Граф Суворов. Том 8 - Иван Шаман

class="p1">В первую очередь, проверить остался ли яд. К сожалению остался, и уже рассеялся по организму, но в принципиально меньших дозах, одна сотая от того, что убийца собирался ввести и одна пятидесятая от того, что сумел. Запустить сердце. Кислород должен поступать. А теперь — вернуть в сознание.

— Гх-а. — глубоко вздохнула Мальвина, хватая ртом воздух, и в этот момент на меня вновь обрушились конструкты Петра. За счет своей колоссальной энергии он каким-то чудом сумел пробить мои ограничения и предусмотрительно атаковал издали, с безопасного расстояния.

— Надо было давно тебя прикончить. — прохрипел он, и я почувствовал, как тонкие ледяные иглы вгрызаются в сферу моего щита. Они не сумели его пробить сразу, но проходили словно нож сквозь толстую резину, медленно, но неуклонно.

— Отец?! — испуганно воскликнула Мальвина. — Ты что делаешь? ОТЕЦ!

— Дочка? Ты в порядке? — чуть оглянулся регент, и этого мне хватило чтобы резко уйти в сторону, снимая сферу и тут же прикрыться новой, когда десяток смертоносных игл прошли мимо меня и вонзились в металлическую обшивку каюты. Послышалось неприятное чавканье и металлический скрежет.

— Стой, где стоишь! — приказал Петр, создавая новую порцию конструктов. Теперь на меня со всех сторон смотрел целый сноп двадцатисантиметровых игл, способных с одинаковой легкостью пробивать конструкты и бронированную сталь. — Дочь, что здесь происходит?

— Я.. не знаю. — честно ответила Мария, проведя ладонью по месту укола. — Я уснула после операции, а потом не смогла дышать.

— Тебя пытались отравить. Вот этот. — кивнул я в сторону неудавшегося убийцы, не собираясь оборачиваться.

— Как жаль, что он уже ничего никому не расскажет. — с сарказмом заметил Петр.

— Что? Да какого черта, я же его специально живьем брал! — раздосадовано выкрикнул я, все же оглянувшись. Сразу несколько игл Петра прошли сквозь задержанного, и если в животе или в бедре они еще были не так критичны, допросить еще можно было бы, то вот дыра с палец толщиной во лбу уже не оставляла никаких шансов.

— Кажется я не верно понял ситуацию. — сказал регент, под гневным взглядом дочери. — Но посуди сам, Александр, ты с окровавленным шприцем стоял над моей дочерь, а позади тебя труп стражника.

— Если это такое извинение, то я его не принимаю. — сказал я, продолжая удерживать пластину брони, между нами. На самом деле плевать мне было на его извинения, но и оставить это так просто не выйдет. — Лучше скажите кто это, и какого черта он пытался нас убить со словами «смерть тиранам».

— Я… ваше императорское высочество, я приношу свои искренние извинения и прошу о снисхождении. — внезапно произнес Петр, а затем, медленно поклонился. Сказать, что я удивился, значит ничего не сказать. Даже дар речи потерял, и только прикосновение Мальвины заставило меня выйти из транса.

— На этот раз ваши извинения приняты, Петр Николаевич. — прочистив горло ответил я. — Прошу немедленно заняться расследованием происходящего.

— Уж поверьте, займусь. — в голосе регента сквозила ярость. Даже не знаю с чего больше. — Как ты, дочка?

— Внутри все жжется. — поморщилась Мальвина, держась за грудь. — Но в целом нормально. Что это было?

— Мне это тоже очень интересно. — ответил я, подобрав шприц, ну хоть тут повезло — не раскололся и внутри осталась отравленная кровь. — Пришлось импровизировать, но материал на анализы у нас есть. Так что выясним.

— Хорошо. Старшего смены ко мне! — рявкнул Петр, и рядом с ним почти мгновенно застыл, вытянувшись по струнке офицер. — Знаешь кто это такой? Кто его назначил в караул?

— Так точно, знаю, ваше сиятельство, как не знать. — нахмурившись посмотрел на неудачливого убийцу офицер. — Поручик Вильнев, второй полк, выдающийся офицер и отличник огневой подготовки. В пьянстве и дебошах не замечен, в следующем месяце должен был идти на повышение.

— Вот как? И какого же черта он решил прикончить мою дочь? — нависнув над старшим смены спросил регент.

— Не могу знать, ваше сиятельство. Может помутнение рассудка? — с трудом выдержав взгляд Петра ответил сменный.

— Он где-то достал шприц с ядом, дождался пока напарник уйдет и только после этого совершил покушение. — заметил я. — Такое по помутнению рассудка не делается, это не с кортиком на старшего офицера кинутся.

— Именно. — кивнул Петр. — Еще раз спрошу, ты его в караул назначил?

— Так точно! В соответствии с приказом, поступившим с мостика тридцать минут назад. — ответил, весь покрывшись потом, но все же стоя по струнке, офицер. — Разрешите показать входящий приказ?

— Естественно. — бросил Петр, и стоило офицеру достать коммуникатор выхватил его из рук. Вот только увиденное ему явно не понравилось. — Что за бред?!

— В чем дело? — спросил я, продолжая обнимать прижавшуюся ко мне Мальвину.

— Не важно. — ответил Петр, и сделал несколько нажатий на коммуникаторе. — Доложить во внутреннюю службу по форме. Все материалы хранить в тройном экземпляре, включая бумажные копии.

— Так точно. — прижав руки по швам ответил дежурный смены. — Разрешите идти, ваше сиятельство?

— Иди. — угрюмо сказал Петр, а затем повернулся ко мне. — Может отведешь ее в лазарет? Понятно, что шприц не из воздуха появился, но при свидетелях медик её травить не станет, не самоубийца.

— Не будем рисковать, яд я почти весь выкачал, с оставшимся организм должен справится сам. — ответил я, прижав к себе супругу. — Она выживет, обещаю.

— Спасибо. — хмуро ответил Петр. — Надо сменить каюту, поселите в соседнюю Охрану удвоить. Тело убрать в морозилку, чтоб не испортилось до экспертизы. И чем черт возьми занимаются ремонтные бригады?! Быстро на первую палубу.

Сидеть рядом с трупом и в самом деле не хотелось, так что я перенес на руках Мальвину в соседнее помещение, которое спешно для нас подготовили, и уложил на кровать. К счастью, со своей задачей я справился, и сейчас погрузился в медитацию восстановления, пополняя запас праны на случай возможного повторного покушения.

— Это кто-то из своих. — заметила Мария через полчаса, когда яд почти рассосался, не оказав никакого вреда.

— Да. Дворцовые. — кивнул я. — Жаль только допрашивать некого.

— Если приказ пришел с мостика, скоро будет. Там не так много людей. — заметила