Дежурный после полуночи - Алексей Шаронов

чего удумал? – проходящий мимо Стогов замер, указывая дочке продолжать двигаться вперёд.

– Добываю нам ужин, что ещё! – рассмеялся Семён, вставляя в оружие магазин.

– А ты неплох! – усмехнулся фельдшер, облегчённо поворачиваясь к ушедшей вперёд взволнованной дочке. – Я почти поверил!

– Он, походу, не шутит! – в ужасе распахнули глаза другие люди вокруг, глядя, как солдат опускает предохранитель и досылает патрон.

– Ты из ума выжил?! – поняв, что парень серьёзен, Стогов резво рванул к уже целящемуся в добычу стрелку, но было слишком поздно. Палец нажал на крючок – затвор ударил по капсюлю, по ущелью раскатился грохот выстрела, а даже близко не задетая пулей птица расправила крылья и спрыгнула с утёса, медленно планируя над головами путешественников.

Налетевший на солдата фельдшер резко отбросил выхваченный автомат в сторону и по инерции пролетел, сцепившись с Семёном, несколько метров вниз по ущелью. Вся группа замерла, не решаясь сделать ни малейшего шага и затаив дыхание, вслушиваясь в эхо от выстрела.

– Что ты наделал, придурок?! – Стогов вдавил солдата в снег всем весом своего тела и нервно огляделся.

– Вы с ума посходили, что ли?! Я же со всеми поделился бы! – безуспешно пытаясь сбросить тяжёлого товарища, недоумевающе ругался Семён. – Что не так-то?!

Ответ не заставил себя ждать. Тишина расщелины начала наполняться отдалённым громыханием откуда-то сверху. Нарастающий гул стал походить на быстрые удары молота о наковальню или стук копыт огромного табуна диких лошадей.

– В пещеру! Живо! – закричал Березин, когда всем стало понятно, что лавина не обойдёт мимо.

Замыкающий колонну Николай резко схватил замешкавшегося Александра, второй рукой натягивая привязанный к ремню поводок Элли и потянул обоих за собой:

– Скорее!

Вмиг спохватившаяся группа, утопая ногами в снегу, также ломанулась к пещере. Одни хватали вяло плетущихся детей, другие – поскидывали надетые рюкзаки, третьи – помогали особо медленным, подталкивая тех в спину. Спустя полминуты грохот стал таким сильным, что уже заглушал крики. Единственным утешением было то, что большая часть путешественников всё же сумела добраться до укрытия.

– Мы не успеем! – замотал головой еле дышащий Александр, указывая наверх. До заветной пещеры оставалось ещё несколько десятков метров. Николай отчаянно стиснул челюсти, сильнее вцепившись в хрупкую старческую руку и ремень поводка. Внезапно боковое зрение уловило движение – широкое облако снега спускалось с дальней стены расщелины. Ещё несколько параллельно бегущих путешественников также поняли, что ни за что не достигнут цели.

– Все живо к скалам! – что было мочи завопил Николай, кидаясь и прислоняясь к промёрзшему камню. – Прижмитесь и хватайтесь за руки! Откапывайте у стен в первую очередь! Если полностью засыплет – не пытайтесь сами… – валящиеся тонны снега оборвали крик. Единственное, что Николай успел сделать в последний момент, – скрючиться, крепко обхватывая Элли, и вжаться в скалу, в попытке сделать хоть какой-то воздушный карман.

Момент удара как будто стёрло из памяти. Первое, что мужчина почувствовал, вернув сознание, – как истошно брыкается крепко прижатая к груди собака. Во второй же руке – там, где мгновение назад был рукав куртки профессора, теперь ощущался лишь кажущийся горячим из-за адреналина снег. Всё ещё надетый на спину рюкзак больно давил чем-то острым в лопатку. Впавшая в панику Элли начала дёргаться ещё сильнее, а сам Николай, перевёрнутый от удара на бок, не мог пошевелить ни единым мускулом.

«Надо расслабиться! – отчаянно напоминал он себе, изо всех сил борясь с захлёстывающим ужасом и инстинктом биться до последнего вздоха. – Уменьшить потребление воздуха! Успокоить сердце! Сколько у нас времени? Пять-семь минут, пока не отключусь, и потом две-три до непоправимых последствий для мозга. А Элли?! – резко запаниковал мужчина, вновь разгоняя только начавшее успокаиваться сердце. – У неё гораздо меньше!» – Николай изо всех сил напряг обхватывающую собаку руку и попытался хоть как-то успокоить животное лёгкими поглаживаниями, насколько хватало пространства для пальцев, но та лишь сильней затряслась, пытаясь выбраться из-под завала.

Мужчина вновь попробовал расслабить все мышцы в теле. Кожа начала ощущать забирающийся под одежду холод, а разум проникся гробовой тишиной и почувствовал какую-то странно извращённую, невозможную смесь из отчаяния, безмятежности и… Смирения.

«Не самая плохая кончина для того, кого ожидают несколько недель невыносимой агонии, а после беспамятство и смерть, полная унижений», – пронеслось в голове. Бьющаяся в истерике Элли начала постепенно затихать, видимо израсходовав немногочисленные запасы кислорода.

«Пожалуйста, найдите остальных! Плевать на меня, найдите её и остальных! – Николай сделал одну единственную безуспешную попытку пробиться на поверхность и обессиленно разжал кулаки. – Как мы глубоко? Может быть полметра, а может, и пять. Если полметра – нас откопают достаточно быстро…»

В воздухе стало слишком много углекислого газа – и так слабые вздохи перестали приносить необходимый кислород. Мышцы начало сводить, а сердце принялось больно биться о грудину и рёбра. Мысли полнились страхом о совсем обмякшем питомце и других членах группы, больно царапающими воспоминаниями и какой-то наивной детской обидой за безрезультатно прожитые годы. Нити рассудка стали переплетаться и обрываться, унося сознание куда-то за черту. Притупившаяся чувствительность едва позволила ощутить лёгкий удар-тычок чем-то твёрдым в бок. Следом слух уловил нарушивший тишину тихий скрёб и отдалённые голоса, а через некоторое время какая-то могучая сила разогнула локоть и резко вытащила прижатую к груди бессознательную собаку.

– Они тут! – через образовавшуюся дыру послышался крик, похожий на Димин, а спустя считаные мгновения спрессовавшийся снег наконец убрали с лица, давая возможность дышать. В глаза ударил до невозможности яркий свет фонарей. Усердно откапываемый несколькими путешественниками Николай сощурился и попытался подняться, но, сумев вытащить лишь вторую руку из-под снега, обмякнув, рухнул на спину.

– Элли?! Профессор?! – всё ещё пребывая в бреду, только и сумел выпалить едва дышащий мужчина. Всё вокруг вращалось сильнее, чем после самой тяжёлой попойки, – кислород бил в голову, не давая принять даже положение сидя.

– Она в порядке! – донёсся голос подбежавшего Березина, а после на грудь приземлились две царапающие лапы взволнованно скулящей собаки. – Приходи в себя!

– Всё… Всё хорошо, – Николай успокаивающе гладил питомца по спине, отворачиваясь от лижущейся морды. Внезапно Элли задрала голову, навострила уши и ринулась прочь из ямы куда-то в сторону.

– Сюда! Это Александр! – раздался крик Любы спустя полминуты.

– Откапывайте! – завопил Степан.

Голова понемногу вставала на место, прекращая безумный аттракцион. Адреналин начал рассасываться, а тело – осознавать масштабы пережитого. Зубы застучали то ли от холода, то ли от опыта погребения заживо. Перевернувшись на бок, всё ещё шатающийся Николай сумел кое-как подняться на ноги и вылезти из ямы полутораметровой глубины. Оказавшись наверху, мужчина, наконец, смог оглядеть последствия схода. Карман ущелья ниже пещеры был засыпан тяжёлым спрессованным