Мертвый узел - Андрей Царев

на это не реагировал. Когда мы вышли из дома и железная дверь за нами закрылась, Никита громко выругался.

— Ну и какого, твою мать, а, Сань?

Я молча сел в машину, подождал, пока остальные усядутся и хлопнут дверцами, и поехал назад. Ну что тут объяснять? Деньги пока в ходу, но как долго это продлится? Цены то растут с астрономической скоростью, просто гиперинфляция, как в девяностые. За рубли пока ещё можно хоть что-то купить, но это пока. За доллары народ продаёт более охотно, а почему? А потому, что думает, что доллар вечен. Фигушки, ничего не вечно в этом мире. Возможно, эти автоматы, что нам выдали, будут стоить дороже ста тысяч долларов. И пока мы ехали обратно, я минут двадцать читал эту лекцию Никите.

— Хорошо, — согласился, наконец, он, — а если он нас завтра кинет? Приедем, и никого?

— Невелика потеря, усмехнулся я и притормозил перед лежачим полицейским, — договоры у нас подписаны, взломаем замки и поселимся.

— Вообще странный он тип, — подал голос Александр, — на наркомана похож.

Мы уже почти подъехали к нашему мобильнику, как услышали крики и увидели колонну автомашин. Прямо посреди дороги стоял БТР со знакомой надписью «Гвардия» на борту, а в очереди к КПП столкнулись УАЗ и автобус «ПАЗ», не смогли разъехаться, а может быть. «Уазик» пытался объехать перегородившие ему дорогу автобус. Стволы КПВТ в башне БТРа были направлены на мобильны пункт, в ответ со стороны мобильника стояла БМПшка и тоже направила тридцатимиллиметровую пушку на БТР. Ситуация вот-вот взорвется, и…

Я нажал на сигнал клаксона и встал прямо перед БТР.

— Межов, твою мать, ты что творишь? — заорал я, увидев знакомого в люке БТРа.

— Лысый, ты что лезешь? — сплюнул Межов из люка и покрутил мне пальцем у виска.

— А я уже не лысый, — рассмеялся я и снял кепку, — во, смотри, — погладил я голову, на которой пробивались колючие черные волосы, — снова растут!

Межов усмехнулся в ответ, обстановка немного разрядилась, из БМП вылез сержант, солдатики у КПП опустили автоматы.

— Чё случилось, рассказывай, прапорщик,- обратился я к старому знакомому.

— Я не прапорщик больше, — ехидно улыбнулся Межов, — я лейтенант, назначен командиром роты, вон, — показал он на вереницу джипов, стоящих следом за «Уазиком», — сопровождаю людей.

— И я лейтенант, — показал я погоны, достав их из кармана, — и тоже командир роты. В чем проблема то, сопровождаешь — сопровождай! Уважаемых людей, — ехидно добавил я, получше рассмотрев сидящих в машинах.

— Да эти, — показал Межов в сторону КПП, — пропуска видишь ли, требуют, якобы, не оформлен выезд у нас по их приказам.

Мне всё стало боле-мене понятно. В настоящий момент у нас как бы двоевластие. С одной стороны премьер Мишин, с другой — Сухомлинов. МВД, вроде как, за Мишина, армия — за Сухомлинова. Но устраивать перестрелки между личным составом последнее дело, хочешь пострелять — вон, иди от зомби и мародеров город зачищай.

— Сейчас урегулируем, — успокоил я бывшего сослуживца и направился к КПП.

— Кто дежурный, что случилось? — грозно спросил я бойца, стоявшего сразу за блоком.

Солдатик уже опустил автомат, но в броне и в каске выглядел воинственно.

— Я дежурный, — подошел ко мне прапорщик, лет двадцати с копейками, незнакомый, я его раньше не видел.

Обрисовал ситуацию, сказал, что лично знаю этого офицера в БТРе, поговорили минут пять, и, в итоге, наши пропустили всех. Подумаешь, пропуска нет, нарисуем пропусков, сколько нужно. Пусть проваливают из города. Два «Ренж Ровера», «Тойота Камри», «Ленд Крузер» и «Ниссан Патрол» вслед за «Уазиком» проехали через наш мобильный пункт, последним шел БТР с Межовым.

— Ну, бывай, летёха, — кивнул мне Алексей, и я кивнул вслед.

— Не пропадай, в гости заезжай, — махнул я рукой в ответ, и услышал.

— Лучше вы к нам.

Машины проехали через узкое место, выбрались на дорогу и прибавив газу, скрылись из виду, а я пошел к начальству.

— Не правильно это, конечно, пропускная система не просто так вводится, в Москве вон, до огневого контакта дело доходило, — отчитывал меня Осадчий, — но, с другой стороны, ты прав. Не время сейчас нам между собой бои устраивать, так что, всё правильно сделал. А сейчас давай, через полчаса выезд, собирай своих.

Собирать никого не было нужды — всё «мои», в смысле, Никита, Саня, Вова — обедали на капоте моего «Ниссана», и я поспешил присоединиться к ним. В одной пластиковой тарелке остывал борщ, в другой — гречка с мясом, и я быстро работаю ложкой, сначала расправился с борщём. А потом уже, не спеша, этой же пластиковой ложкой прикончил гречку. Никита, как обычно, сбегал за добавкой, и уминал вторую порцию ароматного супа.

— Эх, — мечтательно крякнул он и растянулся в улыбке, отправив в рот кусочек горячего ржаного хлеба,- вот так бы каждый день, и я за еду согласен работать.

— За еду и патроны, — уточнил я, — именно за это мы и работаем, и за бензин ещё.

— Слушай, Сань, — вспомнил вдруг Никитос, — пять сорок пять спроси у полковника на меня, а?

— Хорошо, — кивнул я, щурясь от яркого весеннего солнышка.

Прямо по солнцу к нам направлялась та самая блондинка, что спускалась по канату сегодня несколько часов назад. В спортивном костюме, в кроссовках, она казалась теперь вполне себе привлекательной девушкой, ростом около сто шестьдесят с чем то, худощавая, но спортивный костюм подчёркивал спортивную фигуру, длинные светлые волосы немного развивались на легком ветру, и глаза смотрели прямо на меня.

— Спасибо, парни выручили, — сказала она громко, и все обернулись.

— Да не за что, смущённо ответил Никита, — обращайтесь, всегда рады помочь.

— А я, собственно, за этим и пришла, — чуть прищурила глаза девушка, — у нас там вещи остались, вы всё равно сейчас поедете в ту сторону, захватите меня с собой? Я быстро сбегаю, соберу всё, и назад.

Лезть снова в этот дом не хотелось, но отказывать красотке не хотелось вдвойне. Как говорил товарищ Жеглов в фильме «Место встречи изменить нельзя», хочется сделать что-то приятное красивой девушке.

— Поехали, — сразу ляпнул я, и посмотрел на остальных.

Возражений не было, и через десять минут в нашем экипаже стало