Бастард - Евгений Владимирович Щепетнов

принести. Кстати, черта с два я буду платить за Содию — что я, с дубу рухнул? С моими-то доходами, да с ее бриллиантами…нет уж, отдельный счет! Да, это я так злюсь. Запретный плод не просто сладок, а слаще всех плодов на свете! По крайней мере — здесь и сейчас.

Глава 18

— Не беспокойся, все свои счета я оплачиваю сама!

Содия с улыбкой посмотрела на меня, а я невольно поежился — неужели читает мысли? Не может быть! Я еще не слышал о такой опции у магов! Впрочем, если я о чем-то не слышал, это не значит, что подобного не существует. Я читал о таких странных вещах в магии, по сравнению с которыми чтение мыслей — детские игры. Но скорее всего эти рассказы о посланцах богов, о богах, которые бродят по земле между людей — такие же сказки, как и те, что слышал на Земле-1. Герои, которым предсказывают будущее, и которые почему-то любимы богами, эпические события, в которых согласно пророчеству они должны принимать участие — все это эпосы и сказания, что впрочем, суть одно и то же. Я для таких баек слишком прагматичен. Мой мозг, родившийся в двадцатом веке, веке атеизма и богоборчества не может воспринять то, что не укладывается в его картину мира. По крайней мере — с первого раза…

— Да я как-то и не беспокоился… — лепечу, а сам чувствую, как щеки заливает румянец. Черт подери! Это тело подростка вечно меня подводит! Гормоны, мать их…сознание, личность человека, находящегося в чьем-то чужом теле, не может быть независимо от этого самого тела. Не даром говорят, что даже любовь — это просто «химия». Химические процессы, происходящие в организме, провоцируют любовные страсти.

— Ты такой милый, когда смущаешься… — улыбается Содия, и я сглатываю слюни, тупо глядя ей в глаза. А потом наливаю себе стакан вина и выпиваю его неразбавленным — чтобы хоть как-то унять свои разбушевавшиеся гормоны. Да и горло промочить совсем нелишне — пересохло, как после долгой пробежки по знойной пустыне. Женщины, женщины…да что же вы делаете с нами, мужиками?! При виде ваших красивых мордашек, гладких бедер, волнующейся груди мы становимся дураками, теряем самообладание, совершаем такие поступки, о которых потом вспоминаем со стыдом, а иногда — со смехом. В вас сидят бесы, это точно. И вы даны нам для того, чтобы мы мучительно ощущали свое несовершенство.

— Официант! — негромко, но каким-то особым, грудным, летящим голосом говорит магиня, и юноша, принимавший заказы где-то в двадцати шагах от нас поворачивается, забыв о том, что он сейчас обслуживает других клиентов, и бежит к нам, вытаращив глаза и оскалившись в радостной улыбке. Это похоже на то, как если бы хозяйка позвала свою, обожающую ее собачку.

Магия, точно. Я почувствовал «дуновение». Интересно, а если она ТАК обратится ко мне? Хмм…кстати сказать…а я ведь что-то такое ощутил! Она разговаривала со мной, а сама подпускала магию! Это что за свинство? Решила подшутить над «первоклашкой»?! Ладно. Будет тебе шутка. Аз воздам!

Парень принял заказ, и под возмущенные крики брошенных им клиентов помчался его исполнять. Подставила парня, точно! Потом он будет смущенно стоять и блеять, пытаясь объяснить и хозяину, и себе самому — почему же он бросил лорда такого-то, и пошел к госпоже Альфарец, безусловно очень влиятельной и важной даме, но…вначале надо было закончить с лордом, а уж потом… Непроста Содия, ох, непроста! И кстати, почему я не сумел подавить ее магичанье против меня? Хотя…и тут все понятно. Во-первых, она делала это очень искусно, малыми порциями, почти незаметно. Во-вторых…я ведь не жду от нее агрессии, нападения, скорее наоборот — она мне очень нравится как женщина. Как говорили у нас на Земле: «Я бы ей отдался!». Это тот самый случай и есть.

Стол вскорости ломился от явств. Кроме моего заказа, на столешнице оказались и фрукты разного вида, и какие-то сладости, и острые, незнакомые мне блюда, резко пахнущие пряностями. Я таких вообще не знал. Для меня главное — жареное мясо и картошка, как-то всегда был равнодушен к всевозможным восточным изыскам.

Содия, кстати, взяла блюда и на меня, настоятельно-грозно, хотя и с улыбкой, потребовав все принесенное съесть. Ведь только дурак не ест на халяву! Да, аналог «халявы» во всеобщем языке имеется. Впрочем, наверное, как и во всех языках всех миров.

А еще Содия с тонкой улыбкой на губах сказала, что острое и пряное пробуждает в мужчинах и женщинах сексуальный аппетит, и что те, кто есть острое, обязательно будут славны, как неутомимые любовники. Так что если я хочу порадовать свою подружку долгим, и продуктивным сексом, мне надо как следует подкрепиться. Сдается, она даже в курсе, кто у меня ходит в подружках. Это не баба, а какая-то тайная служба.

Заявленные администраторам танцовщицы появились через полтора часа после того, как я уселся за стол и стал ожидать заказа. Мы с Содией за это время успели как следует поесть, выпить белого вина под ее пряные блюда — кстати, вино по вкусу очень напоминало шампанское, только сдается мне, было гораздо крепче, чем этот напиток гусар и аристократов. После одного бокала у меня так зашумело в голове, что я сидел и размышлял о том, как было бы здорово не сидеть за столом, а лежать на мягкой кушетке. Да еще чтобы эта красивая женщина меня хорошенько ублажала пухлыми губками. Я даже улыбнулся своим скабрезным мыслям, что немедленно заметила магиня:

— Чего улыбаешься так плотоядно? Небось уже раздел меня в своих мечтах и поставил в позу? Нет, мальчик…ты очень хорош, очень! Красив, аристократичен, во всех отношениях — мечта девицы, денно и нощно думающей о том, как бы поскорее расстаться с девственностью. Но это не про меня. Я со своей девственностью рассталась так давно, что…уже и забыла — была ли она у меня когда-нибудь!

Содия вдруг хохотнула, звонко, как девчонка, и я понял — она пьяна. Нет, не так: женщина не бывает пьяна. Она только навеселе. И вот Содия была на таком «навеселе», что в этом состоянии женщины и решаются на поступки, о которых потом со слезами сожалеют и каются любимым мужьям. «Случайные» измены сразу с двумя мужиками в