Ультиматум дракона 2. Тени прошлого - Андрей Розальев

class="p1">Я и рассказал. Это была длинная история, плюс мне пришлось упускать некоторые моменты. Пока рассказывал, Лена успела смотаться до ночного магазина, кому-то слишком наглому сломать челюсть, купить шоколад и фрукты и принести нам.

— Никогда прежде ты не врал мне, ученик, — покачав бокал с виски, сказал Наставник, когда я закончил. — Не стоило начинать.

— Простите, Мастер, но... — я хотел спросить, где же я соврал, но он прервал меня взмахом ладони.

— Не держи меня за дурака, Ианатан. В твоём рассказе не хватает одной детали. Я знаю своего сына, и знаю, что любимая его забава — это печать подчинения. Ничто другое не удержало бы Василису при нём, и ничто другое не скрыло бы её на два столетия ото всех. Да и Марию потом тоже. И снять её может только целитель. Ты — не целитель. А это означает, что твоя Лена — маг.

— Нулёвка, — не стал я отрицать. — В доспехе валькирии и с моей маной...

— Вижу тебя насквозь, — покачал Наставник головой.

— Наставник, я прошу Вас не сообщать старшим об этом...

— Ты же поставил на неё печать, — тот пожал плечами. — Мне всё равно, что будет с твоей игрушкой, лишь бы у неё... О, Создатель! Вот в чём дело! То-то я смотрю, она ведёт себя, как у себя дома, вещички ты за ней таскал, хотя там явно не тяжело было... Тебя мой опыт ничему не научил?

Отпираться поздно... Наставник слишком хорошо меня знает. Да и беременность — это не то, что можно долго скрывать. Сейчас или никогда!

— При всём уважении, Мастер, возможно, дело не в том, что Тайша — полукровка, а в нём самом?

— Намекаешь, что я его плохо воспитал? Может быть, — неожиданно согласился он. — И ты думаешь, у тебя получится лучше? Нет, Ианатан. Ты избавишься от ребёнка и сотрёшь девушке память. В противном случае я вынужден буду проявить милосердие и оборвать её жизнь.

— Милосердие? — начал закипать я. — И в чём же оно здесь?

— В том, чтобы избавить тебя от тех страданий, которые пережил я, конечно.

С минуту мы сверлили друг друга глазами.

— Нет.

— Ты не оставляешь мне выбора, ученик. Избавься от ребёнка, и я сохраню жизнь твоей игрушке.

— Она не игрушка, Наставник. Вы правда думаете, что справитесь со мной в паре с настоящей валькирией?

— Сколько у неё манопоток? — прищурился он.

— Она противостояла Василисе, а у той, возможно, уровень гранд-мастера, — не без гордости ответил я.

— Нулёвка, говоришь? — Наставник нахмурился. — Даже если так, ваш ребёнок будет не нулёвкой. И он родится человеком. Ты знаешь приказ Гранд-Мастера. Тайша — живое воплощение его правоты. Сделай всё сам или отойди и не мешай.

Наставник поднялся. Я загородил ему выход из комнаты.

— Защищаешь её, а она носит того, кто сможет погубить всех нас! — Наставник повысил голос. — Ты прав. Я могу не справиться с вами двумя. Я вызову сюда Старших, и ты пойдёшь под суд!

“Хиль, заблокируй его мыслесвязь!”

“Ваня, что происходит?” — голос Лены.

“Не лезь! Он должен сам...” — строгий, ледяной голос мамы.

Порядок действий мы с Хиль обговорили заранее. Именно на такой случай. И теперь буквально искорка метнулась с моей руки, скользнула в воздухе и обратилась золотым браслетом на руке Наставника.

— Вот как? — Наставник задумчиво посмотрел на браслет. — Хиль, вот от тебя не ожидал.

“Я согласна с выводами Ианатана и Исиды, и рекомендую тебе передумать, Нергал”.

— Исиды? — Наставник помрачнел. — Ну конечно, вот кто всё это придумал. Не удивлюсь, если и девчонку она нашла... Или даже вывела, как селекционер. То-то я смотрю, фамилия чем-то знакома... Значит, она не отказалась от своей безумной теории?

— Что за теория? — спросил я, чисто для поддержания разговора.

— Ты не знаешь? — Наставник очень по-человечески фыркнул. — Она пыталась всех убедить, что Создатель на самом деле — человек, который создал себе с помощью магии вторую ипостась, дракона. И поэтому мы, видите ли, должны уважительно относиться к людям, что это люди первичные создания, а мы вторичные. Договорилась даже до того, что предложила породниться с людьми! Мы, оказывается, слишком медленно плодимся. А люди зато как кролики. Спросила бы у меня, я бы рассказал, к чему приводит эта ересь! А ведь я поверил тогда её россказням! Хиль была моей ученицей, а позже стала моей любовницей. И к чему это привело!

— Сочувствую Вам, Наставник, но это всё не имеет отношения ни к Вам с Хиль, ни к моей матери с её идеями. Я просто люблю мою Лену, и никому не позволю причинить вред ни ей, ни нашему ребёнку.

Странно... а ведь ей я этого не говорил!

— Ты не оставляешь мне выбора, Ианатан.

— Вы не оставляете мне выбора, Наставник.

Мы молчали добрые пять минут, стоя друг напротив друга.

— Прикажешь Хиль убить меня? — спросил он, наконец.

— Моё несогласие с Вами не отменяет моего к Вам уважения, — покачал я головой.

— Значит, поединок...

— Это честь для меня, Мастер.

— Я более не Наставник тебе, а до мастера ты давно сам дорос, — его голос даже потеплел. — С этого момента обращайся ко мне по имени.

— Как скажешь, Нергал. Вызываю тебя на поединок.

— Принимаю вызов. Когда и где?

— Здесь и сейчас, только на улицу выйдем, — я открыл дверь кабинета. — Прошу, через балкон, очень удобно.

— Вот почему ты вложился в строительство этого дома, — выйдя на балкон, Нергал окинул открывшийся вид взглядом. Миллионный город был внизу, как на ладони. — Действительно, очень удобно.

Он первым шагнул за ограждение.

Я мчусь сквозь облака, прорывая один слой за другим. Малейшие колебания кончиков крыльев — и направление чуть-чуть меняется. Выныриваю из облаков в паре сотен метров от земли. Скорость такая, что натянутая перепонка воет, как авиабомба. Внизу, в паре секунд пикирования, гладь городского пруда, чуть дальше — Кривцовский мост, с его бетонными арками.

Немного раздвигаю крылья и подруливаю хвостом. Воздух мягкий, пока об него не ударишься. На скорости почти 400 км/ч тёплый августовский воздух становится холодным и жёстким, он сдирает шкуру, пытается порвать перепонку, выломать