Князь Гиперборейский - Валерий Михайлович Гуминский

с Дашей тоже категорически отказались сидеть без дела. Оставив детей под присмотром Юли, они вместе с мужем поднялись наверх.

— Мы далеко от дома уходить не будем, — уверила его Тамара, решительно надевая пальто. — Если так беспокоишься, приставь к нам Нагайца и Слона.

— Интересно, а сколько времени понадобится вам освободиться, если я свяжу вас? — поинтересовался Никита, с улыбкой глядя в разгорающиеся гневом глаза старшей супруги.

— Никита, — вкрадчиво произнесла Тамара, — ты даже не пытайся избавиться от нас. Мы давали клятву быть вместе в горе и радости, защищать друг друга. Тогда, в Бухаре, я вместе с тобой дралась бок о бок, и ты что-то не волновался.

— Сейчас ты носишь нашего ребенка, — напомнил Никита, но жена даже не дрогнула.

— Не забывай, что я — Берегиня. Если на тебя «кольчужку» сплела, думаешь, ребенку защиту не поставила? Ну, что может сейчас случиться? Злодеев ты поубивал, «Гнездо» отстоял.

— Хорошо, прогуляйтесь, — сдался Никита. — Даша, пригляди за Тамарой, пожалуйста. Главное, не дай ей сигануть через заграждения.

— Я пригляжу, — рассмеялась Даша и на мгновение прильнула к плечу Никиты.

Проводив женщин на улицу и приказав Слону с Нагайцем следовать за ними по пятам, ни на что не отвлекаясь, он направился к казармам, где было излишне суетно. Там собрались почти все, кто участвовал в отражении нападения. Мелькнули платиновые волосы Яны. Ага, значит, и Ромка рядом. Оказывается, вернулся Арсений, преследовавший убегавших боевиков Инквизиции. Разгоряченный боем и погоней, он словно сбросил два десятка лет. И первым доложил о ситуации:

— Догнали только пятерых. Никого не стал вязать. Оказали сопротивление. Чтобы сохранить бойцов, дал приказ на уничтожение.

— Черт с ними, — махнул рукой Никита. — Есть потери?

— Нет. А вот у большинства «бризы» повреждены от интенсивного огня. Амулеты свое отработали, защитили от ранений.

— «Бризы» — дело наживное. Главное — люди. Ты всех проверил, брат?

— Так точно, — Арсений едва заметно подмигнул, но лицо его оставалось серьезным. Нужно же соблюдать субординацию. — Потерь нет, пятеро легких. Медицинскую помощь уже получили. Повезло, конечно, что ты всех магов на себя оттянул.

— На то и расчет был, — кивнул Никита, думая о чем-то своем. В этот момент к ним подошел Бекешев, и он все внимание обратил на него.

— Уничтожено два квадроцикла, на северном фасе просела магическая защита, нужно подлатать. Потерь среди личного состава нет, это уже точно с учетом вернувшейся группы Арсения, только несколько легких. Сгорел один дом прислуги. Семья жива, прятались в убежище, — доложил зам по охране.

— Ничего, отстроим. Пока переведем в общежитие, там у нас есть свободные комнаты, — волхв откинул рукав куртки, посмотрел на светящийся циферблат. — Через полчаса будет готов завтрак. Покормишь людей и распредели дежурство. Часть — на отдых, остальные на патрулирование периметра.

— Слушаюсь, — кивнул Ильяс.

Раздав указания, Никита отошел к чаше бассейна, сел на край бортика и стал смотреть на серую полоску горизонта, постепенно наливающуюся лилово-алыми цветами. Он раздумывал о произошедшем не больше, чем о выпитом кофе за завтраком. Перед Никитой вставал острый вопрос ликвидации комиссара Второй капитулы, который сейчас находился в своем номере отеля «Ритц». Его нужно брать немедленно. Скорее всего, Боргезе уже получил сигнал о разгроме отряда и спешно собирается покидать Петербург. А вот будет ли с ним Котез? Или его надо искать на Мезени? Главное на этот момент — спасти Антона. Об остальном подумаем потом.

«Ульмах, приберись на берегу реки, — дал мысленный приказ Никита. — Спрячь их в надежном месте. Дуарх, мы идем в гости».

Петербург

Ранний гость на пороге — к суетливому дню, — так рассуждал Александр IV, попивая очередную чашку кофе, когда полковник Сизарев постучал в дверь и доложил о прибытии графа Возницына. Получив приказ пустить Главу ИСБ в кабинет, император с хрустом потянулся, пока никто не видел его гимнастических упражнений. Хорошо, что после суматошной ночи успел надеть свежую рубашку.

Возницын излучал невероятную бодрость. Гладко выбритый, чуть ли не до синевы, с аккуратно подстриженными седоватыми усами и в отутюженном мундире он замер возле двери, вытянувшись как молодой выпускник-офицер перед отцом-командиром.

— Да проходи уже, Федор Ильич, — махнул рукой император, — присаживайся поближе. Судя по твоим ярко полыхающим глазам, дела идут великолепно.

— Так точно, государь, — Глава ИСБ сел почти рядом с рабочим столом Меньшикова. В руках у него не было никаких документов, но это ничего не значило. — Разрешите доложить?

— Давай, радуй.

— В Вологде все закончилось. Отряд Святой Инквизиции полностью разгромлен силами боевого крыла клана Назарова. Даже помощь не понадобилась. Большая часть нападавших уничтожена, человек двадцать разбежалось по округе. Некоторых в результате преследования догнали, но живьем взять не смогли. Скорее всего, ментальная программа, заложенная в голову каждому из боевиков, заставляла их драться до последнего и не сдаваться в плен.

— Жаль, мы могли бы с ними поработать, чтобы составить общую картину происходящего, — задумчиво простучал пальцами по столу Александр.

— Согласен. Но ведь не мы одни такие умные. Тот, кто ставил ментальные закладки, прекрасно понимал, с кем имеет дело… Государь, нам известно, что в Петербурге сейчас находятся два очень важных человека в структуре Инквизиции. Марцио Боргезе и Доменико Котез. Нужно их брать, пока не сбежали.

— А какие улики? — усмехнулся Меньшиков. — Якобы отряд Второй капитулы в Вологде устроил нападение на русского подданного? Так он разведет руками и еще будет вопить во весь голос, что Петербург ищет причину для обвинения Ватикана.

— Неужели задокументированные факты с трупами вооруженных бандитов и разрушенное поместье Назаровых не дают нам право задержать комиссаров сектора Ориент?

— Увы, нет, — покачал головой Александр. — Кстати, ваши люди уже работают в «Гнезде»?

— Да, как только рассвело, я сразу же дал команду губернскому отделению ИСБ начать расследование. Видео и фотофиксация, опрос всех, кто участвовал в отражении нападения и жильцов особняка.

— Великий князь Константин Михайлович дал разрешение на беседу со своей дочерью?

— Он лично предупредил Тамару Константиновну, — кивнул Возницын. — Никаких препятствий со стороны Назаровых не было.

— А что Никита Анатольевич? — полюбопытствовал император.

— А его не было, — пожал плечами Глава ИСБ.

— Как не было?

— Никто не знает, даже жены. Говорили, уехал в соседний поселок.