Мы еще живы! (СИ) - Елин Алекс

- Благодарю Вас, Ваше Величество! - прошептал генерал. - Я предан Вам до самой моей смерти!

- Знаю, - кивнула она. - А теперь я хочу вас спросить, Винсент, но потом вы об этом должны забыть, хорошо?

- Как прикажите, Ваше Величество!

- Мой дедушка... Говорят, он унаследовал ведьмовской дар... Вы знали его лучше всех, вам что-нибудь известно об этом? - она прищурила глаза, взглянув на Винсента.

- Так говорят, Ваше Величество, - кивнул генерал. - Но я не знаю этого наверняка. Несколько раз в разговоре с Его Величеством мне казалось, что он может взглядом заставить исполнить его волю или говорить правду, но... Но я не уверен, что это именно колдовской дар, а не его сила воли и харизма.

- Дед был жестоким человеком, он убивал людей, - продолжила королева, - но как он их убивал?

- Как все, - пожал плечами генерал. - При помощи палача или огнестрельного оружия, иногда ножом или голыми руками, это когда на него нападали убийцы... - ответил Бодлер-Тюрри, потом перевел на нее задумчивый взгляд своих голубых глаз. - Вы недавно назвали себя чудовищем, теперь задаете вопросы о даре Вашей прабабки. От чего, Ваше Величество?

Она долго не отвечала, смотрела на озеро, кусала нижнюю губу, теребила цепочку с кошапаном , а генерал перебирал в памяти их разговор, потом спросил:

- Вы вздрогнули, когда я неудачно припомнил, откуда идут слухи о кровавой тирании, а потом признались, что могли бы поступить как Ваш дед. Кого и при каких обстоятельствах Вы убили, Ваше Величество? Это было во время недавнего покушения на Вас?

- Да, - она кивнула.

- Полковник Фишер мне докладывал о десятке трупов, превращенных в фарш. Считается, что их убил полковник Увинсон, - генерал не сводил глаз с юной королевы.

- Пусть и дальше так считается, - глухо ответила она.

- Но их убили Вы? - поразился Винсент.

- Да.

- Но как?!

- Я закричала, - она резко встала со скамьи. Отошла на несколько шагов. - Полковник Увинсон думает, что я ничего не помню, но недавно воспоминания ко мне вернулись. Вы служите самому настоящему чудовищу, Винсент, поэтому очень прошу, не злите меня никогда. Я боюсь теперь себя и того, что я могу случайно сделать.

Королева даже не взглянула на своего верного пса и быстро пошла прочь.

Генерал так и остался сидеть на скамье. Об этом никто не знал, но принц Эдуард, старший сын Джонатана II, погиб не случайно: у него тоже был страшный дар, он тоже мог убивать людей на расстоянии. Он случайно убил свою жену, а потом наложил на себя руки. Кто бы мог подумать, что этот страшный дар проснется в его дочери. Предполагалось ведь, что в Талинде его нет - он ни разу себя не проявил, и вот...

Еще одна страшная тайна... Две тайны. Еще одни страшные последствия. Еще один кирпичик в Пророчестве. А она не знает, что отец не любил ее не просто так: она дочь его старшего брата, просто две девочки родились в одно время, одна из них умерла, а вторая выжила, несмотря на то, что ее извлекли из мертвой матери... Девочек подменил лично Винсент... Он спасал Розми и саму малютку Натали, подменив ее на умершую Талинду... Дар, страшный дар, спал столько лет, теперь же он проснулся. Еще один кусочек Пророчества встал на свое место... У нее отобрали трон, но она его заняла. Судьбу не обмануть. С тропы судьбы не свернуть. И дар этот вовсе не от Крома...

Боги, спасите наш мир!

7

Ночь распростерла свои крылья над миром, подарив сон одним его обитателям и бодрость духа другим. На черном небе высыпали яркие звезды, в городах зажглись многочисленные фонари и окна квартир, а в пустыне Стенаний на высоких башнях храма бога Зла вспыхнули огни. Жизнь закипела в стенах черного храма.

Марк Диамний Донован полагал своим долгом не только вести свой орден к некогда утраченному могуществу, но достигнуть куда большей власти. Возродить Империю Повелителя и содействовать возвращению Сета из небытия. Планы у верховного жреца были грандиозными и весьма честолюбивыми: с могуществом ордена росло и могущество верховного служителя Сета. Об этом Марк не забывал ни на минуту.

К сожалению, орден был еще слаб. Века забвения и жалкого прозябания в бесплодной пустыне в добровольном изгнании, без связей с внешним миром, без каких-либо попыток побороться за место под солнцем, без надежды, еще долго будут давать о себе знать. Ни Марк, ни кто-либо другой были не в силах изменить положение одним мановением руки. Именно поэтому верховному жрецу бога Тьмы пришлось заключить союз со жрецами богов Света - без их помощи, их связей, их влияния, их союзников среди военных у жрецов бога-змеи не было шансов возродиться. Для возрождения ордена нужно было многое, в том числе послушники и прихожане, храмовые войны, Сила, последнее же можно было получить только от смуты, мятежей, веры людей, жертвоприношений и смертей. И чем мучительнее была смерть, тем больше Силы она давала. Без жрецов Крома, Пантеры и иже с ними Марку пришлось бы потратить слишком много ресурсов, сил, своих людей для того, чтоб поджечь Розми, да и на борьбу с теми же самыми жрецами богов Света. Он увяз бы в борьбе, как Ринго в болотах под Мирандой.

Марк недовольно поморщился. Ринго стал для него большим разочарованием, но Миранда нужна была Доновану - там хранится Амулет Стареллы, и есть то, что в древних хрониках называется Местом Силы. Опять же из Миранды после каждого нападения на город поступало множество Силы... Ладно, позже, позже разберемся и с Мирандой, и с Ринго, и со Стареллой, и с Марселем.

Верховный жрец зажег свечи перед искусно вырезанной из базальта коброй - статуей своего бога. В этой комнате мог находиться только он, верховный жрец, и только здесь хранился залог возвращения Повелителя, неведомый для богов и жрецов Света - Чаша Силы.

Кстати, о жрецах богов Света...

У союзничков дела-то тоже сейчас идут не больно-то гладко. Мятеж в Старой Розми и на море Мечты чуть не угас, пришлось вновь вмешиваться Марку. Его люди разожгли праведный гнев в сердцах простых розмийцев заново: убили несколько сотен мирных граждан в Кошагене, жрецов богов Света (задел на будущее, так сказать); не то еще лет пять бы сторонники Дарела и Нила пытались бы своими проповедями и телепередачами добиться хоть каких-то результатов.

К числу неудач относилось и недавнее покушение на королеву. Идиоты. И ведь Марк и Дарел понимали: экспромт - дело хорошее, но не при покушении на королеву же! Нет! Захотелось им выступить самостоятельно, крылья, чтоб их, расправить! Расправили. По этому-то поводу и по вопросам излишней самостоятельности Марк еще планировал пообщаться с притихшими господами из Ариэль, с этими Корнесси, Блумами и прочими. Решили самостоятельно, значит, всю власть захапать, чтоб не делиться. Ну-ну.

Союзники начали тяготить Марка. Все, что они могли сделать, они уже сделали, осталось лишь довести народный гнев до финальной стадии, и можно будет заканчивать с этим балластом цацкаться. Нет, конечно, Донован не собирался резко обрубать все связи с Дарелом, но постепенно, по чуть-чуть... А то мало ли что.

Верховный жрец неторопливо обошел высокий пьедестал, вырезанный из цельного куска черного базальта. На пьедестале стояла золотая чаша, инкрустированная желтыми топазами и черными бриллиантами; по ее бокам шел замысловатый узор из переплетающихся змей. Чашу по бокам охраняли четыре кобры, вырезанные из базальта. Глаза кобр, сделанные из желтых топазов, мягко светились в полумраке зала. Светилась и чуть вибрировала и сама Чаша... Вернее будет сказать: Большая Чаша Силы. Именно в ней копилась Сила, собранная в малые Чаши, Сила, что поможет Повелителю вернуться в этот мир.

Марк довольно улыбнулся, коснувшись рукой сияющего источника Силы. О, какое это было искушение - забрать себе всю Силу, стать могущественнейшим из жрецов, самому стать королем Розми, упиваться властью и Силой... Но нет. Нет. Повелитель, когда вернется, одарит Марка куда большим могуществом, чем он сможет достигнуть, забрав накопленную с таким трудом Силу.