Пауль Локамп - Есть время жить

Да, он прав. Если Каролис жив, надо перетаскивать его сюда. Да и Виду заодно тоже. Главное, чтобы были живы...

Айвар. 19 апреля, вечер.

До завтра решили не тянуть, поехали на хутор вечером. Во-первых, едем до поворота на ракетную базу одним конвоем с Эдгаром, всё же спокойнее, а во-вторых... А во-вторых, ни я, ни Робби не верили, что найдём живых, так что можно было не бояться выдать местоположение нашей запасной базы. В самом лучшем случае Вида. И то вряд ли. Кстати, как мы поняли, в Рамучяй серьёзное прибавление в людях, если Эдгар собирается поселить рядом с нами десяток своих бойцов. Наверное, ещё какой-нибудь «фартовый» присоединился. Фартовые, деловые, менты и художники... Что уж тут душой кривить — компания Эдгара для нас не враги. Времена изменились, прав был Сашка: «нет ни ментов, ни бандитов». И дизайнеров тоже нет. И экономистов с политиками. Никого нет, новые времена. Мир начинается заново. С нуля.

Хутор выглядел опустевшим. Распахнутые настежь ворота, брошенные на середине двора вёдра. Плохая это примета, пустые вёдра. По-моему, мы опоздали. Сильно опоздали. Николай остановился у ворот, словно не решался войти без приглашения. Ну тогда я один. Кивнул Николаю на окрестности, мол, наблюдай, и вскинув к плечу AR-15, двинулся к дому. Дверь нараспашку, внутри всё вверх дном... Краем глаза замечаю движение, разворот! А чёрт! Это же кот! Как его там по имени — Райнис вроде. Надо бы поймать — некрасиво живую тварь здесь бросать. Да и Лёвке лишний приятель не помешает. Оглядываюсь вокруг и, присев, подзываю кота. Смотри ты мне, пришёл. Потёрся о берцы, что-то муркнул. Иди-ка сюда, полосатый — беру кота на руки и возвращаюсь к воротам.

— Ну и куда ты моего кота понёс? — слышу ехидный голос у себя за спиной и от удивления чуть не роняю животину на землю.

— Вида? Вы живы?

— Рано ты меня хоронишь, сынок, — она гордо вскинула седую голову и поправила головной платок, — я ещё из ума не выжила и старческим маразмом не страдаю, слава Богу.

— Но как??

— Молод ты ещё, сынок, хоть виски у тебя и седые, — Вида снисходительно покачала головой. — Поживешь с моё — узнаешь, что такое «сердце вещун».

— А Каролис?!

— Жив Каролис, мы с ним потайное место сделали. Там теперь и живём. Болота, — место топкое, даже хвалёные вояки, не найдут.

— А зачем сюда вернулись? И почему к нам не пошли? Каролис же знает, как нас найти.

— За котом пришла, да и вещи кое-какие забрать надо. А к вам не пошли потому, что далеко, — она усмехнулась. — Чай, не молодая уже, чтобы к парням за десять километров бегать. Да и знали мы, что приедете, верили.

— Ну раз верили, — к нам подошёл Николай, — значит, собираем вещи, идём за Каролисом, и домой. Нечего здесь сидеть. У парней в доме хозяйка есть, но молодая она ещё, опыта мало. А вы женщина солидная, вот и займётесь.

— Ну смотрите, коли так, — она подумала несколько минут. — Значит так, господа хорошие, загоняйте свою машину во двор, буду приданое грузить. Негоже с пустыми руками ехать. А вы что столбами встали? Помогайте!

— Эх, серьёзная Вы женщина, Вида, — забрасывая автомат на плечо, усмехнулся Николай, — хозяйственная.

— А ты не смейся, за смех к столу не сажают. Идите, скажу, что брать.

— Золото, а не хозяйка. Повезло вам, парни. Как это по-литовски будет, — Николай повернулся ко мне, — запрягли нас?

— Угу, — кивнул я, — именно, что запрягли.

— Вы мне ещё поговорите тут, — опять подала голос Вида, — или ночевать здесь собрались?

Роберт. 19 апреля, вечер.

После отъезда гостей и Айвара с Николаем я сидел на веранде и лениво перелистывал полученную папку. Думать не хотелось — слабость во всем теле, слишком много эмоций за один день. Помимо всего, покоя не давали две вещи. Первая, конечно, семья. Как бы я не гнал от себя эти мысли, как бы ни уверял, что всё будет хорошо, но думал, каждый день думал. После ранения, на многие вещи стал смотреть иначе. Просто каламбур какой-то: «контузия — лучшее средство для прояснения мозгов». Тем более что эта уже вторая, первую я ещё при штурме Клиники получил. Ладно, это мелочь, хотя Док и обещал мне регулярные головные боли. И про вирус что-то промычал, напоследок. Вирус... Интересная вещь получается. Я вспомнил первое ранение, когда Айвар получил пулю, в ногу. Ведь неделю хромал. Да и боли его мучали. Пустяковая дырка в ноге. Не-де-ля... Каролис. Тут ранение было посложнее. Пуля в руку и в тушку, под ключицу — две недели отходил. Ну хорошо, квалифицированная, медицинская помощь была ему оказана с опозданием. В самом начале только Вида ухаживала. Травки там разные, отвары. Но всё равно, парень валялся долго. Выжил в бою, а теперь скорее всего погиб вместе со своей спасительницей. Жалко...

Ладно, сопли потом. Теперь моё ранение. Причём, по словам Дока, не слабое, вполне мог ноги протянуть. И вот, извольте видеть: меньше недели — и почти здоров. Не совсем, конечно, но ходить могу. Значит, имеем мы такую интересную вещь — вирус мутирует. Иначе сложно понять реакцию организма. Получается, что, попав в тело, вирус начинает развиваться, оказывая определённое действие на нас, его носителей. С каждым днём мы менее восприимчивы к травмам... Хм. Если бы мёртвых не поднимал, то ему цены бы не было. Эликсир жизни, а не вирус. Одно только настораживает — скорость развития и то, что он вытворяет в мёртвых телах, если вспомнить трансформацию зомби. Или это не вирус мутирует, а организм? Это что же получается, что мы уже не люди?! Мутанты? Весёленькая перспектива у выжившего человечества, ничего не скажешь. Меня даже пот прошиб от таких мыслей. Словно отрицая идею мутации, навалилась вполне человеческая головная боль. Тисками сжала виски и ударила по глазам. Бли-ин... Нашарил в кармане таблетку, выданную мне Доком, обливаясь, запил её водой и, откинувшись в кресле, закрыл глаза. Твою мать...

— Не помешаю? — на веранду, покашливая, вошёл Альгис.

— Нет, конечно, что за вопросы, — я с трудом открыл глаза и посмотрел на него. — По Вашему виду могу сказать, что какую-то идею принесли?

— Именно, Робби, именно. Помнишь, в самом начале, когда вы только сюда приехали, упоминал ты про одну птицеферму?

— Помню. Но сами видите, закрутились, в делах по уши. Так и забыли про них. А сейчас уже поздно. Там же рядом Румшишкес, так что местные уже потрудились, вычистили, поди, всё дочиста.

— Местные, говоришь. А ты не торопись, Робби, выводы делать, не торопись. Подумай. Возьми, например, Рамучяй. Ведь жителей там мало выжило! Если бы не Эдгар с компанией, то полагаю, вообще никого бы не осталось. Город рядом, зомби изредка добираются. Морфы. Почему бы и в Румшишкес такой ситуации не быть?

— Полагаете?

— Полагаю. Я те птичники хорошо знаю, цыплят у них покупал. Один ангар, размерами девяносто шесть метров на восемнадцать, а это двадцать восемь тысяч цыплят. Мне ихний менеджер рассказывал. А там не один ангар был. Представь, Робби, количество кормов.

— Передохли они уже давно, эти двадцать восемь тысяч. Или их местные растащили и выращивают на окорочка. А вот корма для них — это вы правы, интересная тема. Давайте так: завтра поговорите с соседями, пройдите по посёлку. Наши аборигены вас больше послушают, чем меня. Может, ещё кто-нибудь присоединиться решит. Нам такие количества кормов ни к чему, а оставлять жалко. Утром поговорите, а потом на разведку съездим. Может, ещё и найдём, чем поживиться. Дельная мысль.

— Именно, что дельная, — кивнул Альгис. — И вот, что я тебе ещё скажу, пока нас Аста не слышит. Когда тебя раненого привезли, она чуть с ума не сошла. Рвалась так, думал, не удержу. Знаю, — он махнул рукой, увидев мой взгляд, — знаю, что ты женат и жену свою любишь. Но подумай, Робби. Неизвестно, сколько нам этой жизни отмеряно. Хорошо подумай.

— Завтра подумаю, сегодня голова раскалывается...

Наш разговор прервал звук мотора. По дороге ехала тяжело груженная машина Николая — даже на крышу был привязан какой-то баул. Ну-ну, видно, вояки хутор зачистили, но не вычистили. Дело понятное, нам каждая вещь пригодится. А кто это в машине у них там? Блин, да их же там четверо!

Роберт. 20 апреля, утро.

Разбудил меня рев дизельных движков, словно под нашими окнами танковый полигон устроили. Чёрт, мы вчера и так поздно легли, уже светать начинало — расселяли новых жильцов. Пришлось слегка потесниться — Айвар переехал ко мне в комнату, Каролис занял соседнюю, а Вида с Астой устроились внизу. А тут с самого утра какие-то идиоты, блин... Поднял голову — напротив меня, на соседнем диване, спал Айвар. Вот зараза, даже ухом не ведёт; здоров же спать, чертяка! Пришлось вставать самому.

Оказалось, это новые соседи приехали. Причём в хорошем составе, как выяснилось — вместе с десятью бойцами переселился и Линас. Вот это прекрасно, всё-таки мы уже работали вместе, проблем с ним не возникало, а своих бойцов он будет держать в строгости, это и к гадалке не ходи. Устроились грамотно, неподалёку от нас. Вроде бы и рядом, но глаза мозолить не будут. Лишний плюс в копилку Линаса как организатора.