Карен Трэвисс - Республиканские коммандо: Тройной ноль

— Ты так запрограммирована? — поинтересовался он.

Вскинутое ей синее энергетическое лезвие загудело, когда она опустила и отключила его, чувствуя себя одураченной и пристыженной.

Она была потрясена еще и рефлексами Скираты: он мог бы уложить этот удар в цель, и его явно не пугало ее умение обращаться со световым мечом. Больше она не будет его недооценивать.

— Нет. Прошу прощения?

— Ты должна понимать это лучше прочих. Тебя начали натаскивать в обращении с оружием с того же возраста, что и этих парней. Ты размышляла? Или же ты так хорошо натренирована, что твое тело просто реагирует… — он пощелкал пальцами. — …вот так?

Все верно — она отреагировала. Ее мышцы помнили годы тренировок со световым мечом. Ее учителя научили ее полагаться на инстинкты, на Силу — и не задумываться.

— Я сказала, что прошу прощения.

— Как и должна была сказать. Я учил этой команде всех моих мальчиков с самого начала. Я муштровал их снова, и снова, и снова, пока они не стали замирать, что бы они перед этим ни делали. И я это делал ради них, на то время, когда это потребуется чтобы спасти их.

— Я клянусь, что больше никогда так не сделаю.

— Теперь Ордо тебе не поверит.

— Но это задержало его всего на…

— …на долю секунды которая могла его убить. Ты просто использовала его. Как используют все аруэтиизе.

Скирата был в ярости, даже при тусклом свете на платформе она видела, как кожа на его шее налилась кровью — яркий признак сильной реакции. За последние несколько недель Этейн не раз замечала, что он смотрит на нее как на воплощение Республики, использующее его людей ради своих собственных целей. И потому она была удобной целью, на которую он мог выплескивать свое раздражение. Хотя Джусика он, судя по всему, в таком качестве не рассматривал.

Манипуляции для Скираты были больной темой. Этейн отчаянно хотела, чтобы он относился к ней с симпатией, чтобы он создавал для нее то же ощущение семьи, которое он создавал у остальных…

— Я извинюсь перед Ордо.

— Ну да, вот именно с ним тебе и нужно мириться.

Она не могла понять — почему же она не поняла это с самого начала.

"Я в самом деле считаю их людьми? Я жалею о том, что обидела Ордо — или же я всего лишь хочу быть хорошей девочкой для Скираты?"

Она решилась разобраться с этим сама.

Ордо был занят напряженным разговором и прижимал указательным пальцем к уху бусину комлинка. Джусик возился с какой-то платой, время от времени поглядывая на Ордо. Обрывки разговора, которые могла уловить Этейн, создавали впечатление, что кто-то из персонала Зея двигался не так быстро, как хотел Ордо.

Джусик, одними губами, проговорил ей: "Капитан Мэйз".

Она подождала. Ордо хмыкнул.

— Я буду на связи. — Он помотал головой, а потом обернулся к ней. — В чем дело?

— Ордо, я должна перед тобой извиниться. Я поступила неправильно, использовав команду «шах», и у тебя было полное право сердиться на меня.

Он просто кивнул. Ее все еще поражало то, как человеку, физически идентичному с Дарманом, удавалось выглядеть совершенно по-другому.

— Я понимаю, как несправедливо с вами обошлись, Ордо.

— На Камино?

— Думаю, что даже сейчас.

Ордо моргнул пару раз, словно она сказала что-то непонятное. Она не могла понять, что же происходило в его уме, в те доли секунды, когда он не выглядел в Силе сгустком движения.

— У меня не было ни отца, ни матери, но чужак добровольно выбрал меня своим сыном. У вас отец и мать были, но они позволили чужакам забрать вас. Нет, генерал, не жалейте меня. Вам пришлось хуже.

Это шокировало, и это была правда. Предельная ясность его оценки ударила ее так сильно, что она едва не охнула. Речь шла о тех вещах, которые она не хотела о себе знать. Это не могло изменить ее стремлений. Но теперь она лучше понимала свои мотивы — без прикрас, такими, какими они были.

Хотела бы она знать — вспоминали ли о ней ее настоящие родители.

Она предпочла бы не знать этого.

Глава 18

Уйти с Квиилуры? Если это требуется, чтобы удержать гурланинов от превращения в наших противников… то это цена, которую мы заплатим в любом случае. Мы слишком распылены, чтобы поддерживать там гарнизон, а Сенат не заинтересован в продолжении поддержки — ради всего лишь двух сотен тысяч фермеров, во второстепенном мире. Дайте мне поговорить с Джинарт и убедить ее. Ущерб, который может причинить ее народ, чудовищен и выходит далеко за пределы одной антитеррористической операции. И они нужны нам на нашей стороне.

Генерал Арлиган Зей, генералу Ири Камасу, и председателю собрания Сенатской Комиссии по делам беженцев.

Круглосуточный ресторан «Краггет», нижние уровни. Корускант, время 07.55, 385 дней после Геонозиса.

Гурланинка Джинарт сдержала слово, и предоставила обещанную ей информацию — но не больше. Зей, судя по всему, сдержал свое. Гладкая черная хищница выскользнула в ночь Корусканта и исчезла.

Но Скирата постоянно чувствовал, что она стоит прямо за его спиной — в том или ином облике. Как и в случае джедаев, ее сверхъестественные способности — особенно телепатия — вызывали у него беспокойство и подозрительность.

Но, как говорят — она может чувствовать только мысли соплеменников. Это немного успокаивает.

Скирата прикончил яйца, вытер рукой подбородок и почувствовал, что ему стоит побриться. Но то, что казалось совершенно неосуществимым ранним утром — в ясный полдень, и на полный желудок выглядело еще невозможней.

— Гурланины вокруг? — Голос Обрима прозвучал едва ли не стоном. — Только этого нам не хватало.

— Угу, и это, как могу догадаться, один из самых тщательно скрываемых секретов войны.

— Ты им веришь?

— Что они могут оказаться где угодно? Придется поверить, Джайлер. Ну а я не потеряю сон из-за нескольких квиилуранских фермеров.

Они сидели рядом, рассматривая улицу сквозь тусклый транспаристиловый фасад «Краггета». Ни тот, ни другой не были людьми, которые могут добровольно сесть спиной к двери. Обрим чуть наклонился к нему.

— Итак, ты хочешь чтобы мы забрали подозреваемых, на которых показала гурланинка?

— Нет, благодарю.

— Меня опять подводит зрение со слухом?

— Прямо сейчас ты меня ни видеть, ни слышать не должен. — заметил Скирата.

— Ладно. ДОП будет не в восторге, но слова "специальные вооруженные силы" они хорошо понимают.

— Так значит там, на площади, был ДОП?

— По тому, что я вытряс — именно так.

— Как они туда влезли?

— Твой друг, Квиббу, использовал изрядно засвеченные каналы связи среди криминального слоя общества. А в ДОПе не глупы и не глухи.

— О. — Монополии на информацию не существует. По приятно полному животу Скираты пробежала дрожь. Обрим не проявлял никаких признаков волнения. А он наверняка понимает, что Скирата планирует ударную операцию, связанную с взрывчаткой… — Так они знали, кем были сепы, и им было плевать, что…

— Нет. Тебя не туда понесло.

— Что тогда?

— Они вели слежку за известным им преступником, а этому преступнику довелось встретиться с одним из группы, за которой следишь ты. Курьер, случайная встреча.

— Обрим подцепил кусочек копченой нерфятины с подноса Скираты и задумчиво разжевал его.

— Тебе надо быть осторожным. Терпеть не могу встречаться с друзьями на столе морга.

За исключением Джусика, Обрим был одним из немногих не-клонов, которым Скирата мог бы однажды довериться полностью. Насчет Этейн он еще не решил. Хоть в искренности ее он и не сомневался, но у нее была эмоциональная, импульсивная жилка — того рода, из-за которой гибнут люди.

"Как и у тебя. Уж кто бы говорил."

— Твои парни в порядке?

— Устали, злы, но к этому они привычны. Один из них пообещал выпотрошить Вэу, другой крутит роман с женщиной, на которую ему даже смотреть не полагается, я подбираю бездомных детей и животных, словно у нас открылся приют, и мы едва не пришибли агента Казначейства. Но если б я начал тебе рассказывать про действительно паршивые вещи — ты бы мог подумать, что у меня есть трудности.

Обрим хрипло рассмеялся.

— А люди еще считают их маленькими, послушными дроидами.

— За вычетом дисциплины — они сущие дети.

Официантка-тви'лечка подала их каф, и соблазнительно улыбнулась.

— А где сегодня ваш сын?

— В конторе, милая. — ответил Скирата. — А я не могу его заменить?

Ее лекку чуть изогнулись, но он понятия не имел — что это значит. Она ушла скользящей походкой, улыбнувшись на прощание. Обрим сдавленно хихикнул.

— Как я посмотрю, Ордо произвел впечатление.

— Во всех них есть эдакая наивная жилочка. И это, похоже, очаровывает наповал. Молодые, мускулистые, со здоровыми пушками и доверчивым выражением на лице. Пожалуй, надо будет самому так попробовать.