Катакомбы - Раймонд Цербский

в штабе, кто-то перекусывал едой из ближайшей таверны, кто-то резался в карты, а остальные либо болтали, делясь впечатлениями дня, либо молча наблюдали за остальными.

Джеймс с Густавом присели к Дону и Марку. И тут же принялись уплетать предложенную еду. Капитан сидел за столом и что-то записывал, казалось, не обращая внимания на окружение. Ждали двоих. Они должны были осмотреть приречный район города, с одной стороны которого вроде как располагались трущобы, а на другой замок местного лорда. Спустя некоторое время явились и опоздавшие, и пока они размещались и готовились к еде, капитан, оторвавшись от записей оглядел комнату.

— Ну раз все в сборе, то начнем.

По очереди прибытия начали вставать пары, и рассказывать все что удалось разузнать за день, наконец очередь дошла и до осматривавших кладбище, речь вел Густав, а закончили двое опоздавших.

В целом по отчетам узнать удалось немногое. Местный лорд, Август Бренфорт, правил городом из замка за рекой, ворота замка почти всегда закрыты, а мост поднят. Кроме этого моста есть еще два, выше и ниже по течению реки, но до них было долго идти, и по словам местных, лорд редко принимает в замке кого-то, а в люди так совсем не выходит. По городу разбросано четыре церкви, не считая церкви на холме, и все они заброшены. Бен и Брос приметили самую близкую к штабу, однако работы там предстояло немало ведь за прошедшее время церковь сильно пострадала, да и не ощущалось в том здании никакой святости. Религиозная власть в городе принадлежит некому Жрецу, обитающему в зале мертвых на кладбище. Так же на кладбище обитает трое могильщиков и старик с вершины. Именно старика народ по большей части боялся, и при его упоминании у некоторых жителей в глаза вспыхивал огонек злобы. Новая мэрия располагалась в пяти кварталах к югу от кладбища. Именно оттуда и осуществлялось основное управление городом. В самой мэрии ничего важного узнать не удалось. Городская стража тоже не подавала надежд на плодотворное сотрудничество. Про священников сказали лишь что те пропали, тела так и не нашли и дело застряло на мертвой точке, а больше ничего вразумительного добиться от них не удалось никакими аргументами.

Так же кроме интересной и древней застройки и немалого количества разрушенных домов по городу разбросано около шести менгиров, найти удалось пока только три из них. И за последние годы город изменился не сильно, и по большей части карта, взятая из столицы до сих пор верна, пусть там и не указаны многие подробности, которые можно дополнять по ходу изучения города. Город находится в упадке, и почти весь центр полузаброшен, а потому медленно, но верно старые особняки разваливаются, и если снаружи власть города старается поддерживать их внешний вид, то с противоположной стороны вид они представляют удручающий.

Капитан слушал отчеты не прерывая. После того как все закончили Эрнест немного подумав проговорил.

— Джеймс, со стариком беседовал ты, твое мнение.

— Он странный, немного не от мира сего. Но мне не показался враждебным. Отвечает на вопросы, а не отмалчивается.

— Ясно, с ним тоже стоит поговорить. На сегодня свободны, завтра по расписанию. Собрание окончено.

Проговорив это, капитан дал знак разойтись, а сам снова принялся изучать какие-то записи.

Инквизиторы разошлись, кто-то остался в штабе, кто-то сразу направился домой, а небольшая компания решила навестить таверну, в которой они уже бывали в первый день. Борс и Лансель со вчерашние посиделки, а заодно к ним присоединился Густав и Дон, отрядный лекарь, а позже обещал присоединиться и Мавлок, у которого на пару с Борсом, как казалось Джеймсу, имели заговорщицкий вид.

В таверне было немало людей, некоторые смотрели косо, но в целом сейчас появление инквизиторов не вызвало такой гробовую тишину как в первый день. Найдя свободный стол, инквизиторы расселись, после чего заказали самых разностей из меню. И в ожидании исполнения заказа продолжили разговор. Сегодня все темы крутились вокруг городка.

— Мы же с Беном сегодня к храму ходили. — начал Борс оглядывая всех за столом. — вид она имела прискорбнейший, да и пусть мы там довольно долго шарахались, ни души его не посетило. Да и Бен говорит, что святости не чувствует, что нет той силы что обычно есть в церквях. Может тут в целом земля проклята?

— Здесь еретики живут, я даже не удивлюсь, если всё так. — проговорил Густав.

— Ну, церквушку то нам придётся в строй приводить. Иначе беда. — продолжил Борс, на что все кивнули.

— Но местные получается переживают Сонбул и без церквей? — произнёс Джеймс, привлекая к себе внимание.

— И верно, хотя может они просто смирились с этим как с неизбежным, и просто как скот ждут расправы. — проговорил Густав, при этом оглядывая завсегдатаев таверны.

— И верно, нужно будет разузнать. — проговорил Лансель. — меня завтра скорее всего к лорду отправят, может там удастся выяснить какие у них меры борьбы.

Мавлок вошел в таверну что-то придерживая за спиной, и при появлении товарища из-за стола встал Борс.

— Лансель, может тогда потренируешь своё красноречие, спойка что-нибудь.

Улыбнувшись проговорил Борс, а Мавлок показал лютню, которую, немного удивленный Лансель взял в руки, после чего начал что-то крутить на конце грифа, периодически дергая по струне. После удовлетворенно провел по струнам.

Если бы Джеймса попросили рассказать о Ланселе, то юноша сразу бы отметил что тот среди всех инквизиторов был самым странным, он был из богатой семьи, причем обласканной властью, красивая внешность из-за чего почти в любом городке через который проезжал отряд, девушки к нему так и липли. Приятные черты лица, золотые волосы, голубые как небо глаза. Добрый, веселый, да еще и талантлив. В обращении с мечом он мог заткнуть за пояс почти всех братьев отряда, кроме, пожалуй, Дрега, Густава, ну и Капитана, но тот не в счет. Умен, хорош в математике, разбирается в искусстве, архитектуре и травах, в общем эрудит. Сам Джеймс никак не понимал почему этот парень, у которого было всё, подался в инквизицию, да ещё и оказался здесь, в отряде, который занимается работой, а не сидит в столице, охраняя высокопоставленных священников от призрачной угрозы.

— Ну ладно, только потом не жалуйтесь. — проговорив это Лансель начал наигрывать спокойную минорную мелодию, а следом запел, холодным высоким голосом, совсем не свойственным ему:

«Спою я вам песню, о краю том.

Где красит луна всё вокруг серебром.

Где древние скалы стоят как дворцы,

Где ордена славу ковали отцы.

В краю том нет зла, нет вражды

И правит им орден великой луны.