Призрак Гренделя - Эльхан Аскеров

— Всё верно. Но вы забываете, что в период активности, температура тел гренделей, значительно выше, даже чем у человека, — вздохнул профессор.

— Бред какой-то, — фыркнул Морган. — Вы сами говорили, что это морские животные, а значит, температура их тел ниже человеческой. У тех же дельфинов, при касании, ощущается прохлада, а не тепло.

— Это внешнее ощущение, — кивнул Солсбери.

— Не понял, — растерялся Смит.

— Всё просто. Находясь в воде и будучи вынужденными, добывать пищу в море, животные покрываются плотным слоем подкожного жира, который удерживает тепло внутри их тел. Таким образом, они тратят меньше энергии на обогрев самих себя. Получается, замкнутый цикл внутреннего обогрева, при котором, наружу, не выходит ни одной килокалории. Точно так же, этот механизм действует и у гренделей. Пока они активны, температура их тела приводит к гниению остатков пищи у них под когтями. Вы обратили внимание, что пальцы у них ярко выражены?

— И перепонка между ними, — кивнул Морган.

— Вот именно, и всё это, обязательно должно как следует обогреваться. В противном случае, всё закончится обморожением. К тому же, не стоит забывать, что процесс этот может длиться не один год. Пока животное активно, процесс идёт. Оно впало в анабиоз, процесс затормозился. Потом снова активность, и так, всё, то время, пока животное живо.

— И как он сам этой гадостью не отравился? — мрачно проворчал Морган, оглядываясь на раненного.

— Плотность их кожи, вы уже испытали на себе, — пожал плечами Солсбери.

— Нужно идти дальше, — помолчав, сказал Морган, и профессор, тут же кинулся к раненому.

Взвалив его на себя при помощи бойцов, Солсбери слегка пошевелил плечами, устраивая ремни поудобнее, и молча, кивнув, решительно зашагал по коридору. Сделав бойцам знак, прикрывать его, Морган снова достал сканер и, активировав экран, принялся снова сканировать галереи. На этот раз, прибор показал обрыв в чёткой линии тоннеля, несколько постепенно затухающих маркеров отметок высокой температуры и почти десяток маркеров, стремительно уходящих куда-то вглубь лабиринта галерей.

— Похоже, вам наш подарок очень понравился, — хищно усмехнулся Морган, убирая прибор и устремляясь следом за группой.

Они двигались быстрым шагом почти час, когда вдруг, в одном из боковых коридоров раздался знакомый свирепый рык. Молча шагавшие по льду бойцы, дружно вздрогнули и, вскинув стволы винтовок, приготовились к бою. Судя по силе звука и скрежету, издаваемому когтями зверей, грендели находились в нескольких минутах ходьбы от группы. Бойцы быстро проверили оружие и зарядили подствольные гранатомёты, когда раненный, которому от вколотых препаратов стало лучше, не громко сказал:

— Сэр, оставьте мне патроны и пару гранат, а сами уходите.

— Прекрати играть в героя, парень, — огрызнулся Морган, опускаясь на одно колено и готовясь к стрельбе.

— Я не герой, сэр. Но я слышал всё, что вы говорили. Я всё равно умираю. Так лучше уж в бою, с оружием, чем в кровати.

— Нас заберёт вертолёт…- начал Солсбери, но боец не дал ему договорить.

— Я не дотяну до вертолёта, — покачал он головой, перехватывая отложенную в сторону винтовку. — Я это знаю, сэр, и вы это знаете. Так что, не надо терять время. Уходите. Я солдат, и хочу умереть, как солдат.

— Ты уверен?- тихо спросил Морган, медленно подходя к нему.

— Да, сэр. Так будет лучше всего. Оставьте мне боеприпасы и уходите, — кивнул солдат, лихорадочно блеснув глазами.

Достав из подсумка две оборонительные гранаты, Морган положил их под руку бойцу. Морпехи, сложили рядом с ним каждый по магазину патронов, после чего, нагрузившись поклажей, решительно уходили в темноту коридора, всё так же молча пожав раненому руку. Последним, уходил Морган. Бросив быстрый взгляд в сторону провала, скрежет из которого раздавался всё ближе, он выпрямился во весь рост и, поднеся руку к козырьку, отдал солдату последнее воинское приветствие, в дань уважения его мужеству.

Оперевшись спиной на стену тоннеля, солдат положил оружие на колени и, приложив кончики пальцев к виску, грустно улыбнулся. Кивнув, Морган развернулся, и быстро зашагал следом за ушедшей группой. Он поравнялся с бойцом тылового прикрытия, когда за их спиной, раздались короткие очереди выстрелов и рёв ярости и боли. Солдат вступил в свой последний бой. Понимая, что должен использовать полученный шанс на всю катушку, Морган приказал перейти на бег.

Они прошли ещё четыре ответвления, а бой в коридоре всё ещё продолжался. Сверившись с картой на сканере, Морган свернул в очередной коридор и, прислушавшись к стрельбе, приказал заминировать угол. Минёр, достав из ранца всё необходимое, принялся быстро устанавливать мину. Пять минут быстрой, но осторожной работы, и Смит, увидев решительный кивок минёра, поспешил следом за группой.

Они отошли от заминированного поворота метров на триста, когда стрельба оборвалась, и в наступившей тишине звонко хлопнула граната. Спустя ещё несколько секунд, послышался отчаянный рёв, и ещё один разрыв гранаты. Всё. Раненный солдат сделал своё дело, выиграв им полчаса времени. И теперь, они должны были использовать его так, чтобы эта жертва не оказалась напрасной. Убедившись, что расстояние до точки минирования вполне безопасно для подрыва, Морган тихо окликнул минёра, жестом приказав ему взрывать.

Снова опустившись на колени и зажав уши, они приготовились, и минёр нажал на кнопку активации. Ощущение того, что его хлопнули по затылку лопатой, завёрнутой в одеяло, отрезвило Моргана. Все мысли о погибшем бойце, сходу вымело из головы, словно метлой. Боевая потеря. Ещё один солдат, отдавший свою жизнь для того, чтобы жили другие. Волевое решение, которое принял не он. Именно так определил для себя это событие Морган, быстрым шагом догоняя ушедшую вперёд группу.

Солсбери, снова нагрузившийся боеприпасами и ящиком с оборудованием, не шёл, а понуро брёл, шагая чисто автоматически. Заглянув ему в лицо, Смит с удивлением понял, что этот громадный, непомерной силы человек плачет. Тронув профессора за плечо, Морган чуть придержал его и, убедившись, что солдаты не могут услышать их разговор, тихо спросил:

— Что с вами, Джек?

— Я только сейчас понял, что являюсь отчаянным трусом, — с грустной улыбкой неожиданно признался Солсбери.

— Вы?- растерялся Морган. — Не говорите глупостей. Рисковать жизнью, это совсем не ваше дело.

— Да, но этот солдат…Он не обязан был идти на смерть только ради того, чтобы выиграть нам время. Он совершил подвиг. А я…Я способен только таскать тяжести и копаться в бумажках, — ответил профессор, доставая платок и шумно сморкаясь.