Князь Гиперборейский - Валерий Михайлович Гуминский

— Да разволновались чутка, — признался Слон. — Такого представления никогда в жизни не видели. Ладно, Фрол Пантелеевич удержал нас, а то бы попали под раздачу.

— Лирику в сторону, — жестко произнес Никита. — Докладывай.

— Есть доклад! — Слон без сожаления смял горящую сигарету в своей лопатообразной ручище и высыпал табачную труху на улицу. — Когда мы подъехали к реке, заметили идущую по льду группу вооруженных людей. Фрол Пантелеевич с помощью магических плетений уничтожил ее, вскрыв ледяное поле и утопив всех, кто там был, а потом заморозил полынью. Через несколько минут с помощью ПНВ обнаружили вторую группу, продвигавшуюся к «Гнезду» под прикрытием береговой линии. Волхв создал иллюзию, которая помогла нам вскрыть магическую защиту и уничтожить врага. Вступили в огневой бой. Потерь нет, оружие привезли с собой, а трупы остались на берегу. Надо будет прибрать их.

— Молодцы, — кивнул Никита. — Дальше что?

— Поступил приказ продвигаться к центральным воротам и атаковать противника с тыла. Мы поехали по старой дороге, оставили машины в кустах, но тут волхв удержал нас, сказав, что нам не стоит сейчас соваться в бой. И буквально через минуту неподалеку от КПП возникла жуткая воронка, которая бритвой прошлась по флангам инквизиторов.

— Все же была вторая диверсионная команда, — раздумчиво произнес Никита. — Сколько боевиков привлекли для нападения? Явно больше сотни. Ладно, пока не расслабляйтесь. Возьмите Нагайца, чтобы не скучал, и на квадроциклах проверьте ограждение.

— Есть! — парни оживились и надели шлемы.

— А где дед Фрол?

— В дом зашел, устал старик, — ответил Слон.

Никита застал чародея сидящим в кресле в пустой гостиной. Он опирался на свою массивную трость и с задумчивым видом разглядывал мокрые валенки. Скинув куртку, Никита пристроился на диване.

— Парни мне рассказали о двух ДРГ, — нарушил молчание молодой волхв.

— Там была только одна группа, — неожиданно признался дед Фрол. — Через реку шли фантомы, которых создал всего один маг, он и вел их. Нужно быть идиотом, чтобы в это время устраивать пешеходные прогулки по льду. Я чувствовал подвох, но не смог сразу определить иллюзорные плетения. Есть у инквизиторов сильные маги… точнее, были. Утопил я его, а для верности закрыл полынью льдом приличной толщины. Что скажу… с помощью иллюзии враг хотел выявить возможные места засад или огневых точек. Старому дураку пора на пасеку пчел разводить.

— Думаю, пока рановато, — мягко произнес Никита, и наклонившись, похлопал по старческой руке. — Спасибо, Фрол Пантелеевич. Ты невероятно сильный Иерарх. Я уверен, что не показал и десятой доли всех своих умений.

— Ну, второй, истинный отряд я все же обнаружил, — усмехнулся старик. — Тщательно закрывались: «купол», блокировка эфира, тишина в астрале, а все равно попались на примитивном приеме. Я же заранее раскидал замороженные во времени «маячки», вот и словил сигнал. Что смотришь, Никитка? Думал, ты один умеешь такие фокусы вытворять?

Фрол Пантелеевич хрипло засмеялся, отчего его кадык, заросший седым волосом, запрыгал вверх-вниз.

— Огорошил, — нисколько не расстраиваясь, улыбнулся Никита. — Признаюсь, я про такой прием прочитал в гимназической библиотеке Албазина. Нашел какую-то старенькую книжицу… до сих пор название помню. «Теоретические размышления по использованию сигнальных маячков в хронопотоке».

Дед Фрол снова рассмеялся.

— Мой учитель, Гусельников Елизар Федорович, написал сей труд в тысяча восемьсот девяностом. Он свой бунтарский дух мне и передал по наследству. В Коллегию Иерархов его приняли перед самой смертью, и то со скрипом в зубах. Тогда в этом гадюшнике еще водились люди, умеющие давить личные пристрастия в пользу государственных интересов.

— Поэтому у вас и возник конфликт с Коллегией?

— Да не было никакого конфликта, — отмахнулся старый волхв. — Они знали, что я ученик Гусельникова, вот и гадили при каждом удобном случае. Сначала сильно задевало такое отношение, а потом плюнул и пошел в армию. И знаешь, никогда не жалел об этом шаге. Только военная экспедиция в Афганистан дала столько, сколько ни один учебник или полевые занятия не дают. Знаешь, почему ты в одиночку мог бы одолеть всю эту шушеру ватиканскую?

Он ткнул пальцем куда-то в направлении столовой.

— Почему? — стало любопытно Никите.

— Инквизиторы никогда не готовят магов по спецификации. Они дают всего и много, а в результате получается пшик. А тебя учили боевому магическому искусству, не забивая голову разным мусором. Как и меня, кстати. Настоящий боевой маг — это многофункциональная машина разрушения. А уж с твоим неисчерпаемым резервуаром Силы…

Опершись на трость, дед Фрол поднялся, и даже не закряхтел для видимости.

— Пойду к себе, отдохнуть надо. А ты, Никитка, припрячь понадежнее гостей. Негоже их там оставлять, хоть и душегубы.

— Разберемся, — пообещал Никита. — Иди, Фрол Пантелеевич, отдыхай. Может, чайку тебе сделать? Я сейчас кухарок позову.

— Не надо, — отмахнулся старик и зашаркал валенками по полу. — Иди к своим женкам, успокой их. Вроде, победили.

Мощная бронированная дверь, перекрывающая вход в подвал, распахнулась, как только Никита подошел к ней. Охрана, находившаяся по ту сторону, разглядела через видеокамеру жест, который был согласован заранее. Значит, все в порядке.

Трое бойцов в «бризах» — последний рубеж обороны. Их обязанность проста как восход солнца: держаться до последнего, но дать возможность женщинам и детям уйти через портал в Петербург. Никита заметил, как тщательно парни прячут тревогу в глазах.

— Все закончилось, — успокоил их волхв. — Нападение отбили, оставшихся в живых ловят по лесу.

Дверь в убежище оказалась заблокирована изнутри, поэтому Никита условным сигналом простучал по серебристому металлу, и дождавшись, когда она откроется, переступил через порог. И сразу попал в объятия Тамары и Даши. Юля занимала детей чтением какой-то книжки, поэтому свои эмоции старалась не проявлять. Главное, сам лично пришел. Значит, все в порядке. В ином случае он бы здесь не появился. Девушка лишь подняла голову, не скрывая счастливой улыбки.

— Дамы, мы победили, — сухо доложил Никита, выдержав шквал поцелуев. Эти слова предназначались всем, кто находился в помещении. Раздался общий вздох облегчения. — Только прошу пока никуда не выходить до утра, кроме кухонных работниц. Нужно накормить бойцов. Надя, — обратился он к главному человеку на кухне, — если нужна помощь, возьми добровольцев.

Вызвались несколько женщин, которым, видимо, слишком надоели бетонные стены и потолки. Тамара