возвращался оттуда, никто никогда не был там. И никто не расскажет, как там внизу. Не станет ли Принц первым?

Стоит проверить, потому что терять нечего.

Уйти одновременно с догорающими лучами – это будет очень красиво. На секунду Принц понял, что они уйдут навсегда, и вернется уже не это Солнце, а новое! Его капризный ребенок, брат, или кто там еще – но новое!

И вернется новый Принц, и озарит свободу этих земель. Он станет их эпохой, их шедевром, их оплотом. Он будет жить, править, станет лучшим королем. Станет им, чтобы когда-то так же, вместе с умирающим Солнцем, уйти.

«И я уйду.

А вы останетесь и не вспомните меня.

Потому что все вы мертвы в душе, а я жив.

Всё моё существование было предназначено для того, чтобы найти вам нового Принца, и я это сделал. Пусть даже таким необычным путём».

И вот – он уже младенец. А через долю мгновения подрос. И вырос до того состояния, что есть сейчас. Он сделал шаг к вечности. Туда, откуда на самом деле не возвращаются. Если только это не Гильон, но Гильон был единственным в своём роде.

«Полёт бесконечный. Полёт нереальный. И я снова проживаю свою жизнь.

Я уже мёртв».