Бастард - Евгений Владимирович Щепетнов

сытный обед, но…прошло всего минут пять, не больше, и вот… Над водой взметнулось огромное щупальце, такое жуткое на вид, что у меня невольно кое-что едва не втянулось в живот, а по коже побежали крупные такие мурашки! Удар по воде дал такой звук, что казалось — хлопнуло гигантское весло, или некий великан врезал по волнал огромной плетью. Хлоп! И одно из тел, покачивающихся на волне, исчезло в буром водовороте, оставив после себя расходящийся темный шлейф.

Потом из воды высунулся гигантский хвост, и снова ударило будто хлыстом. Зачем они так делали — не знаю, может это был способ отпугнуть мелких живностей, претендующих на кусок «бифштекса»? Эти «мелкие живности» дунули с места обеда с такой скоростью, что несколько штук выскочили из воды, будто мальки, разбегающиеся от щучки, и кстати сказать — в сравнении с этой тварью они и были настоящими мальками. Пусть даже и весили тонну, и длиной были метров по пять, не меньше. Эти акулы очень напоминали наших белых акул — ну просто копия земных тварей. А вот тот, кто их пугнул…похоже, что это даже не мегалодон, это гораздо…хуже! Не знаю, как сказать…наверное все-таки хуже, ведь мегалодон перекусит пополам, а этот проглотит и живьем переварит. Что-то вроде ихтиозавра размером с земного синего кита. Мегаладон весил около ста тонн, этот гад точно был больше.

Ихтиозавр (если можно его так назвать) подбросил одно из тел в воздух, будто играясь вкусным пирожком, и разверзнув гигантскую пасть — поймал его прямо в воздухе так же ловко, как кошка ловит бабочку. И с грохотом ушел в пучину вод.

Я не стал досматривать эту эпическую картину, быстренько понесся с пляжа, дав себе зарок больше в море не купаться. А еще я подумал о том, насколько же опасен труд рыбаков и мореходов. Ну черт подери, только подумаешь, что под тобой в пучине вод плавают такие твари — и не захочешь войти на борт корабля! А рыбаки с их утлыми лодчонками? Они-то как выживают?! Весь город забит морепродуктами, которые стоят довольно-таки дешево, значит на рыбалку люди выходят. Сколько же рыбаков возвращается домой? И сколько становится кормом для чудовищ…

Пока шел в Академию, уворачиваясь от прохожих, все время пытался поймать какую-то мысль…что-то не давало мне покоя. И я не мог понять — что именно. И только когда прошел уже более половины пути, понял, что я упустил. Почему эти трое не применяли магию?

Стал копаться в памяти, разбирая весь бой. Вот на меня бросается коренастый, и… Была! Была магия! Он что-то попытался наколдовать, я точно знаю, я почувствовал! Но почему не сработало? Это потом он уже бросился на меня с мечом, а вначале решил что-то наколдовать. И этот…худой — он ведь тоже колдовал, точно знаю. У него засветилась аура — ярко, гораздо ярче, чем светится, когда маг находится в спокойном состоянии. Хотя…может мне показалось? Может свечение их аур связано с обычным возбуждением? Они хотели меня убить, были взвинчены. Вот тебе и свет ауры. Я же неопытный, не знаю, как меняется яркость ауры в зависимости от состояния человека — когда он здоров, когда болен, когда находится в приподнятом настроении, и когда в депрессии. Это целая дисциплина, которую преподают люди вроде Содии, специалиста по психологии. Нам она пока что дала лишь основы — прошло всего-то три лекции по ауристике, так что…пока ничего сказать не могу.

Да, возможно эти негодяи не хотели работать магией, чтобы не вызвать возмущение магического пространства, и как минимум — не вызвать к себе интерес компетентных органов. Инквизиции, например. Если они убьют меня магией, а магия оставляет индивидуальные следы — по крайней мере так нам говорят преподаватели — значит, можно вычислить того, кто убивал этой самой магией. И выйти на убийцу. Как это делается — опять же, я не знаю. Я всего лишь первокурсник, лох педальный, который имеет способности к магии, но не умеет ей управлять.

Кстати, тот факт, что коренастый имел при себе меч, доказывает, что предполагалось убить меня вручную, без применения колдовства. Ранить, а потом забить до смерти. Я ведь не выгляжу опасным противником, потому — чего опасаться? Но вот только когда ты чуешь, что все пошло не так, что тебе грозит смерть — уже не до правил и законов. Лишь бы выжить. Всегда можно списать на то, что защищался, и только лишь ответил ударом на удар.

И вот еще что…куда делась магия противников? Они воздействовали на меня магией, или не на меня, а на окружающее их пространство с тем, чтобы воздействовать на меня. А я…я каким-то образом нейтрализовал магию! Всосал ее в себя! Точно, всосал! В горячке боя не заметил того, но факт есть факт — магия во мне. Я переполнен ей, как кувшин, всклень налитый пивом. То-то худой так вытаращил глаза…не ожидал, засранец!

Весь оставшийся путь я пытался вспомнить, что чувствовал перед тем, как забрал магию у парней. Что ощущал, что делал. И вообще ничего не вспомнил. Ну…почти ничего. Помню, как по коже будто холодок побежал, помню, что вспыхнули ауры у моих противников, и я очень не хотел, чтобы меня спалили, или утыкали острыми сосульками, внезапно упавшими с неба. И…все. Ну…совсем все! Дальше пошло по стандартному сценарию — нож, меч и все такое.

* * *

— Привет!

Едва не вздрагиваю, настолько ушел в свои мысли. Оборачиваюсь, готовый ко всему, и вижу симпатичную мордашку, улыбающуюся во все тридцать два белоснежных зуба.

— Милена?! Привет!

— А чего напугался? — хихикает, ехидно улыбается — Неужто думал, что за моей спиной папка стоит?

И тут же грустно шутит:

— Я ждала, что ты ко мне ночью в окно залезешь, а ты струсил? Папки испугался? А зачем тогда спрашивал адрес?

Молчу, не зная, что ответить. И между делом осматриваю девушку с ног до головы. С удовольствием осматриваю! Хороша, чертовка! Если та же Верга хороша своей совершенностью и неким налетом…хмм…порочности на ангельски красивом лице (да, так бывает!), то эта привлекает своей непорочностью, свежестью, которые так и хочется…нарушить. Она притягивает к себе, будто цветок, на лепестках которого сверкают капельки утренней росы. Хочется собрать их губами, хочется прижать к цветку, нюхать его, гладить…