Мера один: Примал (СИ) - Изотов Александр

— Ты прав, Марк. Я уже мало что могу, но не оставляю надежду. Если не могу возвеличиться я, то я подниму своего сына. Свою кровь.

— Как так вышло-то? — я кивнул в сторону рыцаря, — Ты — демон, а он человек.

Прикрыв глаза, Вотан ответил:

— Когда я был третьей мерой, я был правителем в Инфериоре. Но всего лишь приором. Меня всегда прельщала большая сила, но я уже тогда знал, что ангелы запечатывают меру людям.

— Запечатывают?

— Да. Прецептор не сможет стать ангелом, если только сверху не решат, что он достоин. А если уж прецептор не достоин, то что говорить о других? — с горькой усмешкой произнес Вотан.

— Барьер? — спросил я, вспомнив про Рычка.

Волчонок ведь тогда прорвал родовой барьер, поставленный Зигфридом на его род.

При этой моей мысли Вотан открыл глаза, внимательно глядя на меня.

— Да, барьер, — кивнул демон, — Весь Регнум так устроен — сильные боятся, что слабые обретут силу. Только жалких нулей никто не боится, — Вотан засмеялся, поднял копье и ткнул им в еще одного распятого.

Крик ужаса, рев пламени — и только пепел осыпался на однорогого демона. Меня передернуло — пусть я стал сильнее, и пусть законы Инфериора мне не изменить, но убийство невинных жертв не оставляло меня равнодушным.

— Хотя, если верить в то, что ты выбрался из нулевой меры, — Вотан задумчиво потер подбородок, — Получается, и нулей надо бояться.

— Барьеры можно прорвать, — сказал я.

— Можно. Но переход из меры в меру и сам по себе очень опасен. А если еще и барьер надо рушить — это верная смерть.

— Ты стал ангелом?

— Нет. Человек — хозяин Инфериора не просто так. Ему дана власть над зверями и всякими гадами, и у человека есть выбор. Я достиг седьмого перста, но не стал рвать барьер. Я склонил голову перед Бездной, — Вотан усмехнулся, — Так я стал демоном.

Он с улыбкой погрузился в свои мысли, как старик, вспоминающий молодость.

— О, каким великим демоном я был. Впервые за долгое время в Тенебре мог появиться дьявол…

— Почему ты не можешь вернуться в Тенебру?

— Ну… Меня убили. Какая ирония, да? Магия нашего с тобой мира помогла мне не отдать дух. Вернусь в Тенебру, и Бездна заберет свое.

— Насколько я знаю, в Нулевом мире воскрешение — обычное дело…

— Но не когда ты отворачиваешься от Бездны, — поморщился Вотан, — Мне нет там места.

Я слушал демона, запутавшись еще больше. То он склонился, то отвернулся.

— В Инфериоре остались три моих сына. К счастью, старший остался верен мне до конца. О, мой Хродрик, — Вотан сжал подлокотники трона до хруста.

— Отец, но я ведь тоже, — упрямо крикнул Мэйнард, — Я всегда был верен тебе.

— Ты… червь… младший сын, — прошипел Вотан, — Если ты так и будешь топтаться на месте, тебе никогда не достичь величия Хродрика.

Кажется, я начал понимать. Приор Зигфрид сел на трон, убив брата, так получается? При этом этот самый брат Хродрик был поклонником Бездны…

— Много думаешь, Марк, — недовольно скривился Вотан, — Какая разница, кому поклонялся Хродрик, если он был правителем, достойным своего отца. А этот щенок… Зигфрид… Небо затуманило ему мозги.

— Отец, скоро я… — начал было Мэйнард.

— ЗАТКНИСЬ!

— Отец…

— Марк, видишь? — Вотан повернулся ко мне, — Сильные союзники всегда нужны в Инфериоре. Ты быстро растешь, присоединись… Мне нужны такие, как ты. Свой среди первушников, зверей, людей. Ты не будешь беспокоиться за свою дочь, как ее там…

Я молчал, прикусив губу. Демон давил на слишком больные точки.

— С такой силой ты сможешь выполнять свои обещания. Ты же обещал этому Волчонку, что не бросишь? Защитишь?

Мурашки побежали у меня по спине, я с ненавистью прожег демона взглядом. Эта тварь слишком глубоко залезла в мои мысли, и я прохрипел:

— Как ты смеешь?!?

Вотан растянулся в довольной ухмылке:

— Разве не хочешь воскресить Рычка? Парень сможет продолжить свой род Белых Волков.

У меня все просто упало. Этот Вотан легко разрушил все мои моральные барьеры, надавив на банальное чувство вины. Надежда вырвалась из глубин моей души, заглушая голос разума.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

«ЛО-О-ОЖЬ!» — рев Белиара грохнул в моей голове, — «Это невозможно!»

— Ааа… — красный взгляд Вотана пронзил меня насквозь, — Белиар, старый враг. Я ведь чуял тебя, предатель. Сотни лет моего ожидания не пропали даром.

* * *

Глава 25. Ересь

«Нулячья мерзость!» — рявкнул Белиар, — «Ты предал Бездну, и расплата близка!»

Я поморщился — его голос оглушительно ревел в моей голове, поэтому все его эмоции я чувствовал каждым своим нервом. Остальные же в зале особо не понимали, что происходит…

Вотан, тяжело опираясь на копье, встал:

— Поистине, подарок судьбы. Частичка Абсолюта и заклятый враг в одном теле.

Он стукнул древком копья по полу, и пентаграммы на стенах и полу осветились. И ярко загорелся широкий круг, опоясывающий весь зал. Этого рисунка до этого не было видно, теперь же он проявился, и мы оказались внутри. Вместе с Вотаном.

— Белиар, ты ведь знаешь магию того мира, да? Там, в подвале жалкого зверя ты оценил ее силу? — продолжал вещать Вотан.

«Жалкой отродье, ты ответишь за все!»

Я крутил головой, понимая, что мне теперь не только самому надо спастись, да еще и умудриться спасти того демона, что сидит внутри. Вокруг что-то происходило… не знаю, что, но оно явно началось!

— Так что, можно воскресить Рычка? — на всякий случай спросил я.

«Это уже не будет тем Волчонком, которого ты знал», — ответил Белиар.

— А как же я?

«С тобой все по-другому, частичка Абсолюта».

— Да, с тобой все по-другому, — улыбаясь, сказал Вотан и стал спускаться с постамента, на котором стоял трон.

Тонкие ауритовые цепи рвались, демон все крепче ставил шаги. Он остановился, прикрыл глаз — и нули, распятые над троном, обвисли. А звери, стоящие вдоль стен, вдруг забились в конвульсиях и упали. Через секунду из них вырвались светлячки и устремились к Вотану.

— Отец! — крикнул Мэйнард, — Зачем?

Трое зверей, стоящих за моей спиной, ошалело закрутили головами, но через миг упали замертво. К сожалению для них, они тоже оказались внутри большого круга.

— Потому что пришло время, сын! Он здесь!

— Кто? — ошарашенно спросил Мэйнард.

В этот момент раздался лязг доспехов, и в зал ворвались приор с дюжиной рыцарей. Зигфрид, держа наготове меч, словно на стену налетел, когда взглянул на демона.

Приор словно с картинки сошел. Золотые волосы, ниспадающие на серебряные наплечники, и стальной взгляд голубых глаз.

— Отец?

— Да, сын, — усмехнулся демон, — Удивлен?

Секунду Зигфрид ошарашенно смотрел на Вотана, а потом кинулся вперед. Демон же расхохотался, поднял копье, а другую руку протянул в мою сторону…

Меня протащило вперед, прямо во внутренний круг. Приор пролетел внутрь большого круга, разрушив его, но, добежав до внутреннего, ударился в невидимый щит.

— Отродье Бездны!

Зигфрид закричал и рубанул клинком по щиту. Купол заметно тряхнуло, паутинки магии запестрели вокруг.

Я завис в воздухе, в паре шагов от демона. Меня словно за грудки подняли, и я стал кружиться, будто в невесомости. Все мышцы свело судорогой, а потом по телу прокатился дикий холод, от которого замерло сердце! Я чувствовал, что из меня тянут жизненную силу.

Вотан напрягался, недовольно корчил рожу, но не мог подтащить меня ближе. Внутри кричал Белиар:

«Держись, поднебыш!»

— Глупцы, — хохотал Вотан, — Частица Абсолюта — источник вечной жизни.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

«Жалкий еретик!» — прошипел Белиар, — «Думаешь, магия Абсолюта будет служить тебе?».

— Она уже служит мне, глупец!

Приор, стоя перед магической стеной, недолго наблюдал за нами. Он поморщился, потом махнул рукой, отдавая приказ: