Призрак Гренделя - Эльхан Аскеров
— Вы про касаток?- уточнил Морган, обдумывая ситуацию.
— Именно. Их способы охоты очень разнообразны. Например, чтобы снять тюленя крабоеда со льдины они разбиваются на пары, и разогнавшись, начинают нырять перед самым краем льдины, сильно ударяя хвостами и таким образом поднимая волну. Рано или поздно, льдина разваливается, или переворачивается, а дальше, тюлень обречён. Увернуться от касаток в воде, нереально.
Если же им попадается добыча покрупнее, то они меняют тактику. Начинают загонять её, до бессознательного состояния. Так, они поступают обычно, если находят одиночное животное. Был зафиксирован марафон в триста километров. Они гнали горбатого кита. Загнали его в лагуну у ледника, и начали нападать по очереди, нанося ему тяжёлые раны. Когда кит ослабел, они просто утащили его под воду и разорвали.
— К чему вы мне всё это рассказываете?- не понял Морган.
— Пытаюсь объяснить, чего можно ожидать от этих животных, — вздохнул Солсбери.
— Я уже понял, что приятным, это соседство никак не назовёшь, — мрачно пошутил Морган. — Но какой у нас выход?
— Я не знаю, Смит, — устало ответил профессор. — Но если мы уничтожим всю популяцию реликтовых животных, нас проклянут и посадят в тюрьму.
— Хотел бы я посмотреть на судью, который рискнёт вынести такой вердикт, — жёстко усмехнулся Морган. — Чтобы противопоставить жизни людей, жизням этих тварей, нужно иметь железные яйца. К тому же, другого выхода, кроме как отбиваться при помощи оружия, у нас в любом случае, нет. У нас нет техники, нет убежища, нет средств эвакуации, чёрт возьми, у нас ничего нет!
— Смит, мы не в суде, — осадил его горячность Солсбери.
— Простите, — снизил тон Морган. — Всё это слишком сложно даже для меня.
— Сложно?- удивлённо переспросил профессор.
— Я умею воевать с людьми, знаю, чего ожидать от основной массы диких животных, но в данной ситуации, я не знаю, чего ожидать. А самое паршивое, что мне не с кем посоветоваться. Об этих тварях никто ничего толком не знает. Даже вы.
— Но я же пытаюсь отвечать на ваши вопросы, — растерялся Солсбери.
— Это не ответы, Джек. Это ваши предположения. Теории, которые вы выдвигаете, опираясь на свой опыт и знания. Да, по большей части, они почти отвечают на мои вопросы, но, к сожалению, далеко не всегда. Ладно, всё это лирика. Сейчас, перед нами стоит простая и понятная задача. Добраться до выхода из этого лабиринта и пасть в посёлок русских. Сама собой, не дав тварям сожрать нас.
— План хороший. Главное, понятный, — с улыбкой одобрил Солсбери. — Но как вы собираетесь избежать столкновения с гренделями?
— Вся надежда на прибор, — вздохнул Морган, похлопав ладонью по сумке. — Перед выходом на поверхность я тщательно просканирую окрестности, а потом, нам придётся идти очень быстро. Почти бежать. Сможете?
— Если не очень быстро, — помолчав, кивнул Солсбери. — Лёгкая атлетика никогда не была моей сильной стороной, — добавил он, похлопав себя по объёмистому животу.
— Джек, всё время хочу спросить, и забываю. Каким спортом вы занимались?- неожиданно задал вопрос Морган.
— А вы не знаете?- удивился профессор.
— В первой экспедиции, меня больше интересовали ваши знания и профессионализм, а потом, не до того было, — отмахнулся Морган. — Я познакомился с вами лично, и знал, чего можно ожидать. Остальное, мне было не очень нужно.
— Штанга. Увлёкся тяжёлой атлетикой ещё в школе. Благо, общие данные соответствовали, — улыбнулся профессор.
— Тогда понятно, почему вы так легко способны тащить такой вес, — кивнул офицер.
— Ну, по сравнению с тем, что мне приходилось поднимать на тренировках, это мелочи, — с гордым видом заявил Солсбери.
Морган, только молча, кивнул. В этом походе, профессору было чем гордиться. Нести на себе патронный ящик, и ящик с оборудованием, потом, тащить раненого, после чего снова нагрузиться тарой, и не свалиться при этом, сможет не всякий. Шедший впереди морпех подал сигнал, опасность, и Морган, вскинув винтовку, бросился к нему. Опустившийся на колено боец, внимательно всматривался в плавно изгибавшийся поворот тоннеля.
Осветив место, куда он смотрел, Морган вдруг понял, что именно видит. Посреди тоннеля, вытянувшись во весь рост, лежал грендель. Наведя луч фонаря на морду животного, капитан вдруг понял, что тварь мертва. Глаза были неподвижны и тусклы, как у снулой рыбы, а между приоткрытых челюстей замёрзла струйка крови, вытекшая из пасти. Медленно, шаг за шагом, подойдя к туше, Морган присел на колено и попытался найти причину смерти, осматривая её.
Подошедший следом за ним боец, подчиняясь команде, ухватил зверя за мускулистую заднюю лапу и, медленно задирая её к потолку, перевернул тушу на спину. Свет фонаря остановился на металлическом прутке, торчавшем из груди гренделя. Удивлённо осмотрев странную железку, Морган ковырнул пальцем края раны и, покачав головой, тихо проворчал:
— Похоже, наши соседи ещё не забыли правила охоты своих предков.
— О чём вы, Смит?- не понял Солсбери.
— Это стрела от самострела. Такие штуки использовали индейцы и алеуты, охотясь на опасных животных. Не думал, что у русских кто-то знает, как сделать такое устройство.
— Не стоит недооценивать их, — наставительно ответил профессор.
— И не собирался, — ответил Морган, плавно взмывая на ноги. — В любом случае, нам остаётся только поблагодарить их. Эта зверюга мертва уже как минимум пару дней. Останься она жива, или просто ранена, мы бы уже во всю воевали. Идём дальше. Не стоит торчать тут долго.
Перебравшись через тушу, группа снова углубилась в тоннель. Но спустя полчаса, они стояли перед длинным, крутым подъёмом, напоминавшим трубу аттракциона в аквапарке. Сняв ранец, и забрав у бойца альпинистское оборудование, Морган начал подъём. Ему нужно было оказаться у выхода первым, чтобы тщательно просканировать окрестности вокруг норы. Обучать кого-то из бойцов навыкам пользования сканером у него не было времени.
Шипастые накладки на подошвы ботинок, и ледоруб, помогли ему одолеть подъём. Поглядывая на глубокие царапины в плотном словно стекло льду, он только удивлённо качал головой. Грендели поднимались по этой трубе, пользуясь только собственными когтями. Добравшись до края норы, Морган принялся вкручивать в лёд скобу. Пропустив через неё верёвку, он сбросил конец вниз и, приподнявшись над краем, осмотрелся.
Первое, что бросилось ему в глаза, был металлический самострел, к счастью, теперь разряженный. Русские оказались
