Даже Смерть знает мое имя - Евгений Валерьевич Решетов

самая. Напросилась с бароном Вербовым, а тот её и взял.

— М-м-м, — простонал Чернов, словно ему наступили на больную мозоль.

Его переполненный тревогой взгляд метнулся к джунглям, а дыхание участилось. Казалось, что он сейчас без оглядки рванёт туда выручать свою любимую.

— Потом поблагодаришь, — бросил я ему и исполнил шикарный правый крюк. Он попал точно в челюсть парня, из-за чего тот закатил глаза и кулем грохнулся в дорожную грязь.

— Вы чего, Артур Григорьевич⁈ — ахнул попятившийся Жорка.

— Сделал доброе дело. Рябой, Бульдог, свяжите Чернова и отнесите в броневик. И не развязывайте, даже если он будет вам угрожать. Существует большая вероятность того, что этот влюблённый дурак побежит в джунгли спасать Аннушку.

— Так мы же и собирались в джунгли, — нахмурились Мирослава.

— Всё перевернулось. Одно дело идти в джунгли большим, сильным отрядом, а совсем другое крошечной группой. Нет, я вас пока хоронить не собираюсь, хотя вы мне уже и надоели. Пойду один. Авось еще не все охотники померли. Может, и спасу кого.

— Вы какого-то совсем плохого мнения о них, — скривился блондин, потерев гноящийся глаз. — В отряде аж шестьдесят человек! Это большая сила, учитывая, что среди них есть прославленные бойцы. Думаю, ещё пару часов, и они выйдут из джунглей, нагруженные трофеями по самое не балуй.

— Может, поспорим, что всё будет совсем не так?

— Охолонись, Пётр, — положил руку на плечо блондина седой мужик. — Ты забыл, что нам говорил барон Вербов?

— И что он говорил? — полюбопытствовал я, решительно двинувшись к джунглям.

— Что с вами лучше не связываться! — уже в спину крикнул мне седой.

— Мудрый всё-таки он человек, — усмехнулся я, чавкая дорожной грязью, ковром раскинувшейся под ногами.

— Ратников! Я с тобой! И не отговаривай меня! — бросилась за мной Синявская, упрямо сверкая разноцветными глазами. — Я-то уже опытная магичка, в отличие от твоей детсадовской команды. И даже не думай проворачивать со мной тот же трюк, что с Черновым.

— Ты хорошо подумала? — мрачно взглянул я на девушку, поскакавшую рядом со мной. — Такая прогулка может повредить твоему здоровью, и не только физическому, но и психологическому.

— Ты будешь всю дорогу шутить, поэтому у меня начнутся проблемы с психикой? — ехидно сострила она, а потом серьёзно добавила: — Да, я всё обдумала.

— Ладно, — легко сказал я, прикинув, что Синявская большая девочка. Она сама вправе решать, что ей делать. К тому же мне совсем не хотелось тратить время на споры с ней. Да и в принципе, она способна мне помочь, если мои опасения подтвердятся и в джунглях меня кое-кто поджидает.

— Чего-то ты подозрительно быстро согласился.

— Да просто мне тебя не жалко.

— А мне тебя! — огрызнулась красотка, зло сверкнув глазёнками и замолчав. Правда, молчала она недолго. Уже через пару шагов желчно бросила: — А Коломейцеву тебе поди жалко?

— Ещё парочка таких вопросов, и я начну думать, что ты ревнуешь.

— Вот ещё! — фыркнула Синявская, задрав носик.

— Да и вообще… ты видела грудь Коломейцевой? Такое чудо света не должно пропадать. Ладно, всё, давай заканчивать. Шутки кончились, — мрачно закончил я, втянув ноздрями тяжёлый воздух, в котором появились нотки, характерные для быстро разлагающейся плоти.

— Фу, — скривилась девица. — Чем это так воняет?

— Сейчас увидишь. Мне знаком этот дивный аромат.

Я прибавил шагу, и уже через пару минут мы оба стояли перед шевелящейся стеной джунглей. Лианы, ветки, кусты и деревья переплетались так плотно, что между ними с трудом мог протиснуться человек.

— Броневик бы тут хрен проехал, — хмуро проронила Мирослава и спросила: — Так почему здесь так воняет?

Я молча указал рукой под одно из деревьев. Девушка поражённо разинула рот, увидев там иссохшее человеческое тело в простой крестьянской одежде.

Казалось, что из человека выпили всю плоть. Он будто бы попал в лапы гигантского паука, растворившего все его внутренности, а затем высосавшего получившийся питательный бульон. Зрелище было отвратительным, учитывая то, что сквозь тело проросли тонкие зелёные побеги, а из распахнутого рта с оскаленными зубами торчало молоденькое деревце.

— Всё ещё хочешь пойти со мной? — усмехнулся я, раздвинув заросли.

— Да, — решительно сказала она, переборов отвращение.

— Тогда прошу за мной, — проговорил я, мельком глянув на Акима, скрывшегося среди ветвей.

Мы с девушкой проскользнули во влажное нутро джунглей, где нас сразу же окутали сумрак и неприятное гнилостное тепло.

— Неприятное местечко, — пробурчала Мирослава, двинувшись следом за мной.

Под нашими ногами зачавкала жирная почва, а в лицо полезли ветки, норовя до крови расцарапать кожу. Трава же, словно живая, начала хватать нас за ботинки, будто пыталась стянуть их.

— Нет, так дело не пойдёт, — проворчала Синявская и со стальным шелестом вытащила из ножен саблю.

— Даже не думай здесь ничего рубить, — шёпотом предостерёг я девушку, стараясь, чтобы мой голос не нарушал тишину джунглей, оглашаемых лишь негромким шорохом, похожим на звук земли, разрываемой могильными червями. Именно с таким саундтреком росли джунгли.

— Почему? — прохрипела она, со свистом вдыхая тяжёлый воздух.

— Чутьё подсказывает мне, что все эти джунгли подобны своеобразной паутине. Трогать можно, но если начать рубить, то джунгли просигнализируют демонам, что кто-то пришёл на их территорию и устраивает бесчинства. Поняла? — проговорил я, смахнув со лба капельки пота. Фух-х, ну и духота.

— Поняла, — кивнула девушка и вернула саблю в ножны. — Только вот я не поняла, откуда у тебя такое развитое чутьё.

— Оттуда же откуда и дивное чувство юмора.

— Ратников, ты полон сюрпризов, — блеснула глазами девушка, осторожно продираясь сквозь заросли. — А мы в этих джунглях не сдохнем? Они нас не убьют какими-нибудь испарениями?

— Вряд ли, но долго здесь лучше не находиться. Я так мыслю, что эти джунгли — что-то среднее между нашим миром и миром демонов, потому на этой территории могут обитать, как они, так и мы. И дышать тут всем нам тяжеловато. Заметила, что воздух здесь такой, будто ешь наждачную бумагу?

— Угу, — угукнула девушка, шумно сглотнула и указала рукой вперёд. — Смотри, там какой-то просвет. Поляна, наверное.

— Пошли.

Мы осторожно двинулись к просвету, ощущая нарастающую вонь разложения, крови и дерьма. И когда наш дуэт