Ритмы дьявола - Сьюзен Рэй МакКлайн

– Дьявол что-то узнал, когда проник в мои мысли? – прошептала я.

– Не знаю. – Эстор выпрямился. – Это единственное, чего я не знаю.

– Но… как я могу быть воплощением Семи Грехов? Я слабая и…

– Твои силы только пробуждаются, Фрэй. Когда грехи окрепнут в тебе, ты ощутишь всю мощь, которой мог наслаждаться только Дьявол. А еще ты обретешь его силы. – Он помотал головой, осматривая меня. – Только я не знаю, выдержит ли твое тело это. Ты – наполовину смертная. Мощь может погубить тебя…

Мысли вихрем крутились в голове, осыпая все новыми и новыми воспоминаниями. Гоморра. Я вспомнила тот единственный день, когда впервые зашла в смертоносный город, окольцованный огнем. Мое тело горело, волосы тлели, а легкие разрывало от нехватки воздуха. Я думала, что умру, пока нечто внутри меня не проснулось. Оно подняло мое безвольное тело и пошло сквозь кусачее пламя. Отныне я не загоралась, и каждый сделанный шаг приближал меня к выходу из Гоморры. Как только я ступила на безопасную землю, все мои мышцы обмякли, и я упала. Что, если это не Дьявол вытащил меня, а я сама? Что, если мои способности начали просыпаться еще тогда?

– Я ощущала это два раза, – вслух прошептала я. Мой голос заметно дрожал. – Эта мощь вывела меня из Гоморры, когда я оказалась там. Я перестала чувствовать огонь и гореть. А еще она проснулась, когда я осталась наедине с монстром. Мои удары… они словно стали сильнее. Во много раз. Я раздробила конечности монстру, хотя била так же, как всегда. – Мои глаза наполнились слезами. Я еще не осознавала, кто я и что мне уготовано в этой жизни. Все так резко поменялось. – Профессор, я…

– Ты – второе пришествие Дьявола, – закончил он, горестно ухмыльнувшись. – Раз ты сказала, что мощь начала вырываться, то твое тело… оно перестраивается и терпит. Значит, ты будешь способна выдержать эти силы. Невероятно.

Последнее слово прозвучало из уст Эндела настолько искренне и удивленно, что я даже вздрогнула. Беспомощно перебирая пальцами, я раздумывала о том, что же мне делать и как совладать со своими способностями. Семь грехов и другие силы пробудятся совсем скоро, но как же мне управлять ими? Как же мне сдерживать эту опасную энергию?

Эндел снова приложился к вину, но теперь его взгляд не казался отстраненным, а был озабоченным и даже потерянным. Он был одним из тех, кто скрывал от меня правду так долго и ни разу не показывал своих настоящих эмоций.

– Знаешь, что было самым сложным? Защищать тебя, – тут же изрек Эстор, сделав глоток. – Не подумай, я уверен в своих силах, но… вся ответственность за твою жизнь лежала на мне. Поскольку твоя мощь в Аду была заперта, твари не чувствовали ее и не догадывались, кто ты. Поверь, если бы их скудоумные головы узнали о том, что ты разделишь престол с Дьяволом, они бы собственноручно убивали себя и стелили бы тебе дорожку из своих же трупов.

– Почему именно тебе он доверил мою защиту?

– Я заслужил его доверие еще давно. По меркам Грехов мне пять тысяч лет, но по человеческим – не больше двадцати пяти. – Эндел откинулся на спинку, изучающе осматривая меня. – Дьявол даровал мне вечную молодость, и пока я нахожусь вдали от Ада, он ничего не сможет забрать у меня. Ни-че-го. Но как только я вернусь домой и он узнает о моем предательстве – я получу не одно наказание. Скорее всего, он даже лишит меня жизни, если не найдет другого приближенного.

– Про мою истинную сущность знали только вы вдвоем?

– Да.

– Но… зачем вообще были все эти испытания, учеба и Академия, если я – другая? – Мой лоб вспотел от злобы. Я пыталась сохранять спокойствие хотя бы ради того, чтобы заполучить ответы на все вопросы. – Зачем это нужно было Дьяволу?

– Во-первых, он строил иллюзии, и какое-то время ты должна была думать, что ничем не отличаешься от других. Во-вторых, он проверял тебя и хотел понять, действительно ли ты достойна права на его место. – Глаза Эндела сверкнули от бликов ламп. – Я же хотел, чтобы ты действительно прошла все испытания и попала в Примитивный. А еще, наверное, мне стоит извиниться за свою вездесущность, но, сказать честно, мне даже нравилось ходить за тобой по пятам и быть твоим личным кошмаром.

– Мой кошмар начался сейчас. – Я подошла к камину, кусая ногти. Чего я точно не ожидала, так это оказаться дочерью жестокого и кровожадного правителя Ада. – Дьявол же знал, что я могу натворить глупостей, появившись в мире людей, но… почему тогда отпустил?

Улыбка растянула лицо Эндела.

– Он доверяет мне как себе и знает, что ты под моим присмотром. Вряд ли он подозревал, что я когда-либо открою тебе самую главную тайну.

– Но он же узнает, что вы рассказали все, если я останусь здесь…

– Да. Узнает. Но разве ты этого не хочешь, Фрэй? – Эндел вскинул бровь. – Тебя ни разу не посещали мысли, что ты не на своем месте? Конечно, ты чадо Сатаны, но в тебе есть и человеческая сторона.

– Я не знала мир людей до сего дня. Я представляла, каково тут, но не могла ужиться с мыслью, что мне придется убивать их ради Дьявола.

В глазах Эндела танцевало пламя от камина. Он сокращал расстояние между нами, но сейчас я не отходила. Все барьеры отключились: я словно перестала бояться могущественного Эндела Эстора, ведь понимала, что теперь все могущество во мне. Если мне снова не врали…

– Ты бы хотела остаться здесь, со мной?

– С вами? Но…

– А ты думала, у меня другие цели? Я пять тысяч лет прислуживаю Люциферу, и знаешь, сколько раз я прятал свои желания от него? – Профессор помотал головой и сжал зубы. – Миллион. Миллион раз, Фрэй. Но сейчас, когда появилась ты – равная ему, мы можем попробовать сбежать. Мы можем не возвращаться в Ад.

Дрожь обуяла мое тело. Всю жизнь я думала, что родилась в Содоме, но это было ложью. Мой настоящий дом здесь – среди людей, однако что произойдет, если я выберу его? Сможет ли Дьявол покинуть Ад, чтобы добраться до меня и убить?

– Вы хотите жить здесь, профессор? – тихо вопросила я, взглянув в его глаза. – Почему?

– Что ты почувствовала, когда впервые оказалась здесь, Фрэй?

– Что?

– Ответь: что ты почувствовала?

Я вспомнила небывалое спокойствие и ощущение приближающейся радости, когда вернулась на пару часов назад.

– Умиротворение. Счастье. И… я смогла расслабиться.