Мародёр - Дмитрий Швец

с тропинки? Формально – нет. Ноги мои останутся на ней, сойдет лишь рука. Так как по мнению тех, кто ждет, что я сойду, это будет считаться?

Я смотрел на протянутую ко мне руку. Вот она, лишь протянуть свою, всего чуть-чуть, лишь коснуться пальцев, слегка-слегка. И тогда все тайны мертвеца станут моими, я узнаю все, что только можно, да и чего нельзя. Только коснуться его пальцев. Я смотрел как моя трясущаяся ладонь сама приближается к скрюченным пальцам, видел, как удобно мои пальцы войдут меж его, как сцепятся в плотный замок. Еще немного, еще совсем чуточку. Лишь протянуть руку. И быть может замок окажется даже слишком плотным.

Я опустил руку. Мертвые, остекленевшие глаза покойника дернулись. Может быть мне показалось, но в них мелькнуло разочарование. Я покачал головой и уже собирался уйти, но внимание мое привлек какой-то предмет, торчащий из-под тела. Медальон? Я наклонился, чуть отодвинулся в сторону, чтобы лучше видеть. Да, это был медальон. Круглый, из белого металла, не крупнее ладони. Часть его скрывалась под плащом мертвеца, а на той части, что была видна две змеи переплелись друг с другом и впились зубами во что-то. Странный медальон. Красивый, но странный. Однако он что-то значил для покойника при жизни, так пусть остается с ним и после смерти.

Я встал. Повернулся к склепу. Не затем я сюда пришел, чтобы мертвецов разглядывать, да медальоны у них отбирать. Я мародер, но пришел сюда не за вещами. Вздохнул, достал камень огня, на всякий случай, взял в другую руку нож и медленно направился к склепу.

Призрак появился, когда я остановился на нижней ступени и отдышался. Ничего не происходило, я просто гулял на улице холодной зимней ночью. И все же я чувствовал, как страх сковывает жилы холодными цепями, как втыкает в мышцы тысячи холодных игл, что парализуют их, заставляют сжиматься. Я испытывал почти животный ужас и только усилия воли и закушенные в кровь губы не позволили мне броситься наутек, не разбирая по дорожке я бегу или нет. И вот когда я добрался до склепа, когда поставил ногу на нижнюю ступень короткой лестницы появился призрак.

Высокая, светящаяся, переливающаяся голубым и зеленым фигура зависла в локте над землей, нависла надо мной и смотрела испускающими зеленый дым глазами. Ног ее не видно, широкий плащ обрывается несколькими лоскутками и те переливаются зеленым и синим, качаются на ветру. А вот руки видно хорошо. Тонкие, высохшие, с выпирающими костяшками над кистями и торчащими локтями. И руки его голые по самые плечи, кои скрываются под неестественно большим плащом. Словно кто-то высушил плоть на руках, или согнал всю ее на полечи.

Бородатое лицо наклонилось, глаза уставились на меня. Я так боялся, так устал не понимать, чего именно боюсь, что не выдержал и глядя прямо в глаза призрака спросил:

- Ты дома сегодня? Никуда не собираешься? Мне с твоими костями поговорить надо. Не против я зайду?

Призрак отстранился, отлетел на пару шагов, словно давал понять, что он не против моего визита.

- Ты погуляй пока, я не долго.

Я протянул руку, взялся за ручку двери склепа, потянул на себя, ожидая что жуткий скрип несмазанных петель, разорвет мои уши в клочья, но дверь открылась мягко, ничего не скрипнуло ни разу. Я поднялся, шагнул внутрь, отпустил дверь, ожидая громкого хлопка. Но дверь закрылась тихо и аккуратно, лишь подняв крохотное облачко сверкающей пыли.

Пыль осела быстро, и я оказался в полной темноте. Вот теперь мне и пригодился камень огня. Все же князь прижимист, владеет множеством земель, с коих налоги собирает, а мне выдал лишь один камень огня. Мирир и тот двадцать отсыпал, по числе кулей.

Камень разгорался медленно, часть за частью выхватывая внутренности склепа и чем больше он освещал, тем меньше мне все это нравилось. Четыре двери, включая ту, через которую я пришел. И за какой из них искать кости мага? У меня не было ни малейшего желания открывать каждую и блуждать по темным идущим вниз коридорам в поисках нужного мне могилы.

Я поднял камень повыше. Лучше не стало. Ни таблички, ни обозначений, ни различий. Совершенно одинаковые двери, одинаковые доски, одинаковые ручки, даже кучки пыли под дверью и те одинаковые. Ровненькие такие, словно намел кто.

Я прикрыл камень рукой, лишил себя света. Решил положиться на удачу, тем более что разум здесь бесполезен. Свет пробивался сквозь пальцы, мешал думать. Я сунул камень в сумку. Тьма окутала меня. Я закрыл глаза, и тут же их распахнул. Из-под ближайшей ко мне двери пробивался лучик света. Лучик света? Здесь в склепе?

Разум говорил, что не стоит этого делать, что лучше вернуться в Дол и рассказать об этом Данкану, пусть пошлет людей, ну или сам сбегает, засаду устроит, да поймает тех, кто в склепе себе притон устроил. Любопытство кричало, что надо проверить кто и что там, а уж потом, когда все станет ясно, можно и в Дол, к Данкану. И любопытство победило.

Я потянул дверь, вновь ожидая жуткого скрипа и вновь она открылась тихо, разметав по полу сверкающую пыль. Я шагнул за дверь, воткнулся лицом в паутину, запутался в ней, едва не упал, но вцепившись руками в стены устоял. Сорвав паутину с глаз увидел, что стою в коридоре, шагов пятнадцать длиной, перекрытым еще одной дверью с той стороны и из-под нее, едва заметно пробивается свет. Я нахмурился. Пытаясь понять, как я разглядел за первой дверью, то, что едва видно за второй, приблизился к ней, взялся за ручку, потянул. И эта тоже не скрипнула, открылась тихо. Я глянул в щелочку. Увидел свет не то костра, не то пары близко стоящих факелов. Колонну, перила, судя по изгибу идущие вкруг чего-то. Уши уловили голос, но слов не разобрал, слишком тихо он говорил. Но голос мужской, жесткий, но приятный. Даже без понятых слов он обволакивал, расслаблял, подчинял. Я вздохнул, отбрасывая лишние мысли и шагнул внутрь. Тут же нырнул за подмеченную раньше колону и замер, пытаясь унять дыхание и успокоить сердце. Только оказавшись за колонной, я подумал куда и зачем лезу. Но раз уж залез.

- Воняет! – сказал, тот самый голос, но на этот раз такого эффекта не было. – Как же воняет смертью. Ты не чувствуешь? Нет? Мне кажется, или вонь стала сильнее.

- Потерпи, - произнес другой голос. - Мы поговорим, и ты сможешь вернуться к более приятным